Вулкан любви - Патриция Райс

Эх, догадаться бы Саманте, в чем дело! Она видела немало женщин, приходивших к ее матери с больными детьми, и ей надо было обратить внимание на детали, следовало помнить симптомы. Но ей было не до того – они успели вовремя! И от радости девушка махала рукой, приветствуя людей, высыпавших из фургонов.

Женщины плакали, дети кричали от возбуждения, усталые мужчины молча наблюдали, как с холма спускалась цепочка мулов. Стоило Саманте открыть рот, как женщины немедленно окружили ее, признав в ней родственную душу.

– В вашей группе есть доктор? – спрашивали одни.

– Нам нужен врач, – просили другие.

– Далеко ли до поселка? Вопросы сыпались не переставая.

Саманта услышала, как Брэдшоу объяснял, что необходимо подождать до рассвета, а затем их проводят вниз. Саманте не требовалось врачебной интуиции матери, чтобы понять, что для малыша в лихорадке, которого держала женщина, первой вышедшая из фургона, медицинская помощь в таком случае может просто не понадобиться. Возможно, в фургонах были и другие больные или раненые, которые даже выйти не смогли. Неуклюже двигаясь в своих снегоступах, она подошла к Брэдшоу.

Она знала, что это один из старших рудокопов Толботта. Этот рослый человек с каким-то неопределенным характером был одним из немногих, кто не одобрил их появления в поселке. Он выполнял распоряжения Толботта старательнее, чем другие. Надо было найти способ перетянуть его на свою сторону.

– Там больные, – произнесла она, когда он раздраженно взглянул на нее сверху вниз. – И не только этот ребенок. Нам надо привезти их в поселок, к доктору Рэмси.

Брэдшоу нахмурился.

– Толботт сказал проводить их с горы. Он не хочет видеть никаких женщин и детей. Уверен, черт возьми, что он не захочет и больных!

– Вы хотите, чтобы они погибли? – спросила Саманта. – Вы хотите взять на душу этот грех? Проводите здоровых, если считаете нужным, но больных мы должны взять с собой. И немедленно!

Вокруг них уже собрались люди, и Брэдшоу огляделся. Переселенцы услышали слово «доктор» и закивали, соглашаясь с Самантой. Некоторые уже велели женам завернуть детей и приготовиться к переходу. Мужчины поселка Толботт беспокойно переводили взгляды с Брэдшоу на Саманту.

– Они умрут и в дороге, – запротестовал Брэдшоу. – Скоро станет совсем темно, а снег все валит и валит.

– Мы возьмем фонари! – крикнул кто-то из переселенцев.

– Но там могут быть волки и голодные гризли, – парировал Брэдшоу.

Саманта скорчила презрительную гримасу.

– Я пристрелю их, если вы не можете. – Она повернулась к группе из поселка. – Кто-нибудь возьмется проводить нас обратно?

Вперед вышел Краснокожий Джо.

– Давайте собирайте их, я знаю дорогу.

Один за другим владельцы мулов отделялись от толпы, помогая женщинам и детям взобраться на спины животных. Саманта хотела было обнять сварливого Джо, но один только взгляд на него полностью отбил это желание. Он, конечно же, поступился своими интересами и утром, несомненно, пожалеет об этом, но хотя бы раз в жизни сделает праведное дело.

Обратный путь оказался легче, поскольку ветер дул им в спину. И все же дети хныкали от холода. Женщина с больным ребенком молча сидела верхом на муле, прижимая к себе сверток, из которого не доносилось ни звука. Саманта периодически подбадривала ее, шагая рядом. Впрочем, вряд ли женщина что-либо воспринимала.

Остальные переселенки тоже шли молча, понимая, что движутся отнюдь не к цивилизации. Их поддерживала лишь мысль о том, что впереди доктор. Они не понимали, что в фургонах замерзли бы.

И опять Слоан оказался прав. Эти люди здесь не ко двору. Саманта не знала, кто они и куда направляются, но в такой глуши, не имея даже элементарных навыков выживания, делать им нечего. Людей настолько неразумных нельзя было принимать в колонию, но обрекать их на гибель, бросив на произвол судьбы, просто бесчеловечно!

Поздно ночью в полном изнеможении группа добрела до поселка. Элис Нили одной из первых выбежала людям навстречу. Она обняла Саманту, Джека и тотчас подошла к женщине с больным ребенком.

Саманта увидела огонек сигары Толботта на галерее. Вряд ли он вышел поприветствовать пришедших. Краснокожий Джо куда-то сразу же исчез. Люди и мулы бесцельно толклись на площади. Без фургонов или палаток им некуда было деться. Хотя снег здесь шел не так сильно, ночевать под открытым небом все-таки очень холодно. Саманта вздохнула с досадой. Кому-то придется брать ответственность на себя.

– Мама, больных лучше провести в отель. Мужчины пусть отодвинут бильярдные столы, чтобы мы расстелили тюфяки в салуне.

Элис Нили кивнула и немедленно двинулась к отелю, за ней потянулась цепочка переселенцев. Саманта повернулась к старателю, который восхищался ее снегоступами, и попросила передвинуть столы в салуне. Тот посмотрел на кончик сигары, мерцающий на галерее, потом на Саманту и пошел выполнять просьбу.

И все повторилось сначала.