Три желания для рыбки - Лаванда Май

В пятницу я тоже в порядке. По крайней мере, мне хочется в это верить. Сегодня отменилась последняя пара, так что я нахожу причину для радости. Мне кажется, что всё вошло в свою колею: всё так же общаемся внутри своего квартета, с одногруппниками хорошие отношения, неплохо выполняю практические задания и получаю баллы от преподов. Да, что-то ноет от осознания, что завтра суббота, а значит и свидание у Лины. Но я старательно отмахиваюсь от неё. Настолько, насколько могу.

— Ты в полном порядке, Мих, — заявляет мне вдруг Хомяков, словно мысли мои читая.

— Да ну? — слушаю его вполуха, занятый зашнуровыванием кроссовок. Сейчас у нас будет физкультура, и мы с Антоном остались в раздевалке одни, как самые нерасторопные.

— Ага. Отлично выглядишь. Бодр, весел и полон сил, — он говорит это так, что я сразу считываю скрытую иронию в его словах.

— Ты сейчас что мне пытаешься сказать? — заканчиваю со шнурками и смотрю на друга. Ухмыляется, хомяк.

— Только то, что актёр из тебя так себе. Мне ведь не показалось всё же?

— Что не показалось? — включаю режим дурачка.

— Забыл наш разговор? Между тобой и Беляевой что-то странное творится. Вы странные. Оба. Особенно когда вместе.

— Ты ещё более странный, Белоснежка. Из всех тысяч девушек влюбиться в преподшу и молча тосковать по ней.

«Я-то хотя бы почву прощупал… Хоть и неудачно», — закончил я про себя. Что за кнопку этот болван нажал внутри меня, что мне втащить ему захотелось? Веселится он тут за мой счёт сидит. Раздражает. Сам ты странный, а у меня полный порядок.

— Сам же соглашался, что в этом семестре не вариант, пока она у нас преподаёт, — поймал он меня. — Вот закончится семестр и поговорю с ней уже на другом уровне, а не как студент и преподаватель.

— Соглашался. А каковы перспективы, клоун?

Может, меня злит не столько проницательность Антона, сколько тот факт, что у него, в отличие от меня, всё ещё есть надежда.

— Теперь уже и клоун? — Антон смеётся над моими словами. — Я не тоскую, а вдохновлён и предвкушаю. Вон как хорошо философия мне теперь даётся!

— Не оспаривай очевидного. Нет несчастней человека, что вечно шутки шутит и улыбку до ушей тянет.

— Я живу надеждой. Это делает меня счастливым, — улыбка его стала более напряжённой, выдавая с головой. Не только он зрит в корень. Я тоже кое-что умею. И про Хомякова давно всё понял. Слишком сильно радуется всему, что происходит вокруг него. Явно в прошлом чего-то не хватило. Но я не лезу, так как ни к чему это.

— Только убедись, что засматриваешься на кусок, который тебе по зубам, — отвечаю.

— Она не кусок, — от былой усмешки не осталось и следа. Он нервно дёрнул рукава своей футболки вниз, как если бы они задрались. Но этого на самом деле не произошло. Хомяков просто взвинчен. Из-за меня.

— Извини. Она не кусок. Она человек.

Я больше не чувствую злость. Мне просто хочется закончить этот разговор, который стал слишком крутым на поворотах. А мне это совсем не нравится. Я тут обычной нормальной жизнью жить пытаюсь, а не с другом бодаться. Сейчас явно что-то пошло не по плану. Даже всегда весёлый Антон погас в лице от моей «нормальности». М-да… Ещё немного и меня начнёт тошнить от этого слова.

— Не буду я больше с тобой про Беляеву разговаривать, — говорит Хомяков, вставая со скамьи с явным намерением уйти. — Вечно злой, стоит только имя её назвать. Как красная тряпка для быка. Да ну вас.

— Да пошёл я! — усмехаюсь.

— Вот именно, — соглашается он.

Глава 13. Свидание

Лина

— Ты с ума сошла, — Глеб удивляется моему рвению съесть всё, что я вижу в ассортименте витрины весьма дорогого кондитерского кафе, в которое он меня привёл сразу после кинотеатра, где мы смотрели романтическую комедию. Кто-то скажет, что это пошло и избито, но я, к своему удивлению, с интересом смотрела фильм, и компания Пожарского меня никак не стесняла в этом. Он даже охотно вступал со мной в обсуждение — вот что удивительно. Хотя фильм ему, в отличие от меня, совсем не понравился.

— Возможно. Но я действительно люблю шоколадные кексы.

— А еще эклер ванильный, эклер ягодный, пирожное «Прага», пирожное с пеканом и вишней, «медовик», банановый пудинг… — он перечисляет буквально всё, на что я только что тыкала пальцем, давая мне понять, что мои слова не прошли мимо его ушей.

На самом деле я дразнюсь, не рассчитывая всерьёз, что Пожарский действительно начнёт скупать всё, что я пожелаю. Скорее хочу поставить его в тупик, когда ему всё же придётся найти слова для того, чтобы корректно отказать мне в моих желаниях или увильнуть от перспективы больших растрат каким-то более изящным и хитрым способом. Что он предпримет в итоге? Слишком уверен в себе, а может, даже обладает несколько повышенным чувством собственной важности и исключительности. Все эти пикаперские высказывания в мой адрес, вальяжное поведение, широкие жесты в виде букета красных роз, вручённого мне при встрече, когда он приехал за мной на своей крутой тачке, — всё это сейчас лопнет, как мыльный пузырь или Глеб продолжит пытаться очаровать меня? Как он станет вести себя, если я вдруг стану неудобной? Иначе говоря, не милой скромницей с маханием рук: «Ой, нет, что ты, не надо! Так дорого же — мне неудобно». А вот такой, как сейчас: «Хочу то, хочу это».

Однако, «Кот в сапогах» отступать от своей затеи показать себя с максимально привлекательной стороны не отказывается и просто с непонятным мне азартом заказывает все перечисленные мной лакомства. В итоге мы оказываемся сидящими за столиком у окна в самом укромном уголке кафе для сладкоежек: я в полной растерянности, а он довольный собой. Сладкие блюда приносят нам одно за другим, и скоро вот-вот рухнет стол, потому что уже даже некуда класть подаренный Глебом букет. Но и об этом вскоре позаботились: сотрудник кафе услужливо принёс вазу с водой, предлагая разместить в ней цветы. Ценники соответствуют сервису, но я не то чтобы в восхищении, а скорее чувствую себя несколько потерянно. Не думала, что Пожарский отведёт меня именно в подобное заведение, а не в какую-то забегаловку, куда обычно ходят студенты. Либо он сынок богатеньких родителей, либо тратит сейчас