Ребенок для босса - Рэй Морган

— Точнее, желающих им стать — пробурчал мужчина.

Она усмехнулась.

— Ну что ж, давай посмотрим, что у нас там в начале. Ой, этот Грант Карвер был капитаном школьной команды по плаванию, королем всех школьных балов и президентом старших классов! Ничего не помнишь?

Тот только моргнул и пожал плечами.

— Да кто вообще может вспомнить, что было в старших классах?

— Да он к тому же победил в номинации «Парень, которого однажды застрелит ревнивый муж»! — Келли обеспокоенно посмотрела на жениха. — Какой ужас, ни слова о шахматном клубе!

— Наверное, они об этом забыли, — Грант скривился. — Пойдем вниз, посмотрим, может, обед уже готов.

Келли покачала головой.

— Нет, давай лучше почитаем еще что-нибудь из этих милых писем.

— Лучше не надо. — Он потянулся за книжкой, но она резво вскочила на середину кровати, оказавшись вне пределов досягаемости. — «Дорогой Грант, ты такой хладнокровный, но так жарко целуешься!» — Келли от души расхохоталась. — Слушай, у всех ссылки на жар… просто вечная тема! — И она скорчила ему рожицу.

Глаза мужчины улыбались, но он притворно нахмурился и предпринял еще одну попытку заполучить злосчастную книжицу.

— Отдай мне!

— Нет! — радостно воскликнула девушка, только что не прыгая на одной ножке. — Мы должны прочесть все письма, и тогда правда наконец выйдет наружу! Ты не можешь вечно скрывать свое темное прошлое!

— Я тебе уже сказал, что это не мое.

— А чье? Твоего злобного двойника?

— Может быть. Я не узнаю до тех пор, пока ты не вернешь мне книжку.

— Ха!

Грант протянул руку.

— Ну, отдай же!

Келли с хитрой усмешкой взглянула на него.

— А ты меня заставь.

Тот не долго раздумывал. Через мгновение он уже был рядом с ней на кровати. Келли со смехом попыталась соскочить на пол, но этот номер не прошел, и тогда она изо всех сил вцепилась в ежедневник. Однако борьба длилась недолго — довольный Грант отобрал книжку, и Келли упала на постель. Карвер рухнул следом. Они приземлились совсем рядом, лицом к лицу, и руки ее оказались на его груди. Келли еще смеялась, но умолкла в тот же миг, как посмотрела в его глаза. Она прочла в них нечто такое, от чего сердце остановилось, а потом забилось так, словно собиралось покинуть слишком тесную обитель.

— Привет! — тихо сказала Келли.

Грант не мог ответить ей. Он изо всех сил пытался сдержаться.

Руки сжались в кулаки — лишь бы не коснуться Келли. Это было трудно.

На ее лице было нетерпеливое выражение, словно она ждала каких-то действий и устала от безрезультатности ожидания. А потом Келли с каким-то раздражением обняла его за шею.

— Если ты не можешь даже поцеловать меня, как же мы будем заниматься любовью? — прошептала она.

Она ничего не понимает, подумал Грант. Секс — это всего лишь секс. А поцелуй означает, что ты полностью раскрываешься для другого человека, связывая с ним свою душу и сердце. Если он ее поцелует…

Келли сдалась. Она убрала руки с его шеи, а в глазах появилось выражение боли. Мужчина не смог этого вынести и коснулся ее губ своими.

Сливочный ликер. У ее губ именно такой вкус. Нежные и податливые, они хранили аромат сливок. И он оказался пьянящим. Грант был не уверен, сможет ли он когда-нибудь оторваться от нее. Келли была такой нежной, мягкой, сладкой… Его затопило желание, волны которого накатывали, подобно безумию, отбирая способность здраво мыслить.

Грант с трудом отстранился. Нельзя делать все так, как велит природа. Он должен помнить…

— Прости меня, — произнесла Келли. — (Он удивленно посмотрел на нее.) — Мне не следовало заставлять тебя делать то, чего тебе не хотелось.

Но его мозг отказывался работать. Мужчина оперся на локоть и задумался.

— Да, будет нелегко. Нам обоим. Придется идти против всех инстинктов.

Келли кивнула.

— Я знаю.

Перекатившись на постели, она села на краешек, глядя на мужчину. Она до сих пор таяла от воспоминания о вкусе его губ, но изо всех сил это скрывала. Раньше она даже не подозревала, что поцелуи могут быть такими. И ей страшно хотелось ощутить это снова.

Может, сказать ему? Предупредить, чтобы он держался на некотором расстоянии? Да, у него есть право знать…

Но Келли ничего не успела сказать, так как в этот момент Роза позвала их обедать. Молодые люди вскочили с кровати, привели одежду в порядок и направились в столовую.

Обед был просто превосходен — черепаховый суп и тако^[1]. За едой они успели растерять всю страсть, которая охватила их на постели, и вскоре снова шутили и смеялись.

— Так скажи мне, — попросила Келли, когда с обедом было покончено и наступила очередь мороженого, — каким ты был?

— Каким? — Грант пожал плечами, словно это не имело никакого значения. — Вероятнее всего, я представлял собой нечто среднее между тем Карвером, о котором говорил я, и тем, какого вообразила ты.

— О! Что ж, полагаю, это мне поможет. Каким-то образом.

— Ну ладно, вот тебе вся правда, — начал он, взмахнув ложкой.

— Противоположная той правде, которую ты только что выдал?!

Одарив ее взглядом, исполненным чувства собственного превосходства, Карвер решил проигнорировать этот комментарий.

— К сожалению, это довольно скучная история. У меня были хорошие родители, замечательная сестра, друзья и огромная семья. Я хорошо учился в школе, хотя отличником не был. Потом поступил в неплохой колледж, где и познакомился с замечательной девушкой…

Его голос внезапно дрогнул. Мужчина хотел рассказать ей про Джен, но не мог этого сделать.

— В общем, нормальный процесс взросления, — вместо этого сказал он, избегая ее взгляда.

— Конечно, — отозвалась Келли, стараясь говорить небрежно и заполнить неловкую паузу. — Только у тебя было немного больше денег, чем у большинства, знаменитая семья и огромное ранчо в Техасе, не говоря уже о разросшемся бизнесе. Почему бы не сказать об этом прямо? Ты был обречен на успех.

Грант медленно кивнул.

— Да. Ты права. У меня было множество преимуществ. — Его голос стал хриплым, когда он добавил: — Но я бы от всего отказался, если бы только мог изменить кое-что в своей жизни…

Он поднялся и вышел из комнаты.

Келли оглядела столовую, пытаясь представить здесь Джен. Очевидно, что он до сих пор страдает от той пустоты, которая образовалась в его душе после смерти жены. Ей очень хотелось хоть чем-то помочь Гранту, но Келли опасалась, что эта рана не из тех, которые можно залечить.