Колючая Снежинка - Разия Оганезова

Я окунулась мыслями в события недавнего прошлого.

Сначала думала дать ему второй шанс, даже вещи начала собирать, после тех  двух безумных дней. А потом решила сделать сюрприз и сообщить, что я его простила, и сегодня же перееду обратно. По телефону такое говорить не хотелось, да и очень уж горела желанием увидеть его лицо, а ещё Дианы или Маргариты, как там её зовут? Моё самолюбие требовало реванш! Мне хотелось щёлкнуть её по носу.

Приехав на работу к Борису, я беспрепятственно поднялась на этаж, где он работал. Раньше приходилось тут быть, так что не потерялась, нашла кабинет, который был закреплен за мужчиной, но в приёмной никого не было. И где только секретаршу носит среди рабочего дня?

А её оказывается и не носит, она как раз спакойненько лежит прямо на краю  рабочего стола, а Боря стоит со спущенными штанами и удовлетворяет свою кобелиную сущность.

Вот же сука, хоть бы дверь закрыл!

Я так была поражена, что даже глаз не отвела! И как мне это развидеть теперь?

– А если партнёры зайдут? – цинично спросила я, проходя в кабинет.

Сначала хотела просто сбежать, а потом решила, что это для него очень лёгкая участь. Однако на меня не обратили никакого внимания, так они были увлечены процессом! Пришлось пару раз хлопнуть дверью, чтоб меня, наконец, увидели.

– Настя? А ты тут как… – растерянно произнёс Боря, садясь в кресло. Его секретарь вскочила со стола и начала нервно поправлять блузку и юбку. Хм и это даже не Диана или Маргарита. Тут совершенно новый для меня персонаж! Надо же! Интересно, а прошлая пассия в курсе, что ее уже заменили?

Блондинка нервно выбежала из кабинета и хлопнула дверью, а я ближе подошла к столу и посмотрела в бесстыжие глаза Бориса.

– Не стыдно? И кто клялся мне в любви только вчера? – внутри было пусто, а горечь подходила к горлу спазмами. И этому человеку я хотела дать второй шанс?

– Малыш, прости. Не знаю, что на меня нашло. Я так страдал от твоего отказа, а тут она в короткой юбчонке и без белья. Ну я же мужик…

Прикрыла глаза лишь на мгновение, чтобы весь этот бред похотливого мужлана не слушать.

– Парлеев, не мужик ты, а кобель! Надеюсь, больше меня беспокоить не будешь, – зло бросила я и двинулась к выходу, сдерживая злые слезы. Было обидно, до давящей боли в груди обидно, что он вот так со мной. Но, наверное, это и к лучшему! Сразу лицом в дерьмо, чтобы больше не мучиться и не тешить себя надеждой. Иногда нарывы нужно отрывать вот так: резко, больно, с надрывом, но пока от старой оболочки не избавишься, новая не появится.

– А ты что приходила? – пытался застегнуть одной  рукой брюки Боря, а другой меня остановить. Было противно от его рук, которыми он недавно держал другую, так что я отшатнулась и вышла за дверь только и бросила напоследок:

– Уже не важно…

На меня испуганно смотрела новая пигалица когда-то моего мужчины, а мне хотелось крикнуть: «Бу!», и истерически рассмеяться. Вот только в этой ситуации пострадавшая сторона я и только я. Собирать себя по кусочкам буду потом, а сейчас просто подняла голову, посмотрела на нее сверху вниз и, фыркнув, вышла из приемной. Стук ее каблуков за спиной, как гвозди вбивались в гроб наших отношений с Борисом. В этот момент я поняла, а главное осознала, что нас больше нет! И не будет!

От воспоминаний меня отвлек звонок.

– Настя, я уже внизу, спускайся, – проговорил ветеринар.

С Вадимом у нас странные отношения. Мы вместе гуляем, ходим в кино. Сейчас вот на каток собрались. Ира говорит, что я с жиру бешусь, но я держу его до сих пор во френдзоне. Не хочу дарить ему надежды, которые потом не смогу исполнить. Шилина советует с ним переспать и не мучатся, но я пока не могу. Вадим сказал, что сегодня нам надо поговорить серьёзно, надеюсь, он не будет признаваться мне в любви. Я привыкла к нему как к другу, но что-то большее не готова дать. По крайней мере пока. Тут бы себя по кусочкам собрать.

Боря меня больше не беспокоил. И я не знала, радует меня это или огорчает.

Наверное, больше радует, тяжело быть рядом с лицемером, который говорит одно, а совершает совершенно другие, ужасные, по своей сути, поступки.

Вадим

Я ждал Настю и любовался природой вокруг себя. Рядом с её домом была небольшая елочная аллея и сейчас все деревья были укрыты снегом, а это смотрелось очень красиво. Вообще в этом году снег нас радовал, как начал идти в начале декабря, так и не заканчивается до сих пор. Неужели Новый год в кой-то веки будет со снегом?

Мы с Настей собирались на каток, и сегодня я хочу поговорить с ней о бабуле. Мне нужна помощь, а за пару недель, что мы общаемся с ней, понял, что Настя может мне помочь.

Моя бабушка уже устала ждать правнуков, на старшего брата она махнула рукой, он тот ещё ловелас и остепеняться не собирается. Младшую сестру Ларису она пока не трогает, даёт ей закончить институт. Так что остался только я: молодой и свободный. Хотя свободным я стал относительно недавно. До этого десять лет встречался с Алисой. Наши отношения начались ещё с института. Жили вместе, иногда говорили о свадьбе, но дальше разговоров ничего не заходило. Слишком много заморочек, как говорила она, а нам итак было хорошо. Но полгода назад она вдруг собрала вещи и уехала, лишь сообщив, что выходит замуж. Сказать, что я был в шоке – ничего не сказать. Уже потом оказалось, что она просто жила со мной, потому что ей было так удобно. У меня была своя квартира, я полностью обеспечивал девушку, а она оказывается, за это время купила себе жилплощадь в ипотеку и платила за нее потихоньку. А ещё Алиса все время висела на зарубежных сайтах знакомств, где и стала переписываться со своим будущим женихом. Я чувствовал себя облапошенным дураком, и конечно мне совсем не хотелось никаких