Для вкуса добавить карри, или Катализатор для планеты - Лина Мраги

– За нашу богиню! За Кари! За наследницу дома!

Ударная волна радостных криков и бьющих через край эмоций вжала меня в стену. «Ну вот и всё! Возведение в ранг состоялось официально и окончательно! Да и чёрт с ним! Что ж так чешется, а?! – от желания разодрать плечо я начала скрипеть зубами. – Куда деться?! Куда спрятаться?!»

Через несколько минут Дайк заметил моё странное, напряженное состояние:

– Что с тобой?

– Мне нужно выйти, спрятаться от всех, ненадолго…

К этому моменту чесотка стала настолько нестерпимой, что даже соображалось с трудом. Что там наговорил Дайк по поводу моего спешного бегства, не помню, но раздеваться начала сразу за таверной, по ходу движения к сараю. За дощатой дверью я скинула жилет, стянула тунику, чуть не разорвав её при этом, и стащила браслет. А дальше всё поплыло в глазах…

На плече багровым, ярким ожогом горела родовая метка! Дайк издал то ли вскрик, то ли всхлип и зажал рот ладонями, но, хвала всем богам окатанским, не отключился. От шока говорить я не могла, только судорожно хватала воздух. Что-то сказать получилось лишь через несколько секунд:

– Дайк! Чешется! Так чешется! Сделай что-нибудь! Терпеть невыносимо!

Нужно отдать должное моему любимому лекарю: в ответственных, критических ситуациях он присутствия духа не терял и действовал быстро, чётко и весьма эффективно. И только когда мокрая, холодная тряпка обернула плечо и он помог мне одеться, так как руки дрожали и не слушались, мы уставились друг на друга ошалелыми глазами.

– Ты что-нибудь понимаешь?! – спросила я, чувствуя, как холод благотворно действует, и странный ожог уже так не чешется, а просто зудит.

– Ничего не понимаю… – и он глупо хихикнул. – Кроме одного… Эта штуковина одним махом решила твою самую важную и сложную проблему. Проблему имени! Теперь ты настоящая эн Матвэй! На тебе метка рода! Ты это понимаешь?! И когда всё заживёт, думаю, что от настоящей её будет не отличить…

– Но как?!

– Ты меня об этом спрашиваешь?!

Я продолжала смотреть на него, зажимая зудящее плечо.

– А, в общем, какая разница, Кари? Никто ведь не знает, да и ты тоже, что это за браслет такой. Это реликвия дома Матвэй, а род этот очень древний, и помнишь, что пархонт говорил про секреты этого дома? Наверно, этот браслетик и есть один из их секретов, а вот узнаем мы какие-либо подробности о нём или нет… – и выразительно пожал плечами.

Глава 14

Гулянье в таверне продолжалось до позднего вечера. Никто не хотел расходиться, люди дорвались до праздника, а концерт, который Гай, Айра и Скай устроили в мою, так сказать, честь никого не оставил равнодушным. Одно знаю точно, что счастливые и радостные воспоминания о неожиданном приезде в Латрас Гая Голоса, не просто как члена торгового каравана, а как знаменитого певца, будут греть всех, кто там тогда присутствовал, до конца жизни.

Несмотря на уговоры Балмаара на ночь в городе мы не остались, уехали в Тухлый дом. И хотя утром перед отъездом Дайк хорошо накормил наше хозяйство и оставил каждому еды на целый день, и Бумер, и летуны, и даже наша Чернушка встретили нас жутко голодными, наверно, они просто очень скучали. И только после того как мы разобрались со всей живностью, удалось вернуться к осмотру нового шрама на моём многострадальном теле.

Растопив плиту, Дайк варил какую-то заживляющую мазь, а я, при свете масляных фонарей, разглядывала свежевыжженную отметину, да и сам браслетик: «Тан говорил, что он заряжается, как аккумулятор или батарейка… И похоже, что уже полностью зарядился, все буквы надписи пожелтели. Из чего же он всё-таки сделан? Что за материал такой уникальный? Какой-то энергетический накопитель, что ли?» Я крутила браслет так и этак, согревала в ладонях, чтобы немного растянуть, но ничего нового, того, чего раньше не видела, не обнаружила.

Дайк закончил химичить и, присев рядом, принялся обмазывать метку какой-то жирной мазюкой.

– Скоро заживёт, – проговорил он, перевязывая мою конечность. – Ожог не слишком глубокий. Сколько же всего происходит, Кари… Ну и денёк сегодня выдался! – и прочесал пальцами тёмно-русые волосы. – Метка, голос Гая и песня… Она до сих пор у меня звучит внутри. Никогда не забуду!

Синеглазая дева издалёка пришла,

Знания, веру, надежду в этот мир принесла…

Дайк приложил ладонь к груди, а я отмахнулась:

– И ты туда же… Может, хватит?

– Когда ты, наконец, сама это признаешь? Ведь Гай спел чистую правду. Эта песня вся про тебя! Каждое слово, каждая интонация и даже музыка отражает твою суть!

Проведя ладонью по немного шершавой от проступающей щетины щеке, я прижала палец к его губам:

– Молчи. Не говори ничего об этом, пожалуйста… Может, когда-нибудь я соглашусь и с песней, и с тобой, а пока пойдём-ка лучше спать, я устала…

Открыв глаза, я уставилась в зелёные немигающие блюдца и, откинув лоскутное одеяло на лежащего рядом Дайка, повисла на ангалине. Он сидел неподвижно и пялился на нас.

– Максик! Ты вернулся!

Я тискала ещё мокрого друга, а он, находясь в любимой позе каменной статуи, никак на это не реагировал. Почувствовав движение позади, я обернулась. Дайк тоже проснулся, но лежал спокойно, глядя Максу прямо в глаза.

– Макс, прости, мы обещали… – и, схватив его голову, повернула к себе.

Ангалин глубоко вздохнул и прошипел:

– Я так и з-з-знал. Вот з-з-знал, что так и будет, хотя… и с-с-сам бы наруш-ш-шил, наверно…

– И ты не обижаешься? – я продолжала его пытать.

Макс улыбнулся:

– Нет… Только теперь моя очередь с-с-с тобой с-с-спать! – Дайк за спиной захохотал.

Пока в утреннем тумане мы спускались к морю, где Макс оставил своих соплеменников, он успел рассказать, что умудрился даже встретиться с Рексом, и самый главный ангалин одобрил его действия, пообещав поддержку и помощь, если нам удастся раздобыть «слёзы богов» и как можно больше золота. А также сообщил, что его отец очень хочет познакомиться со мной, так как пришёл к выводу, что с моим появлением в жизни одного из его сыновей начали происходить события, предположить которые никто не мог. И он, так сказать, официально приглашает меня нанести визит в обиталище Рексов, тем более что уже несколько веков, как нога