Договорная жена - Екатерина Ромеро

Закрываю глаза и отворачиваюсь от Ахмадова. Не хочу его видеть. Не могу.

Закусываю губу, чтобы не орать в голос. Он не заслуживает. Я не покажу, как мне страшно. Ни за что.

Дергаюсь, когда ощущаю влагу между ног. Вахид сплюнул себе на руку и увлажнил меня там. Что он делает…Дикость просто.

От слез я уже плохо соображаю, и до крови вцеплюсь ему в ладонь ногтями. Он не посмеет, нет, только не так…

Глупая. Посмеет. Еще как. Вахид монстр, и сейчас лишь доказывает это.

Еще секунда, и я слышу звук расстегивающейся молнии. В этот момент я понимаю, что играть тут со мной никто не будет.

Ахмадов не из тех людей, кто будет церемониться. Он возьмет меня. Накажет и использует, как отброса. Как испорченный уже кем-то материал.

Дыхание спирает, когда мужчина еще сильнее подминает меня под себя, и наклоняется ко мне. Его терпкий запах граната ударяет мне в нос. Приятный. Ох, черт возьми, почему он не отталкивает меня!

Крепко зажмуриваю глаза, чтобы не видеть этот кошмар, но все прекрасно слышу и чувствую. Еще миг, и мужчина приставляет свой уже явно эрегированный член ко мне, начиная проталкиваться. Грубо, жестко, без капли нежности.

Я же чувствую, как у меня внутри все растягивается просто до предела. Горит, натягивается, заполняется до остатка. Горячо, ах, слишком жарко, неправильно, нельзя!

Закусываю губу, но даже не пищу. Больно, но я терплю. Выдержу. Я сильная. Все вынесу. Ему назло!

Мои мышцы напрягаются, и я буквально ощущаю, как Вахид раздирает все внутри меня, превращая в клочья. Что он делает…Он же так убьет меня.

Его член очень большой, и он не пролезает в меня, но мужчина не останавливается. Господи…да он меня просто порвет.

– Ааай! Больно!

Не выдерживаю, и издаю истошный громкий крик, ощущая настоящий огонь между ног. Вахид вошел резко, одним толчком, и кажется, до упора, из-за чего у меня одно что только искры из глаз не посыпались.

Открываю глаза и вижу его сквозь слезы. Серьезен и кажется, еще более злой. Мышцы бугрятся на его плечах. Ноздри раздуваются, а желваки ходят на скулах.

Руки почему-то сильно дрожат. Дышу часто, прерывисто, но двигаться под ним не могу. Как застыла вся. Пошевелится страшно. Я чувствую его член в себе. Он очень толстый и длинный, и наверное, уже разорвал все мои органы внутри.

Дышать даже не могу. Его член раздирает меня. Наверное, я уже даже не встану.

В этот момент мне себя жалко становится. Впервые и очень сильно. Он тело мое искалечил и душу вырвал с мясом. Как с тряпкой поступил, с девкой продажной, грязной.

– Соврала…Ты не тронута. Что наделала. Дура.

Отворачиваюсь от зверя и пристально смотрю на стену. Не могу видеть его. Я его ненавижу.

Не могу и пошевелиться. Я отчетливо чувствую, какой большой член у Ахмадова. Он пронзил меня им, как раскаленной кочергой и, наверное, я скоро умру от кровотечения.

Чувствую, что Вахид останавливается, издает громкое рычание, а после…нет, не отпускает меня. Он продолжает двигаться во мне. Теперь быстрее и резче, провоцируя всхлипы и какое-то сильное томление в животе, наряду с жжение между ног.

Ахмадов менее сильно сжимает мои руки, а вскоре и вовсе их отпускает. Нет смысла меня держать. Я больше не пытаюсь его оттолкнуть. Мне уже не очень больно, но эта боль внутри просто заставляет меня плакать при нем. Не могу сдерживаться. Слезы катятся из глаз снова и снова.

Мужчина крепко обхватывает меня за талию, и вдалбливается в мое тело сильно и быстро, порабощая, вдавливая в матрас своим весом, всецело подчиняя себе. Он не дает ни шанса отстраниться, намертво удерживая меня под собой.

От боли, страха, шока и слабости я уже даже не вырываюсь. Я просто хочу умереть. Это сейчас единственное мое желание.

Мужчина слишком близко, и не отпускает. Все что я могу – дрожащими пальцами впиться в простынь, закусывая губу. Мне больно. И это никуда не проходит.

Чувствую во рту металлический привкус. Я прогрызла губу до крови. Начинаю ерзать немного под ним, но стальная хватка за талию не дает и шанса вылезти из захвата зверя.

– Спокойно, девочка. Не дергайся.

Не могу сдержать всхлипа, когда Вахид наклоняется ко мне, и целует в щеки, собирая мои слезы и одновременно вдалбливаясь в мое тело. Отворачиваюсь от его. Ненавижу. Ненавижу его!

Я чувствую сильный мужской запах, и голой кожей ощущаю жесткие мокрые волосы на груди Ахмадова. Постепенно его толчки становятся более сильными, заставляя внизу моего живота что-то очень сильно напрячься.

Словно пружина натягивается, а между ног все горит огнем. До невозможности просто горячо, больно, запретно.

Дышать становиться труднее. Во рту пересыхает. О Аллах, неужели я умираю уже сейчас?

Когда Вахид на секунду замирает во мне, я даже пошевелиться под ним боюсь. Да я вообще сегодня впервые голого мужчину вижу, и не знаю, что делать. Совсем.

Смотрю лишь на него, хлопая ресницами. Он просто огромный по сравнению со мной.

Мне не меряться с ним силами. Ахмадов вовсе не парень. Он взрослый мужчина, и как минимум, лет на десять старше меня.

Когда Вахид отпускает меня, и вынимает из меня свой член, я быстро смыкаю бедра. Замечаю кровь на них. Слезы снова застилают глаза. Это слишком…

Из груди невольно вырывается истерический всхлип, и как я не стараюсь его утихомирить, это не проходит.

Все что могу в этот момент – быстро отползти от него на другой край кровати, отвернуться и закрыть лицо руками, содрогаясь в тяжелых, истерических рыданиях, задыхаясь от позора.

– Успокойся. Это все равно бы произошло.

Всхлипываю. Такой боли, стыда и унижения я еще ни разу в жизни не испытывала.

Опускаю глаза и вижу кровь на бедрах и на простыне, где я лежала. Алая. Смазанная на белой ткани.

Становится дурно. Я вроде никогда не боялась вида крови, а тут…накрыло просто. Ощущение того, что я прямо сейчас тут кровью истеку, почему-то меня не оставляло, иначе бы я вовек не обратилась к своему палачу.

– Выз…зовите скорую. Прошу. Я… умираю.

Мой голос дрожит и срывается. Слова едва ли слышны от всхлипов. Судорожно воздух пытаюсь втянуть, но успокоится никак не получается.

Слышу, как мужчина тяжело вздыхает, а после поднимается с кровати. Кажется, он