Лиат душа Эсхейма - Юлия Арниева

– Был, но месяца три назад куда-то делся, – меланхолично пожал плечами лекарь, продолжая что-то замешивать в миске.

– Странная тенденция у местных куда-то исчезать, – хмыкнула, усаживаясь на табурет возле рабочего стола Виллума. Мужчину я нашла в лекарской, там же находилась Бергит, и они вот уже неделю как не покидают эту комнату. Как объяснила девушка, они набрали какой-то особенной травы и её необходимо срочно переработать.

Вот и осталась я совсем одна. Вторую неделю брожу по замку. Вместе с кухаркой проверили запасы, ещё раз тщательно всё осмотрев. Крупы, муки, соли осталось всего на месяц, при строгой экономии и неувеличении количества живущих в замке. В леднике висело всего пару окороков какой-то замученной животинки и тушка гуся, которая неведомо как сохранилась, и теперь Дорта за ней зорко следила и берегла до лучших времён. Запасы кореньев тоже не радовали, да и лекарственных трав было немного, но их хоть Виллум взялся пополнять.

Когда с очередной проверкой кухни, кладовок и погребов было закончено, я приступила к тщательному осмотру комнат. В первую очередь добралась до покоев Гуннара. Там мы, конечно, уже наводили порядок и всё перетряхнули, но по стенам я не стучала и камни в полу не переворачивала, а надо бы. Вдруг всё же найдётся тайник с сокровищами, и я одним махом решу все проблемы нашего рода.

Но проведя в мрачных покоях три дня и облазив каждый камешек в стене и полу, я так ничего и не нашла.

Расспросив у Ханны о тайниках, я тоже ничего не добилась, девушка пожимала плечами и с сожалением мотала головой. Но хоть показала ещё один тайный выход из замка, ведущий сразу в конюшню. Не знаю, зачем мне эта информация, но я решила, лишним точно не будет.

– Воровал много, Гуннар заметил и собирался казнить, вот он и сбежал, – прервал мои мысли равнодушный голос лекаря, который, судя по затянувшейся паузе, не спешил мне отвечать.

– Виллум, ты смотрел Ханну? – поинтересовалась и, вглядываясь в лицо мужчины, внимательно следила за его мимикой.

– Нянька её не пустила, – недовольно буркнул лекарь, – я и к Гуннару потом сходил, да тот рыкнул, чтобы я не лез к его дочери.

– Хм… были у меня подозрения, что бабка эта непроста. Да и приказ Гуннара странный. Посмотришь? Она сегодня вечером придёт в мои покои.

– Если убегать не будет – посмотрю.

– Отлично, – благодарно улыбнулась мужчине и, чуть помедлив, спросила, – Виллум, может, посоветуешь девушку смышлёную да бойкую мне в помощницы, раз Бергит у меня забрал?

– Я подумаю, – не отвлекаясь от перемешивания и даже не взглянув на меня, ответил лекарь, и я поняла, что сейчас с ним бесполезно разговаривать, как, впрочем, и с погруженной в перетирание трав Бергит. Поэтому, прихватив свои бумаги, я вскоре ретировалась.

В коридоре недолго раздумывала, куда мне направиться, и уже через полчаса стояла на пороге небольшой комнатки Арена.

– Госпожа?! – воскликнул мужчина, тут же вскакивая с лавки, – что-то случилось?

– Нет, выдели мне воинов и скажи семью, которая спокойно отнеслась к выбору родового камня.

– Вы хотите поговорить с ними? Я могу приказать главу общины доставить в замок, – тут же предложил капитан замковой стражи, и это было бы идеальным решением, но я хотела увидеть, как живёт эта община.

– Не нужно, я сама до них дойду.

– Как прикажете, – не стал настаивать Арен, – позвольте.

– Конечно, – уступила мужчине дорогу, пройдя вглубь помещения, и беглым взглядом осмотрелась.

Небольшая комнатка с массивным деревянным столом у окна, рядом – кресло без мягкого сиденья. У стены узкая лавка с тонким матрасом и плоской подушкой, сверху расстелили шерстяной коричневый плед. Масляная лампа над изголовьем и сундук у противоположной стены. Аскетичная обстановка комнаты явно не предполагала частого её использования.

– Госпожа, глава общины – Сорен, он был рад смене главы рода Эсхейм, – сообщил Арен, бесшумно появившийся у выхода, – я приказал приготовить лошадь для вас.

– Лошадь? – с недоумением переспросила, с трудом сохраняя спокойствие. Верхом я ещё ни разу не ездила. Лиат, конечно, училась, но тоже нечасто это делала, так что опыт у нас вместе с ней, можно сказать, отсутствовал.

– Пешком только к закату доберётесь.

– А поближе никого нет?

– Есть, но всё равно верхом будет быстрее, да и Хаген не слишком жалует вас.

– Не жалует или агрессивно настроен, и мне не стоит с ним говорить? – уточнила, выбирая, что для меня безопаснее: быть прибитой главой общины или свалиться с лошади и сломать себе шею. Так-то, в случае нападения главы, меня защитят бравые воины, а если лошадь понесёт, то тут я уже сама буду справляться.

– Нападать он на вас не будет, – уверенно заявил Арен, немного помявшись, добавил, – считает, что женщинам место у печи, постель воинам греть и сыновей рожать.

– Ааа, вот оно что. Ну, значит, идём к нему, – проговорила, растянув губы в предвкушающем оскале.

– За рекой его община, – с сомнением в голосе подсказал Арен и, тотчас обратив свой суровый взгляд на замерших воинов, проговорил, – госпожу сопроводить и вернуть её живой и невредимой.

– Да, капитан! – отрапортовал один, видимо, назначенный старшим в моей охране.

– Показывай дорогу, – скомандовала уже я, и старший, круто повернув, шагнул к воротам.

Наш путь пролегал через город, который сейчас выглядел куда оживлённее, чем в мою первую прогулку. Дети играли у домов, мамочки, присматривающие за ними, кто вязал, кто, вытащив на улицу медный таз, стирал. И все любопытными взглядами провожали нашу процессию.

Но уже через час мы какими-то окольными путями прошли город и оказались на берегу речушки. Здесь, в отличие от места, где находился рынок, река была узкой, и через неё пробросили мостик. Небольшой, деревянный, в самый раз, чтобы могли разойтись два повстречавшихся человека.

На противоположном берегу, буквально в паре километров, как сообщил Ньял – старший в моей охране, и находилась община Хагена. Несколько крыш едва виднелись среди невысоких деревьев и кустарников.

– Чем живёт эта община? – спросила, перебираясь через крепкий мостик, передо мной шли два воина, которые своими широкими спинами заслонили мне весь обзор.

– Бортничеством, охотой, пушнину заготавливают, корневики плетут.

– Полей нет?

– В лесах живут, – ответил Ньял, единственный из всех, кто не поджимал губы и нормально объяснял всё, что мне было непонятно.

– Дети у Хагена есть? – продолжила расспрашивать мужчину. Хоть и Арен всю подноготную принёс мне на каждого главу общины, но порой и незначительные детали могут повлиять на ход важных событий.

– Дочери… пять, – хмыкнул Ньял, видимо, зная об отношении Хагена к женскому роду, – жена