Фаворитка месяца - Оливия Голдсмит

Сэм Шилдз работал, как в горячке, над «Рождением звезды», – и над сценарием, и над съемками. Кроме того, он спал с Эйприл. И все больше и больше думал о Джан Мур. Воистину, все его время было заполнено работой. И, конечно, он уставал.

Основные съемки начинались только через неделю. Нужно было кое-что выбросить, сделать кое-какие дубли. В конце концов выбрали Северную Калифорнию. Многое нужно еще переписать. Сэм вздохнул и посмотрел на Эйприл. Если бы он должен был выбросить кое-что или кое-кого из своей переполненной жизни, он предпочел бы вышвырнуть Эйприл. Но Сэм понимал, что это невозможно. Она позволила и простила флирт с Крайстал Плинем, но дала ясно понять, то Сэму больше не дозволено ничего подобного или она воспримет это как личное оскорбление. Перспектива заслужить месть Эйприл Айронз не прельщала его.

А сейчас Сэму нужна была помощь, и он подумывал о помощнике, ассистенте режиссера. Он понимал, что это вынужденное зло, хотя не признавался в этом себе даже после «Джека и Джилл». Сэм не захотел брать того же самого парня.

«Но ведь это, – напомнила ему Эйприл, – был МАЛЕНЬКИЙ фильм».

На данной стадии ассистента режиссера не было, но такой фильм требовал много съемок на природе и в студии. И ассистент мог бы сберечь время и деньги, снимая пейзаж без актеров или делая другие съемки: небо, улицы и прочее.

Найти помощника было бы нетрудно. Сэм полагал, что А.Джоель Гроссман не лучше и не хуже других, но пока этого не сказал.

– О чем ты думаешь? – спросила Эйприл после того как они побеседовали, и Джоель вышел из комнаты.

– У него мало опыта, – сказал Сэм.

– Но у него хорошие рекомендации.

– Он сын секретаря твоего босса. Что это за рекомендации? Эйприл отмахнулась от вопроса Сэма.

– Он превосходно прорекламировал джинсы, они прекрасно продавались. И тысячи других вещей на продажу. И еще Джоель прекрасно знает, как себя держать. С ним все ясно. Думаю, он достаточно изобретателен, а может быть, и способен на творчество. Ты хорошо заработаешь, Сэм. Доверься мне.

Вот в том-то все и дело, что Сэм не доверял никому. Но он тоже подумал, что Джоель сможет выполнить эту работу, хотя бы потому, что имеет некоторый опыт и претензии на художественное творчество. Если он сумел прорекламировать джинсы, значит, вполне сможет таскать за Сэмом его папки с бумагами. Парню нужна работа в кино, любая работа.

– О'кей, – в конце концов сказал Сэм. – Надеюсь, это не повернется так, что я из-за него получу по заду. Теперь ты мой должник. – Сэм взглянул на список актрис, приглашенных для чтения. – Кто следующий? – спросил он.

Не отрывая глаз от сценария, Эйприл подняла пустую чашку, и служанка заботливо взяла ее. Потом на столе снова оказалась полная чашка. Эйприл сделала глоток и вдруг выплюнула все на пол.

– Кто это сделал? Проклятье, здесь же «Иквал».

– Простите, мисс Айронз… – засуетилась служанка.

– «Свит-н-Ло» – сколько раз тебе говорить? Служанка убежала, чтобы приготовить свежий кофе.

– Иисусе Христе! – воскликнула Эйприл, уже разговаривая с Сэмом. – Откуда только эти люди ПРИЕХАЛИ? Не могут даже вспомнить, какой кофе я предпочитаю. – Эйприл отпихнула сценарий в сторону вместе со своими записями. – И я не могу найти актрису, которая бы нормально прочла эти вшивые строчки. ПРОЧЛА, ради Бога. Не запомнила, не СЫГРАЛА, а только прочла их…

Сэм подумал о Джан Мур и о том, как она оттолкнула его своим монологом. Ночью он снова и снова прокручивал фильм. Сэм причесал свои темные волосы, потом прижал ладонь ко лбу. Устал! Они сидели за столом с восьми утра. А теперь было почти четыре. Семнадцать чтений. И никто не подходит. Вечер предстоял долгий и трудный.

– Я бы лучше дал почитать ребятам, которые работали в моей труппе в Нью-Йорке. Они, по крайней мере, читать могли. Голливуд! – возмущенно процедил он сквозь зубы.

Лучше бы он остался там. Сэм знал, что Эйприл не переносит нападок на Голливуд со стороны «мистера с Бродвея», как она его прозвала. Но теперь Сэм вспомнил Мери Джейн Морган и время, когда она пришла на первое чтение пьесы «Джек, Джилл и компромисс». Она была актрисой. Очень хорошей актрисой. Почему в этом городе нет такой же Мери Джейн?

Мери Джейн была скромным бутоном, который расцвел под его режиссурой. Она расцвела еще и благодаря их личным взаимоотношениям. Почему Сэм так полюбил роль режиссера, Пигмалиона для Галатеи?[16]Ему нравилось быть нужным, быть умным, быть опытнее других, контролировать все и всех. Жажда власти? Да. Оттого что он не чувствовал себя в спокойствии и безопасности? Сэм так не думал. Что плохого в желании учить другого человека, в желании помочь другому? Как он может выполнять свое предназначение? Где новая ученица?

Ну, возможно, есть такая. Джан Мур, Сэм знал, уже выучила наизусть весь новый сценарий. Она умна, старательна, и хороша во всем. Он был уверен в ней. Но Джан молода и нуждается в режиссере. Сэм поработал с ней две недели и был поражен, как быстро девушка все усваивает. Он знал, что с ней съемки «Рождения звезды» превратятся в сущее удовольствие. Сэм успокоил ее: не будет раздевания в любовной сцене – и наслаждался работой. Джан – профессиональна, свежа, красива и забавна. Но не так, как Эйприл. «Динамичная женщина, – подумал он. – И к тому же ранимая».