Дом Солнца - Наталия Павловская

– Ко мне пришли, – ответил Солнце.

Саша с любопытством огляделась:

– Так вот где ты живешь!

– Я не живу здесь. Я здесь ночую.

Саша улыбнулась:

– А я зато знаю, где ты на самом деле живешь!

– Интересно.

– Герда сказала, где-то на море есть Дом Солнца. – Саша хитро глянула на Солнце, но тот остался серьезным:

– У солнца нет дома. Небо разве что.

– Ну, вот какой ты! – притворно рассердилась Саша. – Я же не о том! Я о твоем доме!

– Я понимаю.

– Но не хочешь говорить?

Солнце молча улыбнулся.

– Ну и ладно! – Саше не приходилось еще бывать в таких жилищах, и она не могла определить, нравится ей здесь или нет. – А у тебя тут… интересно…

– У нас с Лизой, – уточнил Солнце.

– С женой?!! – вдруг испугалась Саша.

– Нет, с крысой. Обычной серой крысой.

Солнце подвел Сашу к большому, пустому, на первый взгляд, аквариуму.

– Лиза, выходи знакомиться, – позвал Солнце.

Из лежащей в аквариуме пестрой вязаной шапки высунулась крысиная мордочка.

Саша призналась шепотом:

– Я боюсь.

– Она тоже, – заверил Солнце.

Солнце достал крысу из аквариума:

– Саша, это Лиза. Лиза, это Саша. Она практически хиппи, соответственно, любит венки из ромашек и говорить о духовности.

Саша на всякий случай отстранилась подальше от Лизы, а Солнце достал из холодильника кусок колбасы, кроме которого в агрегате не было ничего, положил кусок в аквариум и опустил туда крысу. Лиза жадно принялась за еду.

– Она ест мясо?! – изумилась Саша.

– А как же? Лиза – ветеран.

– Ветеран чего? – не поняла Саша.

– Ветеран-крысолов, – пояснил Солнце. – Она много лет служила на теплоходе «Иван Сусанин», пока я не выменял ее у старшего помощника на капитанский ремень.

– Да как же это: крыса – крысолов?! – недоверчиво следила за Лизой Саша.

– На флоте есть такой обычай. В пустую бочку сажают молодых крыс и не утруждают себя заботами об их пропитании. В результате выживает одна. Ее выпускают на свободу, и она, по привычке, продолжает питаться сородичами.

– Ужас! Зачем она тебе такая? – нахмурилась Саша.

– Я – ее пенсия. Каждый имеет право на заботу и понимание. Что бы он ни делал в прошлом.

Раздумывая над словами Солнца, Саша удивленно оглядела комнату: повсюду – на батарее, подоконниках – сушились черные сухари.

– А почему у тебя столько сухарей? – спросила Саша.

– Они всегда пригодятся в дальней дороге, – ответил Солнце.

Саша вопросительно посмотрела на Солнце, но тот лишь улыбался, не собираясь давать пояснений.

Саша снова почувствовала себя неуютно и глянула на часы:

– Наверное, уже родители вернулись. Волнуются…

Вместо ответа Солнце набрал номер телефона:

– Борь, а Герда пришла уже? Пусть зайдет на минуту.

– …Так я пойду? – Саша была уязвлена, но старалась не выдать себя: ничего себе – она, Саша, еще даже уйти не успела, а он уже звонит другой девушке! Тоже мне Солнце!

– А ты хочешь уйти? – неожиданно спросил Солнце.

– Я… я не понимаю… – призналась Саша.

– Не нужно понимать. Просто скажи: ты хочешь уйти?

И Саша почему-то честно выдохнула:

– Нет, – а про себя подумала: «А мне все равно, пускай думает что хочет!»

– Это мне и нужно было знать, – улыбнулся Солнце.

Лиза, доев, снова забралась в шапку.

А в дверь постучала Герда.

На ней была сооруженная из простыни древнегреческая туника.

– Добрый вам ивнинг! – бодро поприветствовала Солнце и Сашу Герда и покрутилась на месте.

– Ну как? Изображаю Афину, символ победы пролетариата во всем мире, полтора ванка за час. Кореец вылепит – буду в каком-то ДК стоять. А чего звали-то?

Солнце указал взглядом на пригорюнившуюся Сашу.

– Понятно, – кивнула Герда. – Говори телефон. – И решительно сняла телефонную трубку. – Ну?

– Чей? – переспросила Саша.

– А как ты думаешь?! Твой, конечно, – строго посмотрела на Сашу Герда.

– 123-45-67. А зачем? – Саша удивленно наблюдала, как Герда уверенно накручивает номер на телефонном аппарате, попутно интересуясь:

– Родителей как зовут?

– Чьих? – все не понимала Саша.

– Ну не моих же, – раздраженно пожала плечами Герда. – Моих – я знаю как.

– Владлен Степанович и Антонина Анатольевна…

– Подружку какую-нибудь как зовут?

– Катя Лицман… А что?

Но Герда уже щебетала в трубку совсем другим голосом – голосом послушной девочки и хорошей подружки:

– Аллё! Антонина Анатольевна? Здравствуйте, это Катя, Катя Лицман. Ага, мне тоже приятно. Антониночка Анатольевна, можно Сашка у меня еще пару часов задержится, а то у меня день рождения был, посуды грязной – ужас сколько! А Саша мне помогает. Ага. Ой, спасибо вам огромное! Что? Госпремию?

Герда прикрыла мембрану рукой и шепотом уточнила:

– А кто у нас папа Лицманов?

– Академик, – ничего не понимала Саша, а Солнце с улыбкой наблюдал за ее недоумением.

Герда уверенно отвечала по телефону:

– Да, получил, получил папа Госпремию! На прошлой неделе еще. Маме шубу купил. Морской котик. Ага. Ну, вы же понимаете… Ну, все, спасибо, побегу, а то Сашка там одна все моет… Что?.. Нет, мы не на Бронной. Мы у бабушки моей. На Богдана Хмельницкого. Дом четыре. Квартира двадцать два. Ага. Спасибо.

Положив трубку, Герда со значением посмотрела на Солнце:

– Ну, все? Порядок теперь?

– Зачем ты им адрес сказала? – ласково пожурил ее Солнце.

Герда ядовито уточнила:

– Но она же не собирается оставаться здесь на всю ночь?

Саша смущенно покосилась на Солнце. Ей показалось, что Герда – независимая, смелая, боевая Герда попросту ревнует. Но Саша отогнала эту девчачью мысль.

– Все равно спасибо, – не отвечая на вопрос, кивнул Герде Солнце.

– Пустяки. – Герда плотнее запахнулась в тунику. – Меня тоже когда-то отмазывали. Белка со Стрелкой. Клёвые девчонки были. Ну, пошла я, а то у Корейца глина сохнет.