Пророчество без букв - Юлия Цезарь

— Да, старейшина. Я всё понимаю.

— Тогда… Да начнутся испытания. Я не стану вам объяснять суть. Надеюсь, твой брат уже всё рассказал. Так кто же готов пройти его первым?

— Я пойду, не будем с этим тянуть, — шепнула Валанди Гинтару. — Пусть Сектар бросит все силы на меня, может, вам поменьше от него достанется.

— Удачи, — шепнул ей Гин и указал взглядом на неё старейшине. Тот кивнул и махнул рукой одному из испытателей.

— Давай, нужно чтобы хоть один прошёл, — шепнула ей Кая. Себя-то она уже заранее завалила.

Вперёд вышел один из испытателей. Он задрал рукав до кисти и указательным пальцем коснулся лба эльфийки. Да, они не могли колдовать без зрительного контакта, но Валанди уже знала, что хватало прикосновения. Перед глазами вспыхнула яркая вспышка, поглотившая всю комнату, всех зрителей, а когда свет медленно растаял, унося все воспоминания Валанди, она увидела вокруг себя красивые столы, на которых была её самая любимая еда со всех мест, где бывала: жаренные курочки, свинина, рыба, украшенная лимонами и зеленью, орехи в меду, запечёные яблоки — всё! Комната была светлой, приятной и уютной. Валанди знала кто она, обрывками помнила своё прошлое, но тут она оказалась, потому что бежала от великана, у которого пыталась украсть сокровища. Она была голодной и уставшей, и по счастливой случайности попался дом с этой красотой. Столы ломились под количеством этих яств, запах всего вкусного, чего только есть на свете, обволакивал солнечную, заставляя давиться слюной. В её мире никого не было — Гинтара, Каи, Зака. Не было прошлого с пророчеством. Было её настоящее, где она — всё такая же искательница, бойкая и отважная. И сейчас она очень хотела есть.

Какой же голодной она себя чувствовала! Но было что-то подозрительное в этом. Дом, полный еды, и никем не охраняется, в таком опасном месте, как горы. Чего тут скрывать, у Валанди был порыв схватить ближайший пирог и унести ноги подальше. Однако тяжелые шаги, которые послышались снаружи, заставили ее сорваться с места быстрее.

Стоило Валанди открыть дверь, как её тут же поглотил яркий свет, выводящий всё в тот же зал. Гинтар и Кая испугались, что закончилось всё слишком быстро — испытатель не успел продержать свой палец у её лба более, чем три минуты, а уже отрывает. Неужели…

— Солнечная прошла испытание. Она чиста от греха Чревоугодия, — громко сказал неизвестный туманный, и толпа вновь повскакивали со своих мест, даруя громогласные аплодисменты Валанди. Гинтар хотел было подскочить к ней, но уже шел второй испытатель. Он только и успел, что сказать:

— Ты молодец! Ещё шесть!

Прежде чем второй туманный эльф прикоснулся к ее лбу, она успела обрадоваться, что это не Сектар. И вновь ее поглотил свет, унося к следующему испытанию.

Прикосновение ко лбу переместило Валанди в страшную реальность. Её насиловали. Опять. Толпа звёздных эльфов окружила бедную солнечную, прикованную к клетке по рукам и ногам. Под ней был тот самый палач, насаживающий пленницу на свой член. Сзади пристроился ещё один, грубо входя уже там, третий стоял у лица солнечной и заставлял ублажать его ртом. Целую ночь звёздные меняли друг друга, неустанно насилуя, разрывая Валанди. Сколько так прошло времени — она не знала. Но бывали моменты, когда её оставляли тут одну, лежать и задыхаться от запахов, от неуходящего чувства заполненности всеми этими омерзительными… Слова звёздных даже сейчас отдавались эхом по пещере:

— Тебя никто не спасёт.

— Мы не дадим тебе умереть. Ты будешь веками ублажать нас.

— Мы будем делать с тобой всё, что хотим!

— Оставь надежды убежать.

И вот, её оставили тут снова. Одну, в ледяной клетке, со своими мыслями.

Но вопреки ожиданиям ее обуяла страшная злость: «Сколько можно уже?» Разве она мало настрадалась? Собрав последние силы, она поднялась. Сначала на четвереньки. Разбитые в кровь коленки нещадно саднили. На трясущихся ногах она смогла выпрямиться. А за дверью ее клетки уже слышны были шаги палачей. Без оружия, без какой-либо надежды на спасение она готова была броситься на них с голыми руками. И либо сбежит, либо погибнет, но спасётся из этого ада.

Всё как в прошлый раз: дверь открылась, на миг ослепив эльфийку, а перед глазами тут же было взволнованное лицо Гинтара. Он знал второго эльфа, тот всегда давил на больные точки, и мысленно взмолив Сектара показать, что творится у неё в голове, туманный был в шаге, чтобы прекратить её метания.

— Милая, ты как? — наплевав на толпу и на туманных, Гинтар отпихнул испытуемого и обхватил лицо своей красавицы. — Всё хорошо, это было неправдой, я тут.

— Гинтар… — после второго раза было сложнее осознать, что все произошедшее было ложью. Тяжело дыша, сдерживая слезы — нет, перед толпой эльфов она ни за что не заплачет на потеху туманным — Валанди обхватила любимые руки и выдавила улыбку. — Все нормально, я справлюсь.

А в голове понимала, что уже сейчас была близка к провалу. Если бы не разговор с Сектаром ночью, ее бы точно захлестнула жалость к себе, ввергая в уныние.

— Ты у меня большая молодец, слышишь? Остальные грехи не такие страшные.

Кая и Закнеыл не понимали, что там ей показывали, но услышав «Она прошла через Уныние!», Кая подпрыгнула к Валанди, готовая обнять её, но… как-то они не подруги… Да и не так тесно общались. В общем, это вылилось лишь в радостную улыбку и прихлопывания по плечу.

Третьей была женщина. Коснувшись Валанди, она показала ей горы Слёз. Солнечная с двумя своими коллегами по поискам сокровищ пряталась от саблезубого льва, который рыскал в этих окрестностях. Они ушли чудом и решили попытаться украсть у живущей здесь банды головорезов сокровище немного позже, когда у них будет достаточно сил справиться с метровой кошкой.

И вот, спрыгивая с очередного выступа, Валанди остановилась. В нескольких метрах от неё на полметра выше виднелась пещера. Быть может, здесь они смогут переждать опасность? Большой кошке будет трудно взобраться по столь крутому обрыву, но ловкому эльфу и двум людям не составит труда. Однако в пещере их ждал сюрприз.

Она была уже занята старой гарпией. Огромная отвратительная голая женщина с мертвецкой серой кожей и с пахучими вороными перьями по всему телу и вместо волос. Вместо рук были крылья, а вместо ног — вороньи лапы. Она спала, укрыв себя крыльями, но прямо позади неё были клинки. Те самые!