Необузданные Желания - Джей Ти Джессинжер

— Есть какие-нибудь новости об одежде, которая мне была нужна? Я бы убила за пару штанишек для йоги прямо сейчас.

— Тебе, наверное, не стоит сейчас упоминать слово «убить», — бормочет Деклан.

Боже, это так приятно — проникать ему под кожу. Возможно, это будет моя новая любимая вещь. Я улыбаюсь ему еще шире.

— Знаешь, что я думаю?

— Что бы ты ни собиралась сказать, не говори этого.

— Думаю, тебе просто нужен был предлог, чтобы вернуться сюда и увидеть меня.

— А я думаю, что назвать тебя идиоткой было бы чересчур доверительным прозвищем, применимым к тебе.

Я смеюсь.

— Хороший вопрос. Сколько времени тебе потребовалось, чтобы понять, как пользоваться Интернетом, чтобы найти эту шутку, дедушка?

— Твои родители — брат и сестра?

— О, смотри, наконец-то у нас есть что-то общее!

Его лицо идет красными пятнами. Он сжимает и разжимает руки по бокам. Деклан стоит там, уставившись на меня в немигающей, безмолвной ярости, тяжело дыша и еще сильнее стискивая зубы.

Наконец-то я этого добилась. Деклан вот-вот упадет замертво от ярости.

Я встаю, вытираю руки салфеткой и подхожу к нему. Глядя в его сердитое лицо, я говорю:

— Хотелось бы мне показать тебе трюк, который может помочь тебе справиться со стрессовыми ситуациями.

— И я бы хотел показать тебе подземелье изнутри, но мы не всегда можем получить то, что хотим.

— Помолчи минутку, гангстер.

— Ты первая.

Я закатываю глаза на его просьбу.

— Я пытаюсь быть здесь полезной.

— Мне не нужна была ничья помощь, пока не встретил тебя.

У меня милая улыбка.

— Ты имеешь в виду, пока не похитил меня. Как уже говорила, покажу тебе один трюк.

Я делаю медленный вдох на счет четыре, задерживаю дыхание на счет четыре, выдыхаю на счет четыре, затем жду следующего вдоха, пока не досчитаю до четырех.

Деклан смотрит на меня с отвращением.

— Поздравляю. Ты знаешь, как задерживать дыхание. Это пригодится после того, как я надену тебе на ноги цементные башмаки и брошу тебя в воду в гавани.

— Нет, глупыш, я дышу на четыре счета! Мой папа научил меня, как это делать.

— Твоему отцу пришлось учить тебя, как правильно дышать? Какой сюрприз. Жаль, что он сначала не накрыл твое лицо подушкой.

Я шлепаю его по твердым, как скала, бицепсам.

— Ты будешь меня слушать?

— Именно этим я и занимаюсь. В этом-то и проблема.

— Боксерское дыхание — это то, чему он научился на флоте. Это отличный способ успокоить нервы и настроить ум. Попробуй. Мы можем сделать это вместе.

— Я бы предпочел, чтобы меня сожгли заживо.

— Да ладно тебе! Клянусь, это работает.

Я поднимаю руки, широко разводя их и демонстративно делаю глубокий вдох. Деклан бормочет какое-то вудуистское проклятие. Я задерживаю дыхание, округляя глаза, а он на это лишь стонет. Когда выдыхаю, я медленно опускаю руки под беззвучный отсчет в своей голове. Он смотрит в потолок и вздыхает.

— Ты как раковая опухоль. Только без всей этой веселухи с химией.

Я тычу его пальцем в грудь.

— Просто попробуй. Я не думала, что ты из тех, у кого учащенное дыхание, но я начинаю думать, что ошибалась на твой счет.

Деклан опускает голову и пристально смотрит на меня.

— К твоему сведению, я знаком с боксерским дыханием.

Это выбивает ветер из моих парусов.

— А? — Мгновение мы смотрим друг на друга, пока я не оживляюсь. — Видишь, это сработало!

— О чем ты сейчас болтаешь?

— Ты больше не злишься. Ты успокоился.

— Как это сработало? Это не я был тем, кто так тяжело дышал.

— Я знаю, но наблюдение за тем, как я делаю боксерское дыхание, успокоило тебя. Вот насколько оно эффективно. Оно может даже воздействовать на других людей путем осмоса!

Мгновение Деклан пристально смотрит на меня, в голубых глазах мелькает непреодолимое желание совершить убийство. Его голос звучит хрипло:

— Могу тебе честно сказать, я никогда не встречал никого, похожего на тебя, девочка.

Моя улыбка могла бы ослепить мужчину.

— Не за что. Да, кстати, я тут подумала.

— Тебе не было больно?

— Посмотри, как ты быстро переключаешься! Я хорошо на тебя влияю.

— Если это ты так хорошо на меня влияешь, то должен немедленно покончить с собой.

Я отмахиваюсь от этого заявления.

— Думаю, поняла, почему ты продолжаешь утверждать, что я развязала войну. И ты ошибаешься.

Мгновение Деклан пристально смотрит на меня.

— У меня такое чувство, что я должен сесть прямо сейчас.

Я жестом указываю на ближайший стул.

— Чувствуй себя как дома.

— Ты ведь помнишь, что это мой дом, верно? Ты — моя гостья.

— Меня повысили с пленника до гостя? Круто.

— Нет. Это не то, что я… о, черт. Не бери в голову. — Деклан падает на стул и сидит там, как на приеме у Смерти, молясь, чтобы ему позвонили по телефону.

Я сажусь напротив Деклана и поджимаю под себя ноги. Когда он направляет хмурый взгляд на мои сложенные ноги, я просто улыбаюсь.

— Как и говорила. Эта война, в развязывании которой ты продолжаешь обвинять меня. Все началось с ужина в «Ла Кантина» — на озере Тахо, не так ли?.. — Он не отвечает. — Ладно, может быть, ты этого не знал. Или ты это знал и просто ведешь себя как обычно ослепительно обаятельно. В любом случае, помню, как Ставрос говорил мне, что назревает война. Ну, фактически, он мне не говорил, я случайно это услышала. Ладно, ладно, подслушивала его разговоры с его командой, но дело в том, что это было всего через несколько дней после перестрелки в «Ла Кантина», где были убиты несколько ирландских гангстеров. Та часть, о которой ты, очевидно, знаешь. — Я делаю паузу, изучая выражение его лица. — Почему ты притих?

— Я не планирую убийство во всеуслышание.

— Ха. Вернемся к мертвым ирландским гангстерам. Они подошли к нашему столику во время ужина и перекинулись парой слов со Ставросом. Не спрашивай меня, что было сказано, потому что все это было сказано на русском и гэльском, но вся эта потасовка началась в первую очередь из-за того, что один из ирландцев шлепнул меня по заднице, когда я шла рядом со Ставросом по пути к нашему столику, когда мы только вошли. Ставрос чуть не сорвался, но мне удалось уговорить его не связываться. Но все пошло наперекосяк, когда мистер «шлепни меня по заднице» снова появился в середине ужина.

Деклан наклоняется вперед и упирается локтями в колени. Он складывает пальцы домиком под подбородком и тихо говорит:

— Тебе когда-нибудь приходило в голову, что