Медовый месяц в хижине - Патрисия Тэйер

Ассистент режиссера попросил тишины.

— Внимание. Съемки продолжаются. Мотор! Все погрузились в творческий процесс.

Джейкоб прижал к себе жену.

— Дорогая, успокойся…

— Но я знаю, как, обращаться с лошадью, Джейкоб. Езжу верхом чуть ли не с пеленок. Просто случилось непредвиденное.

Он покачал головой.

— Главное — ты жива и с тобою все в порядке, — он посмотрел ей в глаза. — Не знаю, что бы я делал без тебя, — от нахлынувших чувств его голос дрожал.

В глазах Ребекки стояли слезы.

— Ты мой спаситель и мой верный друг. А знаешь, у меня есть для тебя одна новость.

— Очень важная?

— Да. У меня будет ребенок, — прошептала она. — У нас будет ребенок.

Джейкоб растрогался невероятно и с нежностью спросил:

— Ребенок? Ты уверена?

— Да, Эмма Саммерс отвела меня к врачу, и он сказал, что наше дитя родится весной.

— О, Бекки, как я люблю тебя!

— И я люблю тебя. И нам нужно побыстрее достраивать хижину.

— Я сделаю все возможное. Она обвила его шею руками.

Джейкоб наклонил голову и поцеловал жену.

Пятница. Семь часов вечера. Эмили чувствовала себя совершенно измотанной. Но она радовалась — еще одна неделя съемок позади. А пока есть время для отдыха. Нужно съездить к маме. Однако лучше сначала позвонить ей и предупредить о визите.

Бетти Хантер заявила, что очень хочет провести выходные с дочерью. Этого хотела и Эмили. Работа над фильмом требовала передышки. К тому же «просто деловые» отношения с Риси Маккелленом выбивали ее из колеи. Ведь она подсознательно хотела большего. Правда, боялась себе в этом признаться.

Эмили вышла из машины и двинулась мимо гаража, боясь поднять глаза наверх. Хотела пройти мимо, но, не удержавшись, подошла к двери. И внезапно услышала детский плач. Что-то случилось с Софи?

Девушка прислушалась. До нее донесся очередной душераздирающий всхлип. Определенно рыдает малышка. Эмили поднялась по ступенькам и постучала в дверь, квартиры. Открыл Риси.

Он явно пребывал в состоянии паники.

— Не знаю, что и делать.

Девочка, свернувшись калачиком, лежала на диване.

— Софи, почему ты плачешь? У тебя что-нибудь болит?

Малышка покачала головой.

— Нет.

— Тогда в чем дело?

— Я хочу к маме.

Эмили посочувствовала ребенку. Она села рядом с девочкой и обняла ее.

— О, милая, я понимаю тебя… Но ты же знаешь, твоя мама… — Хантер пыталась подобрать слова. — Твоя мама… обрела покой в небесном доме.

Софи потерла кулачками глаза.

— Но я хочу, чтобы она была здесь, а не на небе. Я хочу, чтобы она была со мной. У всех моих друзей есть мама, а у меня нет…

В глазах Эмили появились слезы. Девушка знала, как тяжело терять своих близких. Смерть отца потрясла ее, очень сильно ранила душу.

— Софи, так устроен наш мир. Иногда родные нам люди покидают его, — Эмили взглянула на Риси и увидела на лице мужчины неподдельную грусть.

— Помнишь, я тебе поведала недавно, что несколько лет назад умер мой папа? — девушка продолжала беседовать с ребенком. — Я долго печалилась и плакала после этого. А потом друг нашей семьи дядя Сэм сказал мне, что мой отец наверняка не захотел бы видеть меня постоянно грустной. И я взяла себя в руки, а память о папочке до сих пор храню в своем сердце. Видимо, именно так нужно поступать каждому.

Девушка приподняла личико Софи за подбородок.

— А еще в трудные минуты важно вспоминать что-нибудь хорошее…

Девочка вытерла слезы и кивнула.

— Начну я, — предложила Эмили. — Помню, папа построил для меня качели. Он раскачивал их так высоко, что у меня замирало сердце. Но я была счастлива. Мне казалось — я могу потрогать небо, — она улыбнулась, посмотрев на Софи. — Твоя очередь.

Малышка села и откинула ладошками волосы с лица.

— Мама часто водила меня в зоопарк. Там мы рассматривали обезьянок, которые весело резвились и бегали друг за другом.

— Еще…

— Мама каждый вечер читала мне сказки и гладила по волосам, чтобы я сладко спала.

Риси опустился на колени рядом, с диваном.

— Мы слушаем тебя, дорогая. И мы очень тебя любим.

Намеренно или нет Маккеллен сказал «мы»? У Эмили снова защипало глаза.

— И я всегда буду рядом с тобой, — Риси обнял племянницу. — Я же тебя очень люблю.

Однако девочка неожиданно вырвалась.

— А Эмили ты тоже любишь?

Мужчина растерялся.

— Она мне нравится.

— Ты говоришь правду? Значит, она может остаться и прочитать мне сказку?

— Конечно, но тебе придется переодеться и лечь в кровать. Ведь уже поздно.

Девочка вышла, оставив взрослых одних.

— Спасибо, что спасла меня. Если честно, я запаниковал.

— Ничего, пройдет. Но малышку можно понять. Дети очень ранимы.

Он кивнул.

— Да. Верно. Однако как же тяжело воспитывать ребенка одному.

— Не могу сказать, что я специалистка в этом вопросе, но рискну дать совет: проводи с ней времени как можно больше.

— Я же не могу бросить работу?

— Тогда привози ее на ранчо. И ты будешь рядом, и мы всегда поможем в случае чего.

— Боюсь даже просить тебя об этом.

— Я сама предлагаю такой вариант. И моя мама обрадуется. Она просто без ума от малышки.

— Но Софи все больше привязывается к твоей семье. А что произойдет, когда мы соберемся уезжать?

Мое сердце разобьется на куски, подумала Эмили.

А вслух сказала:

— Не произойдет ничего ужасного. Мы будем поддерживать связь, оставаясь большими друзьями.

Маккеллен с грустью посмотрел на девушку.

— Всего лишь друзьями?

Она невольно потянулась к нему, но вовремя остановилась. Стоит ли показывать ковбою, что хочет большего? Рановато.

Девушка улыбнулась и вышла в коридор.