В обратную сторону - Лана Мейер

как бы пережила подобное, заразись тогда бешенством моя Луна. До сих пор неизвестно, как это произошло. Официальная версия: Зевса укусил один из грызунов, прибежавших в конюшню из ближайшего леса. После, мы тщательно проверили всех остальных лошадей, и они оказались здоровы. Зевсу повезло меньше, а Андрей сломал ногу и два месяца пролежал в горизонтальном положении.

И все же, это не повод так разговаривать со мной. Он знает, как для меня это важно, и он действительно мог бы помочь мне — тогда он лично нашел лучшего ветеринара в городе, чтобы убедиться в том, что Зевс болен. Что смертельный укол — трагичная необходимость. И сейчас, перед тем, как подготовить проект и предоставить детям услуги иппотерапии, я считаю своим долгом тщательно проверить конюшню и состояние жеребцов и кобыл.

Наверное, мы с Андреем всегда будем в подобных отношениях: у нас все наполовину. Мы слышим и слушаем друг друга наполовину. Любим друг друга только когда вспоминаем о том, что мы не родители одного ребенка и не старые друзья, а муж и жена. Наполовину ездим в отпуск, потому что у него много работы и его мысли постоянно крутятся вокруг нее. Наполовину и трахаемся. Он получает удовольствие от процесса, а я так, через раз.

Что ж, это брак. Рутина. Все так живут. Страсть уходит, остается глубокая привязанность, уважение и дружба, и это нормально. Изредка страсть вновь вспыхивает, но для этого особое настроение должно быть у обоих.

Наконец, я приезжаю в обитель лошадей, созданную дедом. Его портрет висит в главном здании, построенном для персонала, и я невольно улыбаюсь симпатичному старичку в шлеме для верховой езды. Вдоль всего коридора я наблюдаю его фотографии и быстро нахожу самую любимую, нашу совместную.

Помню тот день. Дедушка впервые посадил меня на коня, мне всего пять, но я уже держу поводья с таким видом, словно я Амазонка, жаждущая кровожадного боя. Смешная такая. Дед тогда сказал, что я рождена для езды. С тех пор конный спорт стал моей страстью, вопреки тому, что отец был рьяно против моих «детских забав»… и оставался ею до расставания с Димой, отъезда в Лондон, до замужества и рождения сына.

Пришло время вернуться к истокам. Я так соскучилась. По этому месту, по запаху рощи и сена, по горловому гоготу гнедых коней.

— Привет, Луна. Как ты, моя красавица? — оказавшись в самой конюшне, я подхожу к самому первому загону, чтобы полюбоваться арабской чистокровной кобылой. Высота Луны в холке около ста пятидесяти сантиметров. Обладательница выразительных глаз, живого темперамента и плавной поступи. К тому же рыжая красавица с пепельной гривой — весьма необычное сочетание цветов, придающее ей «сладкую» внешность, несмотря на сухое телосложение, характерное для арабских пород.

Мягко прикоснувшись к Луне, улыбаюсь, чувствуя, что она узнает меня. Раздувает ноздри, явно радуясь нашей встрече. Сегодня у меня не так много времени на конюшню. Как только я найду хорошего специалиста, я проведу здесь весь день, а пока бегло прохожу мимо ее обитателей, которых здесь чуть больше десятка, и останавливаюсь у последнего стойла. Именно в этот момент со стороны ипподрома идет конюх в компании Ареса.

— Что с ним? — забыв поздороваться, спрашиваю я, как только замечаю, что Арес хромает на правую ногу. Его шерстка цвета вороного крыла потеряла былой блеск и холеность. — Привет, Егор.

— Повредил ногу на прогулке. Не смог одолеть прыжок через параллельные брусья. Я сразу вызвал ветеринара, его залатали в тот же день. Это было две недели назад. Позавчера из раны вновь пошла кровь, и я еще не успел ничего предпринять, — отвечает светловолосый парнишка, которого мне очень хочется отругать за такую беспечность и безответственность.

Но это не только его вина. Тренера и управляющие тоже не досмотрели. К тому же ветеринара второго нужно было позвать. Знают же, как сложно найти хорошего профессионала, а тот горе-специалист мог неправильно закрыть рану Ареса.

— Рана явно гноится, — выношу вердикт я, бросая сочувствующий взгляд в темные, как смоль, глаза Ареса, переполненные болью и немым отчаянием. Терпит, красавец, не подает виду. — Ему нужна срочная помощь. Что за ветеринар его лечил? Почему мне не позвонили? — и я прекрасно знаю ответ на последний вопрос. После рождения сына я совсем пропала из конюшни, даже с управляющим созваниваться перестала. Все делегировала, забыв об увлечении всей своей жизни. А сейчас… словно от «декретного дня сурка» очнулась.

— Вы же сами знаете, Элина Алексеевна. Хороший ветеринар — на вес золота. Мы думали, что нашли лучшего, и он долгое время лечил лошадей. А тут… очевидно, допустил ошибку. Человеческий фактор. Или Арес сам нечаянно задел шов, и он разошёлся, — пытается найти оправдания себе и команде Егор.

— Я постараюсь найти действительно лучшего специалиста. К завтрашнему дню, — тихо обещаю я. — Грядут большие перемены, Егор. Я скоро снова стану тут частым гостем, — ввожу мужчину в курс дела, а сама не могу насмотреться на страдающего Ареса. Сердце не на месте, когда вижу, как конь медленно падает на сено и отворачивается к стене, издавая жалобный гогот. — Как бы не пошло серьезное заражение. Ты должен был позвонить мне, — добавляю обвиняющим тоном.

— Вы же давно не занимаетесь делами лично. Откуда я знал, что грядет революция? Я рад вас видеть, Элина Алексеевна. Я сам за них, как за детей переживаю. Здесь не доглядел я, простите дурака, — Егор поджимает губы, выставляя руки с раскрытыми ладонями вперед.

— Да… ты прав. После рождения Богдана я была здесь всего пару раз. Но как я уже сказала, теперь все изменится. И позже я расскажу тебе обо всем подробнее. Как только мы проверим каждого жеребца и кобылицу.

— Я буду рад вашему возвращению в любое время.

— Только сейчас я поняла, как сильно соскучилась по этому месту. И с уверенностью могу сказать, что прежняя я вернулась. Я больше не только мать своего сына, — тихо признаюсь, опуская голову.

— Ваш дед был бы счастлив узнать об этом. Кстати, я регулярно ухаживаю за его памятником. Проводить вас? — наконец, я вспоминаю, что приехала сюда не только проверить животных, но и навестить дедушку, что похоронен у рощи — рядом с местом, которому он отдал свое сердце и посвятил свою жизнь.

Глава 6

Дмитрий

— У вас гости, Дмитрий Андреевич? — паркуясь на площадке под навесом, подмечает мой внимательный личный водитель. Александр — бывший оперативник, полгода как уволился из органов, но навыки никуда не делись. — Мне задержаться? — хмуро оглядывая внушительных размеров