Смятение - Даниэла Стил

— Представляешь, — закончила Глэдис, — этотгном пригласил меня на свидание во вторник! Да еще и пукнул при этом!

— И что ты ему ответила? — весело спросил Пол.

— Разумеется, я согласилась! — ответила Глэдис,талантливо изобразив удивление. — Или ты думаешь, что я до конца жизнисобираюсь оставаться старой девой?

— Как жаль!.. — сказал Пол, притворяясьразочарованным. — Я имею в виду, что ты согласилась встретиться с этимтипом. Он отвратителен!

— Ты что, ревнуешь?

— Возможно. Кроме того, я, кажется, лечу в Нью-Йорк. Ярассчитывал, что мы сможем пообедать… или даже поужинать вместе, но раз вторнику тебя занят, я не знаю…

— Что-о?!. — Слова Пола застали Глэдис врасплох.Она просто не верила своим ушам! Ей уже казалось, что Пол останется на борту«Морской звезды» до скончания веков. — Ты это серьезно?

— Я серьезен как никогда. Мои партнеры сообщили мне озаседании совета директоров, на котором я обязан присутствовать. Ничего важноготам решаться не будет, но этого требует протокол, так что я решил поехать. Вконце концов, я уже почти забыл, на что похож Нью-Йорк весной, да и «Морскаязвезда» начинает мне потихоньку надоедать.

— Вот не думала, что когда-нибудь услышу от тебя такиеслова! — воскликнула Глэдис, не в силах сдержать счастливой улыбки.

— Я тоже не думал… Жаль, Седина не может слышать менясейчас, вот бы она порадовалась, — отозвался Пол, и в его словах непрозвучало обычной грусти.

Глэдис рискнула задать ему еще один вопрос:

— А… когда ты прилетишь?

— В понедельник. То есть на понедельник назначенозаседание, а прилетаю я в воскресенье вечером. Пожалуй, это будет самоеразумное, хотя…

Пол заколебался. О том, что придется лететь в Нью-Йорк, онузнал еще неделю назад, однако сказать об этом Глэдис не решался. До последнеговремени он и сам не был уверен, что подобный подвиг окажется ему по плечу. Онне хотел будить в ней напрасные надежды. К тому же встреча с Глэдис лицом клицу заставляла его нервничать. В ней было что-то такое, что по-прежнемуволновало и трогало его. Пол боялся, что, поддавшись минутному настроению,может совершить ошибку, которая дорого обойдется им обоим.

— Ты случайно не сможешь меня встретить? — спросилон небрежно и в то же время волнуясь, словно школьник, приглашающий своюизбранницу на первое свидание.

— В аэропорту?

— Да, разумеется. Если, конечно, у тебя будет время.

И прежде чем он успел сказать: «Не надо, я не хочу тебязатруднять», Глэдис ответила:

— Думаю, это можно будет устроить.

— Я должен увидеть тебя, Глэдис! Последние слова онпроизнес каким-то странным тоном, но Глэдис решила, что его волнение вызваносовсем другими причинами. В Нью-Йорке он жил с Сединой. Пол не был там ужебольше полугода. Он уехал из Штатов через день после похорон жены и ни разу невозвращался.

— Мне тоже хотелось бы повидаться с тобой, —просто сказала она.

Ей хотелось узнать, сколько времени Пол пробудет вНью-Йорке, но она не спросила. Ей хотелось надеяться, что Пол обнаружит в себедостаточно мужества и сумеет противостоять боли, которую неминуемо должны быливызвать в нем знакомые места, накрепко связанные в его памяти с Сединой. Судяпо всему, Пол и сам еще не знал, как подействует на него возвращение. Глэдис нехотела вынуждать его к обещаниям, которые он не сможет выполнить.

— Что ж, — сказала она самым веселым тоном, накакой только была способна, — похоже, мне придется отменить свое свиданиево вторник. Ради старых друзей приходится идти на жертвы…

— На всякий случай сохрани его телефонный номер — онеще может тебе пригодиться, — заметил Пол и принужденно рассмеялся. Онпытался шутить, но голос выдавал его напряжение.

Они поговорили еще немного, потом Пол попрощался, сказав,что точное время прилета он сообщит позднее. Пожелав ему всего хорошего, Глэдиспервая положила трубку и еще долго сидела у окна, вспоминая их странныйразговор. «Я уже забыл, как выглядит Нью-Йорк весной», — сказал Пол, иГлэдис, глядя на улицу, попыталась разглядеть хоть какие-то признаки того, чтовесна действительно близко, но не смогла. Была уже почти середина марта, нодеревья стояли голые, а мерзлая земля выглядела серой и безжизненной. «Да,кажется, Пол действительно забыл, что такое весна в Нью-Йорке», — подумалаГлэдис, качая головой. Впрочем, при мысли о том, что Пол возвращается, онаснова начинала верить в то, что еще немного — и все вокруг снова расцветет, нагазонах появится молодая трава и цветы, а в кронах деревьев зазвучат звонкиептичьи трели. Они оба заслужили это.

Поднимаясь к себе в спальню, Глэдис грустно улыбнулась. Всеэто еще ничего не значит. И все-таки… все-таки она была рада снова увидеть его.