Новое счастье для барышень - Алиса Лунина

– Да бросьте вы, Тамара! Не было б меня, нашлась бы другая девочка! Мужики! Что с них взять!

– Вообще да! – кивнула Тамара. – Ты куришь? Пойдем курнем?

Крестовская с Зотовой удалились на кухню.

– Какой бред! – покачала головой Кукушкина. – Слушай, эта ночь когда-нибудь кончится?

– Оля, я тебя умоляю! Дай таблетку от головы! Башка просто раскалывается!

– Нельзя с алкоголем мешать! Терпи!

– О, нет! – застонала Лариса.

На кухне раздался смех.

– Смотри-ка – смеются! Надо же! Десять минут назад готовы были друг другу глаза выцарапать, а теперь хохочут! – неодобрительно заметила Кукушкина.

– А знаешь, Оля, – вдруг сказала Лариса, – я так рада, что наша с тобой дружба никогда не омрачалась чем-то… бабским! В смысле, что между нами никогда не стоял мужчина!

– В случае чего я бы все равно тебя выбрала, Петрова!

– А я бы не хотела оказаться перед таким выбором! Хорошо, когда такой вопрос в принципе не возникает и нет этого тупого бабского соперничества!

В комнату вернулись Тамара с Яной.

– Я смотрю, у вас хорошее настроение? Развеселились? – с иронией поинтересовалась Оля.

– А мы делились впечатлениями по поводу того, какой Зотов любовник! – хихикнула Яна.

– Все кости Витьку перемыли! – покатилась со смеху Тамара.

Кукушкина хмуро заметила:

– Может, это станет началом большой дружбы? Ну вы даете, девочки!

– А вы чего такие кислые? Давайте еще выпьем, закусим!

– Спасибо, я пас! – отказалась Петрова.

– Ни в коем случае! – Тамара кинулась поднимать Петрову. – Ты что? Праздник все-таки!

Лариса, вздохнув, поднялась и уселась со всеми за стол.

– Давайте выпьем, девочки, за женское счастье?! – предложила Зотова. – Чтобы каждой хорошей девочке по нормальному мужику, как Жириновский предлагал! И кучу сопливых детишек!

– Ой, какое вульгарное понимание «женского счастья»! Вы думаете, каждой женщине необходимо именно это? – хмыкнула Ольга.

– Конечно, просто ты самой себе боишься признаться! – Зотова хлопнула Кукушкину по могучему плечу.

– Но ведь есть еще что-то другое! – манерно сказала Яна. – Социальная реализация, личностное становление!

– Я тебя умоляю! – сморщилась Тамара. – Давай без этих заумных понтов! И вообще… Неужели нельзя совмещать одно с другим?!

– Ну, за гармонию, что ли? – усмехнулась Кукушкина.

Выпили за гармонию и общий ренессанс. Потом Тамара предложила:

– Девки, давайте споем! – и затянула: – «Ой, то не вечер, да не вечер…»

Крестовская тут же подхватила.

Их пение почему-то так растрогало Петрову, что к концу песни она почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.

– Голос у тебя что надо! – похвалила Крестовскую Тамара. – Я думала, ты актриска так себе – пшикалка, фитюлька, а ты смотри как выводишь! И вообще хорошая баба! Хоть автограф у тебя бери!

Тамара совсем расчувствовалась.

– Вот еще хорошая песня есть…

Слова Зотовой прервал дверной звонок.

– Я не буду открывать! – решительно сказала Лариса. – Дудки, надоело! Пошли к такой-то матери!

– Ну и правильно! – поддержала Кукушкина.

В дверь забарабанили.

– Это Зотов, – всполошилась Оля, – узнаю его хамскую манеру!

Тамара Зотова даже привстала с места и потерла от удовольствия руки.

– Ну, если это он, я ему сейчас устрою новогодний утренник! Слышь, давай так, – она обратилась к Ларисе, – ты ему открой, но про меня пока не говори! Я его в комнате встречу! Сюрприз будет!

– Вот сами и открывайте, – махнула рукой Петрова, – хватит с меня!

– Тогда ты! – скомандовала Зотова Крестовской.

Яна довольно кивнула и отправилась отпирать дверь. Кукушкина пошла следом за ней.

– Всем привет! – сказал Зотов, войдя в квартиру.

* * *

– Привет! – ответила Яна. – Ты что-то забыл?

– Да! Тебя! – улыбнулся он. – Решил сделать еще одну попытку вернуть свою любовь!

– Проходи, Витя! – вкрадчиво пригласила Яна.

– А вы все так же с девчонками сидите?

Зотов стал раздеваться.

– Ну конечно, – кивнула Крестовская, – с девчонками!

– Соскучилась?

– Еще как! – рассмеялась Яна.

Зотов ласково улыбнулся ей в ответ, и вдруг его лицо перекосилось от гнева. Из спальни в коридор вышел разбуженный шумом Костя Григорьев. Пошатываясь, он кинулся к Яне обниматься, приговаривая:

– Нимфа моя, любовь всей моей жизни!

– Так это ты, сучонок?!! – взъярился Зотов. – Аполлон херов?!

Яна не успела возразить, потому что Зотов со всего маху ударил Григорьева, и Костя ушел в глубокий аут.

– Ты что наделал, идиот? – закричала Яна.

– Пусть Аполлон немножко отдохнет! – ответил Зотов, потирая руки. – Потом поговорим!

– Да какой он Аполлон? Что, не видишь? Это Григорьев, наш бывший сокурсник!

– Побожись!

– Точно говорит! – подтвердила Кукушкина.

Зотов спокойно переступил через лежащего посередине коридора Григорьева.

– Ладно, отлежится, все нормально будет! И вообще ему хорошо – он в нирване! Может, продолжим праздник?

– Конечно, Витя! Просим в гостиную!

– Только, чур, по голове больше ничем не бить! – весело предупредил Зотов, заходя в комнату.

– Нет, бить не будем, только кастрируем и сразу отпустим! – спокойно сказала Тамара.

Зотов застыл с вытаращенными глазами.

– Тома, ты?

– Я! Сейчас я тебе яйца отрежу, дорогой!

– Только не здесь! К себе домой идите, там и режьте! – возмутилась Лариса.

– Как ты здесь оказалась? – спросил Зотов.

Тамара усмехнулась:

– Новый год – праздник семейный! Мы привыкли встречать его вместе, да, дорогой? Вот я и поспешила к тебе навстречу, чтобы мы могли поздравить друг друга и пожелать счастья!

– Но как ты узнала, что я здесь?

– Мир не без добрых людей, Витя!

На лице Зотова отобразилось некое интеллектуальное напряжение – видимо, он мучительно пытался понять, каким образом жена вычислила этот адрес.

– Не старайся, – усмехнулась Тамара, – твой депутатский мозг может не выдержать подобного напряжения! Я тебе помогу. Ты нанимал детектива для того, чтобы он следил за Крестовской?