Романовы forever - Анна Михайловна Пейчева

готовили два, а то и три десятка высококлассных поваров – Бланк и сам толком не знал, сколько прислуги у него скопилось сегодня на кухне. Барон уже открыл было рот, чтобы объявить: «Прошу всех к столу!» – как к нему, звеня шпорами и придерживая на боку длинную шпагу, подошел таинственный брюнет в полумаске, закрывающей верхнюю часть лица.

Судя по четко очерченному подбородку и гордо расправленным плечам, незнакомцу было не более тридцати. Однако, в отличие от современной молодежи, он явно с уважением относился к традициям: юноша был облачен в синий бархатный камзол, а за такие белые обтягивающие брючки Бланк не пожалел бы и пару акций своего банка. В бальный комплект немного не вписывался современный, хоть и выключенный, Перстень-Разумник. Но барон тут же простил юноше эту маленькую слабость, как только взглянул на его пышные белые манжеты и еще более пышный воротник.

С некоторой опаской поглядывая на шпагу незнакомца, барон учтиво осведомился:

– Что вам угодно, сударь?

– Прежде всего, прошу прощения за маску, – отозвался юноша, слегка поклонившись. У него был довольно сильный акцент, но барон пока не понял, какой именно. – Я знаю, что бал не маскарад. Но у меня не было выхода, клянусь богом!

– Ну что вы, – барон кивнул. Он был весьма заинтригован и в то же время польщен. Мало кто из нынешних молодых людей осознавал, что такое бальный этикет и почему его нельзя нарушать. Юрка вот никогда не понимал. – Я к вашим услугам.

– Для начала позвольте представить себя, сеньор барон, – юноша понизил голос. – Мануэль Хавьер Франциско Гарсиа Мартинес де Родригес лос Сантос.

– Сын короля!.. – воскликнул барон и тут же испуганно оглянулся. К счастью, музыка заглушила его выкрик. Окружающие были увлечены энергичным танцем галопом. – Сын короля Луиса Второго, – повторил Бланк шепотом. – Какая честь для меня.

– Счастлив быть здесь, – принц снова поклонился, прижав руку к груди. – Я прибыл по поручению отца. Он прочитал вашу записку, переданную с доном Карраско. Отец весьма рад вашему предложению о сотрудничестве.

– Может быть, пройдем в кабинет, батенька? – засуетился барон. – Я прикажу шампанского… «Вино Большой кометы»…

– Это вызовет подозрение, – отказался Мануэль. – Лучше здесь. Как светский разговор. Барон, Великая Испания предлагает вам альянс. Мелисса ушла, с Катриной мы точно не договоримся, – даже под маской было видно, как лицо принца перекосилось от плохо сдерживаемой ярости. – О небо, что за глупая, ветреная женщина! Променять меня, наследника величайшей державы тысячелетия, на рыжего неудачника… Клянусь всеми святыми, она еще раскается, она еще пожалеет!..

– Ээ, принц?.. – Бланк вежливо покашлял, чувствуя, что еще немного, и страстный испанец перекричит весь симфонический оркестр.

– Ах да, пердон. Итак, сеньор барон, наши интересы совпали. Мы предлагаем альянс лично вам. Нам нужен преданный союзник во главе России. Мы понимаем, что совсем скоро империя очнется и вступит в войну за Венесуэлу. Мы знаем, что вы уже строите магниты, чтобы вернуть электричество. Нам не нужно электричество. Нам нужен хаос, чтобы доминировать в мире. Отец предлагает вам сделку: Испания поддержит вас, сеньор барон, всей мощью своего флота. Диабло, вся Непобедимая Армада за вашей спиной, если вы пожелаете убрать лишних людей с русского престола! Вы же в обмен гарантируете отсутствие электричества как минимум на три года. А лучше – навсегда. Никаких магнитов, никакого современного оружия у наших противников. Вы согласны, сеньор?

Бланк только что в пляс не пустился от радости. Даже сделал пухлыми ножками несколько па, которые весьма удачно сошли за польку, ее как раз сейчас наяривал оркестр.

– Я готов на всё, батенька, – счастливым голосом заявил барон.

Юноша сдернул с мизинца Перстень-Разумник:

– В таком случае – это вам. Вы догадаетесь, как им воспользоваться.

Бланк с некоторым недоумением покрутил бесполезный гаджет в руках и сунул в карман жилета. Потом отколол от лацкана фрака цветок миддлемиста:

– Передайте отцу в знак закрепления союза.

Принц кивнул и растворился в толпе.

Барон Бланк, словно во сне, вышел в центр Золотой галереи, сделал знак рукой музыкантам и в наступившей тишине провозгласил:

– Дамы и господа, прошу всех к столу! Нас ждет осётр по-царски, выловленный в нашем родном Байкале сегодня рано утром, маседуан из земляники, собранной в соседнем лесу; а также салат из лепестков роз, выращенных прямо здесь, в моем саду, на нашей сибирской земле. Добро пожаловать на патриотический ужин, батеньки мои!

Глава 4. Становится жарко

4 июля

Российская империя. Сибирь. Долина вулканов

Николай

Николай Константинович совсем не думал о Мелиссе.

Он не думал о Мелиссе, когда советовал Алексею, как строить баррикаду из вагонов бывшей столичной вакуумки.

Он не думал о Мелиссе, когда запускал с Мустафой экспериментальный квантовый двигатель, единственный в своем роде, и тот, вопреки ожиданиям, о чудо, заработал, раскрутил подводный бур.

Он не думал о Мелиссе, когда угощался сладкой княженикой, которую Софи насобирала в лесу, хотя вот именно Мелиссе эта чудо-ягода с ананасно-персиковым ароматом и вкусом малины наверняка бы пришлась по душе.

Он совсем не думал о своей несчастной любви, когда по ночам лежал без сна на спине в кузове фуры и сквозь вентиляционный люк смотрел в темное небо с необычайно большой и чертовски романтичной луной.

Слушая фырканье полутысячи лошадей, разбредшихся по окрестным холмам, бывшим когда-то кипящими вулканами, Николай Константинович совсем не сравнивал свое окаменевшее сердце с застывшей лавой.

Ну уж нет, история с его четвертьвековой тоской по Василисе не повторится вновь.

Он не позволит еще одной женщине, пусть даже и самой сногсшибательной на всей Земле, взять верх над его чувствами и разумом.

У него только сейчас одна-единственная цель – запустить Сибирский Магнит, и он в достаточной степени владеет собой, чтобы на сто процентов отдаться величайшему делу своей жизни.

А в любовные бирюльки пусть молодежь играется. «Я слишком стар для всех этих ромашек, – часто повторял про себя экс-император, тут же прибавляя: – Если не речь не идет о ромашке Русско-Балта, конечно».

– Николай Константиныч, айда со мной! – заорал Алексей, разбежался и гигантской бомбочкой плюхнулся в ледяную воду, качнув массивную буровую платформу. Софи, восторженно наблюдавшая за женихом, пискнула и зааплодировала, позабыв про своей кофе из корня рогоза. Руководители экспедиции, в том числе экс-император, его младшая дочь, глава Академии наук и еще шесть человек обедали посреди горного озера, наслаждаясь коротким перерывом в тяжелой работе.

– Как пельмень, который увидел, что вода в кастрюльке закипела, – прокомментировал пируэты Алексея один из сидящих за столом, усатый инженер Савельев, считавший своим долгом брюзжать как минимум четырнадцать часов в сутки,