Бездонная пустота (ЛП) - Аврора Роуз Рейнольдс

— Нам лучше ехать, пока медведь не проснулся. Скоро наверстаем упущенное. — Он кивает кому-то позади меня, затем отворачивается, делая шаг назад, и я смотрю, как Пол и мальчики залезают в грузовик, затем поворачиваюсь к Обри, но сталкиваюсь лицом к лицу с Заком.

— Мы скоро вернемся. — Его взгляд скользит по моему телу, а голос смягчается. — Иди внутрь, детка, и позаботься о моей девочке.

— Не называй меня деткой.

Я прищуриваюсь, наблюдая, как его губы подергиваются, а потом он отводит от меня взгляд.

— Оставайся с Шел, красавица.

— Хорошо, папа, — соглашается Обри, и я чувствую, как пальцы Зака мимолетно скользят по моим, прежде чем он поворачивается и уходит.

— Проследи, чтобы мальчики держались подальше от медведя, Зак Уоттерс, — кричу ему в спину, пока он направляется к грузовику.

— Будет сделано, детка, — бормочет он в ответ, не глядя на меня, и я раздраженно фыркаю, слыша позади хихиканье Обри.

Повернувшись, улыбаюсь Обри, обнимаю ее за плечи и веду к своему дому. Как только мы поднимаемся по ступенькам, и я уверена, что нас никто не слышит, наклоняюсь к ее уху и шепчу:

— Ден супермилый.

— Знаю, — шепчет она в ответ, и с этими словами я открываю дверь, улыбаюсь, глядя под ноги, а затем принимаюсь за уборку беспорядка, учиненного медведем.

***

— Мам! — крик Хантера проникает в дом до того, как входная дверь громко хлопает, и раздается звук его шагов по паркету прихожей.

— На кухне! — кричу в ответ, завязывая мусорный мешок, который мы с Обри наполнили разбитой посудой со стола и вскрытыми коробками с едой из шкафов.

Зак оказался прав. Дом был не в таком уж плачевном состоянии, учитывая, что в нем похозяйничал медведь. Большая часть повреждений пришлась на кухню, где мишка решил позавтракать тем, что мы оставили на столе, а потом принялся рыться в шкафах, откуда явно доносился запах еды.

— Обри, твой папа просил передать, что он и Стивен дома, — говорит Хантер, входя в кухню.

— Хорошо, — отвечает она, затем смотрит на меня. — Хотите, чтобы я помогла с чем-нибудь еще, прежде чем уйду?

— Нет, милая. — Я улыбаюсь, передавая мешок для мусора Хантеру, чтобы тот вынес его через заднюю дверь в мусорный контейнер позади дома. — Спасибо, что помогла мне.

— Было весело. — Девушка улыбается и направляется к раковине вымыть руки.

— Что же, в следующий раз предлагаю заняться чем-нибудь более веселым, например, испечь печенье или торт.

— Правда? — выдыхает она, ее руки замирают под струей воды, а глаза встречаются с моими.

— Безусловно, — тихо отвечаю я, изучая ее. Интересно, почему она выглядит такой удивленной. — Мне очень понравилось проводить с тобой время.

— Мне тоже.

Она отводит от меня взгляд, затем выключает воду и, склонив голову, проходит мимо меня к входной двери. Я не знаю, что не так, но что-то в ее реакции мне не нравится.

— Обри, — мягко зову я, наблюдая, как она засовывает ноги в кроссовки, которые сняла после того, как мы вымыли пол.

— Да? — отвечает она, не поднимая глаз.

Я хмурюсь, не зная, что делать, потому что, кажется, она пытается сбежать от меня как можно быстрее.

— Еще раз спасибо, дорогая.

— Пожалуйста.

Не глядя на меня, девушка открывает дверь и выходит на крыльцо. Когда она спускается по ступенькам, я прикусываю губу и снова зову ее по имени. Обри поднимает на меня глаза, и от боли, которую я в них вижу, у меня сводит живот.

— Заглядывай в любое время, и я говорю серьезно. Если мой фургон у дома, пожалуйста, приходи.

— Спасибо, Шел, — шепчет она, затем поворачивается и бежит к своему дому, поднимается по ступенькам и входит внутрь, и все это не оглядываясь.

— Что у нас на ужин? Я умираю с голоду, — стонет Хантер, когда я закрываю дверь и поворачиваюсь к нему.

— Видимо, нам придется съездить в магазин, малыш. Медведь съел большую часть запасов, — объясняю я, и сын с улыбкой смотрит на меня, а затем снова на кухню.

— Не могу дождаться, чтобы рассказать Эрику и Илаю о том, что к нам в дом забрался медведь. Они ни в жизнь не поверят. — Он ухмыляется, затем достает свой телефон.

— Уверена, что не поверят, — бормочу я, смеясь.

— Повезло, что в доказательство у меня есть несколько фоток. — Он протягивает мне телефон, и на экране появляется растянувшийся на кухонном полу медведь, и склонившиеся над ним Пол и Зак. — Теперь они точно захотят приехать в гости.

Ох, черт возьми, уверена, их родителям будет приятно услышать, что здесь медведи запросто ходят по домам.

— Почему бы тебе не принять душ и не смыть с себя медвежий запах, а потом мы поужинаем, и ты расскажешь мне все о том, что случилось с медведем, когда ты помогал выпускать его на волю.

— Мы можем заказать гамбургеры?

— Конечно, — соглашаюсь я, улыбнувшись.

— Ура! — кричит он и, не выпуская телефон из рук, несется к лестнице.

Улыбаюсь ему в спину, а затем оглядываю себя. Я, наверное, выгляжу ужасно. Я не сняла рубашку Зака, но, войдя в дом, надела резиновые сапоги, и они до сих пор на мне. Направляюсь в свою комнату, но останавливаюсь, когда Хантер спускается с чердака, бледный, как привидение.

— Что такое?

— Эм… папа на телефоне, — шепчет он, протягивая мне сотовый. — Я послал ему фото медведя.

Блядь!

— Все в порядке, милый, — говорю я ему, нежно беру его за руку, веду в свою комнату к кровати и усаживаю, а затем вынимаю телефон из его руки и прикладываю к уху.

— Макс, — спокойно приветствую я, отступая от Хантера.

— Шел, что за херня? Ты позволила Хантеру приблизиться к долбаному медведю? Что, мать твою, с тобой не так? Ради всего святого, ты думаешь, это какая-то шутка?

— Макс, пожалуйста, успокойся.

— Успокойся? Ты хочешь, чтобы я успокоился? Мой сын был рядом с ебаным медведем. Медведем, Шел. Не могу поверить, что ты подвергла его такой опасности, — рычит он, и мое самообладание, которое уже сходило на нет при виде лица Хантера, начинает улетучиваться.

— Я бы никогда не подвергла Хантера опасности, — шиплю я, с силой стискивая телефон.

— Это пиздец как смешно, потому что именно это ты и сделала. Ты подпустила его к медведю, а потом позволила вывезти его в лес, черт возьми, и Хантерн говорит об этом так, будто это гребаная поездка в Диснейленд.

— Макс, успокойся, — снова требую я, поворачиваясь спиной к Хантеру. — Позволь мне объяснить.

— Нет, не хочу слышать никаких оправданий. Это пиздец настолько,