Девочка-яд - Виолетта Роман

— Никогда не видел тебя здесь, Рыбка, — хирург придвинулся ко мне и прошептал эти слова на ухо. А вот следующую фразу этот кретин произнес так громко, что услышали все вокруг.

— И что это за винтажный кент? — он кивнул на Славика.

— Почему винтажный? — нахмурился мой спутник. Я была удивлена его спокойствию. Другой бы уже начислил физиономию наглецу, а Славик оставался абсолютно спокойным.

Максим заржал.

— Твой вельветовый пиджачок и эти очки. Чувак, ты из 80-х к нам? — он считал, что его шутка смешная. Ухмыльнулся так ехидно.

— Послушай, чувак, — уголки губ Славика слегка приподнялись в улыбке. Он подался немного вперед, заботясь о том, чтобы Максим услышал каждое его слово.

— Ты не нарывайся. Мы сидим, никого не трогаем. Не мешай мне с моей девушкой.

Я почувствовала гордость за своего парня. Он даже нахамить умеет вежливо и красиво.

Хирург молча откинулся на спинку стула. Взял со стола зубочистку, сунул меж зубов и, сложив на груди руки, сверлил Славика задумчивым взглядом.

— Не хочу тебя расстраивать, дружок, но эта девочка — моя.

Ну, все. Я устала от этого безумия.

— Слав, прости. Это мой знакомый. Хирург из клиники, где я прохожу практику…

Поворачиваюсь к Евграфову, прожигаю злым взглядом.

— Что тебе надо?

— Что мне надо? — вскидывает удивленно бровью, а сам кладет ладонь на мое бедро. Сжимает его, ведя руку вверх, прямо под подол юбки. Меня охватывает страх. Не дай бог, Славик сейчас увидит все это, господи, Максим меня опозорит.

— Руки убери, животное! — рычу, подавшись ближе к наглецу. Пытаюсь отстраниться, но он не дает. Обхватив другой рукой мою талию, с силой прижимает к себе.

— Что мне нужно от тебя? — шепчет у самого уха, обдавая кожу шеи дыханием. От него так сильно пахнет виски…

— Думаешь, только секс? Не-а. Может, я поговорить хотел. Может, у меня сложный день был.

Я видела, каким напряженным был Славик. И я понимала, сейчас рванет. Нужно было как можно скорее делать отсюда ноги.

— Максим Вениаминович, может, вы прекратите на глазах у всей публики приставать к своей практикантке? — в очередной раз попыталась оттолкнуть хирурга. Но он только засмеялся в ответ. Славик взял со стола телефон и поднялся со стула.

— Да ладно, чего ты, тут все свои, — едва не пропел довольно Евграфов. — Вон, Марина, она тут типа главная, — он указал на женщину, стоящую в проходе, все это время не сводящую с нас глаз. Видимо, дамочка силилась понять, по своей воле я с этим придурком или нет. Я хотела попросить ее о помощи, но следующие слова Макса заставили меня замолчать.

— Я ее трахал… но с тобой она не сравнится, детка.

Холодок пробежал по спине. Я боялась поднять глаза на Славика.

— Отвали, придурок, — прорычала, едва не расплакавшись от обиды. Да что же он за урод такой?!

— Т-ш-ш… Не будь такой грубой, Рыбка…

— Лена, давай уйдем, — Славик приблизился ко мне, положил руку на мое плечо. Он хотел что-то сказать Евграфову, но Максим осек его жестким взглядом.

— Эй, сладкий, ты иди. Рыбка со мной.

— Я не с тобой!

— Не обманывай себя, милая, — ухмыльнулся идиот. И откуда у него столько уверенности в себе?

— Убери от нее руки, — Славик вышел из себя. Он приблизился вплотную к хирургу. Ситуация грозилась перерасти в скандал.

— Ой, ты только не плачь! — засмеялся придурок и, повернувшись ко мне, произнес.

— Рыбка, бедолага походу завис на тебе. Как ему будем говорить, что он в пролете?

— Не трогай меня, ты не имеешь права так поступать! — я пыталась до последнего призвать его к разуму. Я посмотрела в его глаза, силясь найти там понимание. Но там был только дурман.

— Да ладно тебе, той ночью ты горела под моими руками. До сих пор помню твои тяжелые сисечки в своих ладонях… — он накрыл рукой полушарие моей груди, зарычав, я оттолкнула его руку.

— Лена, уходим.

Славик дергает меня за руку на себя. В то время как Евграфов продолжает удерживать.

— Ты не понял, чувак, уходишь ты. Она остается, — в голосе хирурга зазвучала злость.

— Охрану можно сюда?! — кричит Славик, оглядываясь по сторонам. Он зол, расстроен и растерян. Спустя пару мгновений, к нам подходит бармен.

— Макс, ты че буянишь? — усмехается мужчина, проходясь изучающим взглядом по мне и Славику.

— Адам, вот она моя крошка горячая… — с гордостью заявляет Максим. — Убери этого идиота отсюда, — кивает на Славика.

— Евграфов, да ты нажрался… — смеется мужчина. А я понимаю, что он совсем не поможет нам. Не зря бармен напомнил мне хирурга. Они друзья? Или родственники?

— Пошел ты, — кривится Макс, но в этом случае беззлобно. Но хватку ослабляет, и мне удается отстраниться. Спешу подняться из-за стола, хватаю Славика за руку.

— Пойдем.

Парень кивает, выходит вперед. Мы направляемся к дальнему коридору, на выход. Я дико зла, но пытаюсь держать себя в руках. Впереди еще объяснения со Славиком. Надеюсь, парень поверит моим словам и простит меня за этот ужасный вечер.

Впереди дверь. И я выдыхаю мысленно, думая о том, что сейчас мы покинем это место. Славик выходит первым, я следую за ним, но не успеваю сделать это. Чувствую хватку на своей талии, а в следующий момент меня резко оттягивают назад. Хлопает входная дверь, а в следующую секунду щелкает замок. Я в темноте, прижата к стене чем-то тяжелым и пахнущим виски. Славик начинаем барабанить в дверь, не в силах ее открыть. А я не могу отвести испуганного взгляда от голубых глаз, смотрящих на меня.

— Попалась, Рыбка, — его губы касаются основания моей шеи. Он проходится по коже нежными касаниями. Голова кругом, сердце бухает в груди. Его руки блуждают по моему телу так по-хозяйски, будто Евграфов имеет на меня все права. И когда его тяжелая ладонь накрывает, слегка сжимая, мою грудь, я прихожу в себя.

— Максим, я тебя убью, черт возьми! Ты что творишь?! — рычу, пытаясь оттолкнуть его в грудь. Но такое чувство, словно упираюсь ладонями в неподвижную каменную стену. Улыбка расползается на его губах. Наглая, самодовольная. И это злит еще больше.

— Это ты что творишь, чокнутая?! Какого черта с другими мужиками шляешься? Заявилась в бар моего друга с этим недоноском и думаешь, я пройду мимо? — он продолжает трогать меня. Его рука скользит вверх по бедру, накрывает ткань моих трусиков. Низ живота наливается тяжестью от этих касаний. Я ненавижу этого придурка! Снова и снова толкаю, а он продолжает свою пытку, лаская пальцами мою плоть. Рычу от бессилия. Хватаю его за шею, сжимаю, пытаясь привести в себя. Он замирает. И когда я решаю, что победа за мной, поднимаю на взгляд к его глазам. Только там все то же веселье.