Всё перемелется в прах - Ирина Игоревна Голунцова

— А-а, топографический кретинизм. Теперь понятно.

— Только ради бога, при нем это не ляпни.

Упрекать Зараки Кенпачи в отсутствии навыка ориентации на местности… да упрекать его в чем-либо себе дороже, так что, солидарно кивнула в знак поддержки. А последовавшая пауза как бы подсказывала, что разбавлять разговор ответвленными темами уже не получится. Как минимум было бы вдвойне неловко.

Хотя, не менее неловко Юмичика себя чувствовал и от опустившейся тишины, которая для меня, напротив, служила максимально расслабляющим фактором. Подперев плечом дверной косяк и опустив на него голову, я засмотрелась на парня, который еще пару секунд позволил себе игнорировать мое присутствие. Но он обернулся ко мне, посмотрел с немым вопросом и легкой растерянностью.

Честно говоря, тоже не знала, что сказать. С чего начать.

— Ты… в порядке?

Похоже, парень также терялся, с какой стороны подступить к разговору. В ответ на его вопрос пожала плечами.

— Вроде да. Как сказал капитан Зараки, видимо, мою задницу прикрыли из-за конфликта с нулевым отрядом, но вот чем придется расплатиться за такую милость… похоже, предстоит узнать.

— Честно говоря, удивлен, что капитан предложил тебе место в одиннадцатом отряде.

— Я бы удивилась, если он бы его не предложил, — как-то легкомысленно отозвалась я, потому что в действительности поддерживала Юмичику. Я была ходячей неприятностью. — Ты не должен был этого делать.

— Заступаться за тебя?

— Угу, — промычала я, скривив недовольное лицо и избегая смотреть в глаза собеседнику. — Это же нулевой отряд, ты буквально пошел против начальства. Возможно, не будь твоим капитаном Зараки Кенпачи, начальство не струсило бы и…

— Момо, я это сделал, потому что считал это правильным. И не только потому что… Будь на твоем месте кто-то другой, тот же Абарай или Хисаги, мы бы и за них заступились. Я понимаю, что порой общая цель оправдывает средства, и на войне мой поступок можно расценивать, как предательство. Но для меня, как и для Иккаку, наши товарищи превыше всего. Понимаешь?

Понимаю… а еще понимаю, что с таким подходом можно долго не протянуть в Готее. Товарищи превыше миссии. Да, этому учат в академии, что нельзя бросать своих сослуживцев, что все должны прикрывать спины друг другу, но чем больше ответственности ложится на твои плечи, тем быстрее тебе открывается правда. Правда о том, что шинигами всего лишь расходный материал для поддержания целостной системы. С одной стороны, это жестоко, а с другой — по-другому никак и не получится.

Устало выдохнув и оставив Юмичику без ответа, я подошла к нему и, не спрашивая разрешения, прижалась к груди и обняла. Тепло его тела и знакомый привычный запах, приправленный горчинкой медикаментов, подействовали успокаивающе. Он осторожно, словно я могла тут же отпрянуть, накрыл мои плечи ладонями и прижал ближе.

— Ты же понимаешь, что если не отпустишь меня, то будет только хуже? — прошептала я, болезненно скривившись. — Все, кто мне дорог, никогда не будут в безопасности, и ты понимаешь почему… из-за кого и…

— А теперь ты меня послушай, — довольно требовательно прервал мое бормотание Юмичика, заставив чуть отстраниться и поднять на него взгляд, прикоснувшись к моему подбородку. Несмотря на довольно нежный жест, выражение лица парня говорило не только о теплых чувствах. — Думаешь, это так просто, отказаться от тебя? Да, я хотел бы. Но не могу. Как и сказал, ты сломала во мне что-то, ты сломала меня, и без тебя я не… я не знаю. Наверное, стоило бы прислушаться к голосу разума, но… я не хочу.

— Юмичика…

— Думаешь, я не понимаю, что твоя связь с Айзеном может отправить меня на тот свет? Один раз уже чуть не отправила, причем твоими же руками.

Воспоминание не из приятных, и поскольку отвернуться не позволяла рука парня, лежащая на моей щеке, я только отвела взгляд.

— Неприятно, слышать об этом, да? — со спокойствием, и в то же время язвительностью, уточнил Юмичика. — Говоришь, что рядом с тобой я буду в постоянной опасности. Но ведь это твоя проблема, это то, что будет тебя мучить, не меня. И я считаю это уместной платой за то, как ты обращалась со мной, что ты сделала в итоге со мной. Будешь вертеться, как уж на сковородке и также страдать из-за меня. Думаю, это честно.

Да уж, честно. И хитро. Если с ним что-то случится, в первую очередь я буду винить себя, и только себя, даже если на него банально упадет рояль. И несмотря на суровые условия, я порадовалась, что он не оттолкнул меня, что являлось довольно жестокой реакцией. Ведь я растоптала его чувства, не позволила уйти от себя. Как иронично, что в наказание он выставляет схожий сценарий, где мои чувства, увы, при трагичным финале уже ничто и никто не восстановит.

Помолчав пару секунд в размышлениях, я медленно выпустила воздух из легких и, загнав эмоции обратно в тесное израненное сердце, подняла на парня недовольный вопросительный взгляд.

— Смотрю, уверенности набрался, да? — резко шагнув вперед и оттолкнув Юмичику, уперлась в его грудь предплечьями, чуть завалившись вперед. — Говоришь, я плохо с тобой обращалась?

— А-а, ну… э-э, я не то имел в виду, — нервно засмеявшись и отведя взгляд на короткий миг, парень вновь посмотрел на меня с тенью задумчивости. Шумно выдохнув, он прищурился и усмехнулся. — Очень плохо… я бы ведь никогда с тобой такого не сделал. Не стал бы оставлять следы на твоей коже, и впиваться ногтями до глубоких царапин, — прошептав замечание, Юмичика более уверенно обхватил мои плечи и сильнее сжал их, отчего я прочувствовала сквозь ткань одежды, как его ногти впиваются в кожу.

Закрыв глаза и затаив дыхание, ощутила, что от легкой боли по телу пробежала приятная дрожь.

— Что еще?

Пробежав пальцами по линии плеча вверх, Юмичика накрыл мою шею ладонью и, склонившись, отчего наши губы разделяла пара сантиметров, произнес:

— Конечно, не стал бы душить тебя, как ты это делала со мной. Кусать твои губы до крови или… — свободная рука, соскользнувшая с плеча мне на спину, опустилась вниз и надавила на поясницу, заставив прижаться ближе. Выставив ногу вперед между моих бедер, парень заставил меня вздрогнуть и тихо выдохнуть от приятного будоражащего чувства. — И, конечно, я не буду тебя дразнить…

Поддавшись импульсу и вцепившись в отворот косодэ Юмичики, прижалась к нему сильнее и сползла чуть вниз, сжав его ногу своими бедрами, чтобы усилить пульсирующее теплом удовольствие. Прильнув к его груди, я