Я тебя отпускаю - Ольга Которова

– Ну, – пожала она плечами, но он не дал ей дальше договорить, за что она была ему даже благодарна.

– Пошли, познакомлю, – Марк по-хозяйски взял её за руку и повел в просторный зал, где было самое большое скопление народа и откуда доносилась негромкая музыка. Зачем Марк будет её знакомить со своими родителями, она не понимала, но чувство непонятной тревоги захлестнуло с головой. Тут же вспомнилось знакомство с родителями Максима, которые, как она думала, не особо отличались от родителей Марка. Люди с подобным финансовым статусом всегда чем-то похожи, а тем более, если они знали её семью и то, что они жили не особо богато, то, возможно, тоже будут презрительно на неё смотреть, как это получилось с родителями Максима. От этой мысли Риту даже немного передернуло.

– Марк, постой! – остановила его Рита.

– Что? – он посмотрел на неё с непониманием, заглядывая в самую глубь её серо-голубых глаз.

– Не нужно меня знакомить.

– Почему? – удивился он, не скрывая этого.

– Потому что я только на работе. И это совсем необязательно.

На лице Марка появилась лукавая улыбочка.

– Ты что, боишься их?

– Что? Нет! – попыталась она придать невозмутимое выражение лица, но уже было поздно. Он заметил страх в её глазах. Марк наклонился к Рите настолько близко, что его губы коснулись мочки её уха.

– Не беспокойся, ты им понравишься.

И больше не принимая никаких возражений, он взял её за руку и потянул в толпу присутствующих гостей.

Они подошли к немолодой паре, которая весело о чём-то переговаривалась. Рита быстрым взглядом прошлась по родителям Марка и поняла, что совсем не так их себе представляла.

– Мама, папа! Вы помните Риту Бескудникову? Мы до девятого класса вместе учились.

Рита заметила, что родители Марка активно пытаются воспроизвести в памяти образ той Риты, которой она была. И кажется, у мамы Марка это получилось. Потому что её глаза зажглись, словно два огонька.

– Риточка, неужели это ты? Какой красавицей стала! – женщина, тут же сделав шаг навстречу, обняла Риту, и той ничего не оставалось, как обнять в ответ.

– Подождите, эта та Рита, которой ты носил бутерброды в школу? – рассмеялся отец Марка.

– Она самая, – подтвердил Марк.

– Вот это да! А ну-ка иди сюда, я обниму тебя, девочка! – и мужчина обнял её так крепко, что Рите показалось – ещё немного и её ребра треснут.

Анна Тимофеевна, мама Марка, была женщиной небольшого роста, худенькой, с пышкой копной кудрявых белоснежных волос, которые она не красила. Цвет был у неё натуральный, немного с сединой, но это её нисколько не портило. А вот Николай Константинович был, наоборот, крупным мужчиной. Жена едва доставала ему до груди. Бывший военный, как-никак. И эти двое смотрелись со стороны очень мило. Рите стало завидно, что у Марка такие хорошие родители. Она почему-то не сомневалась, что если бы она была женой Марка, то Анна Тимофеевна и Николай Константинович непременно бы её любили. Жаль, что родители Максима не такие.

– Я не знала, что вы ещё общаетесь, – произнесла Анна Тимофеевна.

– Мы встретились случайно. Рита – фотограф, и я попросил её поработать на открытии отеля, – тут же отозвался Марк, приобнимая Риту за талию, а сбоку от них яркой вспышкой вспыхнула камера. Это произошло так неожиданно, что Рита вздрогнула и обернулась. Рядом с ними стоял какой-то журналист и что-то записывал на свой диктофон, наговаривая в динамик. Марк тут же закрыл своей мощной спиной мужчину, ставя Риту перед собой.

– Надо же, как здорово! – восхищенно проговорила Анна Тимофеевна.

– Дамы и господа. Хочу поздравить нас всех с открытием этого прекрасного места! – раздался из динамиков голос ведущего, и Марк, тут же извинившись, покинул Риту и родителей.

– Вы извините, я немного поснимаю. Хорошо? – извиняющимся тоном проговорила она. Родители Марка не стали возражать и тоже направились в сторону, где стоял ведущий этого вечера.

Как только Рита взяла в руки фотоаппарат, то её тут же захлестнула уже знакомая волна удовольствия. Она погрузилась в свой рабочий мир, который безумно любила. Иногда Рите казалось, что она живет фотографиями. Ведь она могла заснять то, что не заметно в обыденный день человеческим глазом. Она любила ловить моменты вдохновения и проявлять на пленку заснятые кадры. А ещё ей нравилось делать выставки и смотреть на реакцию людей, когда они рассматривали её работы. И реакции эти были разные: от негативных до необъятного восторга.

Вот и сейчас она буквально отделилась ото всех окружающих её людей и погрузилась в мир, где творила шедевры. Она пыталась заснять каждого и старалась уловить каждый момент радости на лицах людей и восторга. Только когда мероприятие стало подходить к концу, Рита наконец-то повесила свой фотоаппарат на шею и облегченно выдохнула. Зря она надела эти туфли. Пусть они и были на устойчивом и вполне удобном каблуке, но ноги после работы гудели. Она присела на свободное место у барной стойки и попросила бармена налить ей воды.

– Вы хорошо вместе смотритесь, – раздался знакомый голос сбоку, и Рита обернулась. Рядом с ней оказалась Анна Тимофеевна.

– Что? – Рита не поняла сначала её слов.

– Вы с Марком хорошо смотритесь, – повторила женщина, садясь рядом.

Рита тут же нашла взглядом Марка. Он разговаривал с отцом и ещё несколькими мужчинами.

– Возможно, – чуть слышно ответила она, отпивая воду из стакана.

– А ты замужем? – Анна Тимофеевна тут же бросила взгляд на руку Риты, где на безымянном пальце переливалось тонкое золотое колечко.

– Да, – тут же ответила она.

– Ты, Риточка, не пойми меня неправильно. Я люблю своего сына и желаю ему счастья, как и любая мать для своего ребенка. Конечно, его сорвавшаяся свадьба привела всех в шок, хотя я видела, что он не любил Наденьку. Точнее, нет, не так. Он любил её, но не так, как тебя.

От слов женщины Рита тут же закашлялась и отодвинула подальше стакан с водой.

– С чего вы это взяли? – хриплым голосом проговорила Рита, пытаясь всё ещё откашляться.

– Я мать, и мне виднее, – подмигнула лукаво женщина. – Но я знаю, что вы никогда не будете вместе. Знаешь, иногда жизнь настолько коварна, что невозможно перетянуть канат на себя, сколько бы ты его ни тянул. Я уверена, что если бы ты развелась, то Марк первый к тебе прибежал, даже если у тебя нет к нему чувств. Но он воспитан так, что никогда бы не разрушил чужую семью, даже если бы был по уши влюблен в девушку.

– Мне кажется, что вы ошибаетесь. Я про влюбленность.

Рите не казалось, что Марк был в неё влюблен. Он, по крайней мере, не показывал это ей. То, что он испытывает к ней симпатию – это да. Как и она к нему. Но влюбленность – нет. И то, что он прекрасно понимал, что она не уйдет от мужа – это она знала. Рита бы никогда не разрушила свой устоявшийся брак. И не потому, что она уже привыкла и не хотела ничего менять, а потому, что дорожила им, как не дорожила ничем другим. Да, сейчас у них с Максимом трудности, но они это всё переживут. Нужно только время.