Уроки любви - Мэри Джо Патни

— Правильно. Значит, вы предлагаете мне брак по расчету, каждый из нас пойдет собственным путем, но я буду находиться под защитой вашего имени?

— Нет, я имел в виду настоящий брак, за исключением одного аспекта. Некоторые считают, что основой брака является физическая близость, возможно, они правы. Но брак — это не только произведение потомства. Часто муж с женой не делят постель, однако их связывают крепкие супружеские узы. Вы мне очень нравитесь, Лора, и кажется, вам тоже приятно мое общество. Я надеюсь… молюсь… это солидная основа для брака.

— А ваше предложение законно?

— Невыполнение супружеских обязанностей является основанием для расторжения брака, но никого не касается, чем мы занимаемся в спальне.

— Абсолютно никого. — Лора осторожно поставила чашку. — И все же это не совсем обычно.

— Но отличие нашего брака от множества других еще не означает, что он будет неудачным.

— Согласна. — Лора задумалась, потом сказала:

— Брак, который вы мне предлагаете… возможен.

— Рад, что вы разделяете мою точку зрения, однако вам следует хорошо подумать над тем, чего вы лишаетесь. Для многих физическая близость стоит не на последнем месте.

Девушка нахмурилась, вспомнив неистовую ярость, в которую часто впадали ее родители.

— С уверенностью могу сказать лишь одно; страсть может быть дикой и разрушительной, и мне даже страшно об этом думать.

— И все же подумайте. Выйдя за меня замуж, вы не сможете изменить свое решение, а я не из тех людей, которые позволяют жене завести любовника.

— Очень грубо, майор, — холодно ответила Лора. — Хорошо же вы обо мне думаете.

— Честность — залог нашего брака. — Йен встал перед ней на колени. — Нам пока рано говорить о любви, но я надеюсь, вы серьезно обдумаете мое предложение. Мы замечательно подходим друг другу: вы хотите избежать физической близости, а я не способен на нее.

Из нас получится хорошая семья.

Испугавшись, как бы выражение лица не выдало ее мыслей, Лора принялась ходить по поляне.

Йен ошибается — физическая близость для нее слишком заманчива, хотя неудачный брак родителей привел ее к выводу, что страсть и опасность неразделимы. К тому же собственный непродолжительный опыт плотской любви доказал, что, только отказавшись от физической близости, она не позволит снова заманить себя в ловушку страсти и избежит очередного несчастья. Пусть Йен неверно истолковал причину ее нежелания выходить замуж. Главное, он предлагает ей дружескую и материальную поддержку, а также возможность полюбить. Кроме того, приняв его предложение, она выполнит обещание, данное отчиму. Кеннет одобрил бы ее выбор: они с Йеном во многом похожи — надежные, добрые люди, на которых можно положиться.

Тем не менее думать, что их брак окажется безоблачным, нельзя. Она давно хотела Йена, и это желание будет сильнее с каждым днем. Но как отказать человеку, в которого она почти влюблена?

Лора подавила обуревавшие ее чувства и решила перейти к практической стороне дела:

— Я знаю о ваших планах еще меньше, чем вы о моих, Йен. Где мы будем жить? Чем вы думаете заняться после отставки?

— Я унаследовал в Шотландии поместье дяди, недалеко от Эдинбурга. При умелом управлении оно принесет значительный доход. Вы не будете ни в чем нуждаться и займете достойное положение в обществе. Я стал четырнадцатым бароном Фалкирком.

— Вы стали лордом, но я не слышу радости в вашем голосе. Почему?

— Я стал наследником из-за одновременной смерти трех человек. Это все равно что получить отравленное яблоко, приятное на вид, но горькое на вкус. Поэтому я до сих пор не пользуюсь титулом.

— Смерть всегда трагедия, но вы же не виноваты в случившемся. Кто-то должен был унаследовать поместье, так почему не вы? Думаю, ваш дядя был бы доволен, что его собственность перешла в надежные руки.

— Вы обладаете здравым смыслом, и это мне очень нравится в вас.

— Если бы я обладала здравым смыслом, то не раздумывала бы над вашим предложением.

— В таком случае будем надеяться, что временами вы станете руководствоваться здравым смыслом, а иногда поступать безрассудно. — Йен вздохнул. — Я могу обеспечить вас материально, однако сам я изменился в худшую сторону. Бывают дни, когда я живу в беспросветном черном тумане и мне приходится собрать в кулак всю свою волю, чтобы заставить себя вылезти из постели. После встречи с вами у меня стало больше хороших дней, но все же я боюсь оказаться угрюмым и трудным мужем.

— Меланхолия, — спокойно констатировала Лаура.

— Я никогда не был меланхоликом.

— Раньше вы никогда не сидели в тюрьме, вас не пытали. Мой дед тоже страдал от меланхолии, днями не вылезал из постели, но приступы кончались, и он снова пребывал в хорошем настроении. Вам нужно перестать думать о прошлом, иначе меланхолия примет у вас затяжной характер.

Джульетта с Дэвидом говорили то же самое. Возможно, поняв, что с ним происходит, он действительно совсем излечится. Ведь до заключения он всегда обладал жизнерадостным характером и был уверен, что люди, жалующиеся на меланхолию, лишь потакают своим слабостям, не хотят сделать усилие и выйти из этого состояния.

— Надеюсь, вы правы. Но, излечившись, я стану другим человеком, не тем, за кого вы выходите замуж.

— Все со временем меняются. Йен. Вы мне нравитесь, а когда научитесь смеяться, то будете нравиться еще больше. Вы покладистый человек?

— В каком смысле?

— Мама говорила, что лучшие браки — у людей с добродушным нравом, которые уступают друг другу, а не настаивают на своем.

— Похоже, ваша мать была умной женщиной. А если ни один из них не хочет уступить, что тогда?

— Тогда они дерутся, — ответила Лора, сверкнув глазами. — Лично я человек покладистый, да и вы, по-моему, тоже. Думаю, мы сможем обойтись без драк.

Йен вспомнил родителей. Отец всегда настаивал на своем, мать подчинялась, поэтому бунтарство сестры весьма удивило Йена.

— В этом смысле я человек покладистый.

— Очень хорошо. У вас есть еще какие-нибудь темные стороны, о которых я должна знать?

— Еще одна, и, пожалуй, худшая, — усмехнулся майор. — Лорды Фалкирки на протяжении веков были разбойниками, совершали набеги на пограничные районы, поэтому замок построен для обороны: стены толщиной в двенадцать футов, дымящие трубы, старинное оружие во всех закоулках и никакого комфорта.

— А привидения там есть? — с надеждой спросила Лора.

— Три или четыре, правда, совсем безвредные. Гораздо хуже сквозняки, и когда с моря дует ветер, там можно окоченеть.

— Неужели вы думаете испугать русскую девушку холодами? Мы, русские, умеем создавать тепло даже в мороз.

Хотя ее слова прозвучали насмешкой. Йен подумал, что это правда. Ведь Лора уже растопила его застывшее сердце.