Наследие Богини - Эйми Картер

— Мы в Нью-Йорке? — спросила я. — Рея сейчас здесь?

— Рея? Что ей здесь делать? — удивился Джеймс и повёл меня вниз по холму. — Она всё ещё в Африке.

— Тогда почему мы не в Африке?

Джеймс ухмыльнулся. Очевидно, его забавляло моё неведение.

— Мы здесь, потому что здесь Олимп.

Я растерялась.

— Я думала, гора Олимп находится в Греции.

— Гора — да, но тот Олимп, в котором живёт Совет, не находится в каком-то конкретном месте. Точнее нет, не так, — поправил он себя, указывая на уходящее солнце, окрасившее в алый небо Нью-Йорка. — Он всегда находится между днём и закатом.

Точно. Поэтому там такой интерьер.

— Так почему мы не могли просто… оказаться в Африке?

— Потому что я давно не путешествовал, а у меня это дело хорошо получается. — Джеймс положил мою руку на свой локоть; я почувствовала тепло его кожи даже сквозь свитер. — Доберёмся туда по старинке: сядем на ближайший самолёт в Зимбабве. Это даст нам время продумать план, да и тебе бы не помешало размять ноги. К тому же только изначальная шестёрка может исчезать в одном месте и появляться в другом. И ты, полагаю, тоже, — добавил он. — Думаю, Уолтер научит тебя, когда вернёмся.

От упоминания Уолтера у меня свело живот.

— А с чего вдруг ты решил, что я могу?

Джеймс вскинул брови.

— Ты против?

— Нет, конечно. — Я прикусила губу. — Это не может быть связано с тем, что оба моих… родителя… — я едва выдавила это слово, — входят в первоначальную шестёрку. Иначе Николас и Дилан тоже могли бы. Так почему?

— Потому что иначе ты бы не смогла перемещаться по Подземному миру. — Джеймс выпустил мою руку, чтобы обнять за плечи. — Мне жаль, Кейт. Уолтер давно должен был тебе об этом сказать.

Горечь наполнила рот. Сочувствие ничего не исправит.

— Это неважно. Всё равно он мне не нужен.

— Ага, такой бабник ничему хорошему малыша не научит, — согласился Джеймс. — К счастью, Майло сможет брать пример с Генри.

Я промолчала. Джеймс не знает наверняка, очнётся ли когда-нибудь Генри. Мы даже не знаем, будет ли он жив к тому времени, когда мы вернёмся.

— Твой оптимизм всё продолжает противостоять реальности, — пробормотала я.

— Я был прав насчёт твоей матери, — заметил он. Я покачала головой.

— О нет, ты ошибся. Она умерла. Во всяком случае, её смертное тело. И ты понятия не имел, пройду ли я испытание. Ты не мог знать, увижу ли я её вновь.

Джеймс отмахнулся от моих возражений.

— Как бы то ни было, сейчас это не мой оптимизм. Это факт. Генри выживет.

Он просто дразнит меня. Придурок. Я не хотела давать ему удовольствие знать, что я попалась на крючок, но всё равно не удержалась:

— Ладно, сдаюсь. Почему ты так уверен?

Ухмыльнувшись, Джеймс наклонился ко мне; его дыхание опалило моё ухо.

— Потому что, — прошептал он, — Рея может его исцелить.

Глава 5

ПОД МАСКОЙ

— Ты знал?

Я стояла рядом с кроваткой Майло, глядя на его мирный сон. Генри стоял по другую сторону. Он выглядел иначе — более далёким, словно он был где-то в другом месте. Он едва смотрел на меня, глядя на малыша немигающим взглядом.

— О чём? — спросил он после долгой паузы. Он вообще меня слушал?

— Ты знал, что Рея может тебя исцелить? — пояснила я, едва сдерживая злость. Генри не виноват в том, что случилось, но всё же. Неужели он правда знал об этом с самого начала? А Уолтер? А мама?

— Я… предполагал, — ответил Генри, и его взгляд вновь застекленел. Где бы сейчас ни были его мысли, я очень надеюсь, что это намного важнее его жизни, иначе… — Я не хотел давать тебе ложную надежду.

— Чушь! — выпалила я. — Ты вообще не хотел давать мне надежду.

Несколько секунд молчания, и он посмотрел мне в глаза.

— Ты собираешься попытаться?

— Что тут пытаться? Ты же её сын, разве нет?

— В некотором роде.

— Тогда с чего вдруг ей отказываться?

— Ей не нравится, когда мы докучаем ей своими проблемами.

— Уверена, она найдёт возможность выбраться из того места, где она сейчас находится, чтобы исцелить тебя, — убеждённо заявила я. Почему он всё усложняет?

«Кейт?»

Я застыла при звуке голоса Джеймса, Генри же только нахмурился.

«Возвращайся, Кейт, — позвал Джеймс. Его слова доносились едва слышным шёпотом. — Тут срочное дело».

Всё всегда важное и срочное. Я мысленно вздохнула и наклонилась через кроватку, чтобы поцеловать Генри в щёку.

— Мне нужно идти. Скоро вернусь.

— Конечно, — рассеянно произнёс он, снова глядя в кроватку. Вот только его взгляд не был сосредоточен на лице Майло; Генри словно бы смотрел сквозь него. Что происходит?

Детская вокруг меня растворилась, сменившись салоном самолёта. Несмотря на то, что полёт первым классом даёт достаточно пространства, у меня разболелась рука от того, что я заснула, прислонившись к окну. Я поморщилась. Это единственные билеты, которые нам удалось купить, и Джеймс заверил меня, что Генри позже с ним рассчитается. В моё первое лето вдали от Генри я очень не хотела тратить его деньги и поэтому заставила Джеймса полететь со мной экономклассом. Но в этот раз я не стала спорить. Я извлекла урок из двенадцатичасового перелёта, который я провела, будучи зажатой между орущим младенцем и храпящим пассажиром, принявшим моё плечо за подушку.

— Наконец-то, — выдохнул Джеймс, заметив, что я пришла в себя. — Проголодалась?

Он сидел рядом со мной, а на подносе перед ним стояли тарелки с чизбургерами и картошкой фри. Прикольно. Одну из них, явно предназначенную для меня, Джеймс трогать не стал, но на другой выстроил из картошки шаткую конструкцию.

— Может быть, — ответила я, вытянув ноги. — Ты прервал мою встречу с Генри, чтобы попросить у меня картошку фри?

— Нет, конечно, — весело откликнулся Джеймс и достал бутылку кетчупа из своего рюкзака. — Если бы я её хотел, то просто бы украл. Хочешь кетчуп?

— Ты реально пронёс бутылку кетчупа в салон? Как ты прошёл досмотр?

Он ухмыльнулся.

— Секрет.

Я перенесла тарелку на свой откидной столик. В отличие от экономкласса, он был прикреплён к моему подлокотнику, а на задней стороне кресла передо мной размещался широкий экран, на котором шёл незнакомый мне фильм.

— Ты ненормальный.

— Мне больше нравится «находчивый». — Он выдавил реку кетчупа вокруг своей картофельной крепости. — Короче, я