Смертельный сон - Аннабель Чейз

Маг поиграл бахромой своего боа.

— Это пошлет определенное сообщение.

Я не могла спокойно смотреть на этот спектакль.

— Очень трогательно. Можешь остановить заклинание?

Маг устало вздохнул. Похлопал себя по карманам и достал еще одну карточку. Сделав несколько длинных шагов, он добрался до Вентворта. Наклонился и вытер слюни Вентворту второй карточкой, затем сунул ее в карман рубашки мужчины.

Вентворт притих. Я подумала, что маг по ошибке убил его, пока грузный мужчина не вскочил на ноги с удивительным проворством и не бросился к воротам.

Маг восхищенно уставился ему вслед.

— Вау. Даже не подумал бы, что он спринтер. Ты видела, как быстро двигались его ноги? Завтра его точно наложат шины на голень — Затем обратил свое внимание на меня. — Теперь скажи, кто ты. — Он говорил скорее заинтересованно, чем раздраженно.

— Добрый самаритянин. — Хотя я не особо хотела этот титул. Скорее, предпочла бы потрепанную футболку, малярный валик в одной руке и бутылку пива в другой. Предпочла бы музыку, которая играла бы на заднем плане и поддерживала мою мотивацию. Повторение меня утомляло, скорее всего, потому что находилось за пределами моей зоны комфорта, что было одним из недостатков моего неорганизованного детства.

Казалось, маг пришел в восторг от моего ответа.

— Ах, мой заклятый враг.

— Потому что?

— Я наемный убийца. — Он вытащил из кармана другую карточку — к счастью, это оказалась визитка — и вручил мне драматическим движением запястья.

— Гюнтер Саксон, — прочитала я вслух. Убийца по имени Гюнтер. Ну, непохоже, что его мать догадывалась о будущей карьере сына, когда его рожала.

— Друзья зовут меня Ган6, - сказал он.

Гораздо более уместно. Я протянула руку. — Лорелея Клей.

Он слегка ее пожал.

— На карточке не написано, что ты убийца.

— Вот для этого и нужен логотип. — Он указал на изображение с двумя скрещенными мечами. — Не волнуйся, я не стану злиться на тебя ща эту маленькую неприятность, Лорелея Клей.

— Это очень великодушно.

— Но, если подобное повторится, я не буду таким покладистым. — Блеск в его глазах убедил меня в его искренности.

— Если ты убийца, почему просто не убьешь меня?

— Потому что это запрещено.

Я покосилась на него.

— Вроде как бессмысленно называть себя наемным убийцей, если ты не можешь нарушить закон.

Маг закатил глаза, и у меня возникло искушение предупредить его, что в следующие раз у него так замерзнут глаза.

— Нет, — ответил он. — Я имел в виду, что в Фэрхейвене это запрещено. Мы можем жить и проводить наши встречи здесь, но только, если согласны не вести бизнес в пределах города.

— Проводить встречи?

Он закинул конец своего боа на шею.

— Мы — гильдия. Конечно, мы проводим встречи. Ты смотришь на секретаря. Я делаю официальные записи. Очень объемные, скажу я тебе.

— Поздравляю.

— Эта победа нелегко далась. Мой соперник очень популярен, хотя покупает свои костюме в магазине мужской одежды, а это преступление против моды не так-то легко простить.

— Я не понимаю. Если вам не разрешено вести здесь свои дела, тогда зачем ты пытал Вентворта?

Он хмыкнул.

— Если бы я пытал его, то переломал бы ему кости. — Гюнтер замолк. — Не все, только несколько небольших.

Я по-прежнему скептически относилась к его заявлению.

— И правила этому не противоречат?

— В правилах ничего не говорится о сломлении воли человека.

— Даже если твое воздействие квалифицируется как деловое?

— Технически, это не так. Никто не платил мне за его запугивание. Он выманил деньги у друга, так что, возможно, это одолжение.

Мне пришлось поверить ему на слово.

— Кто позволяет вам жить и проводить здесь встречи?

Убийца внезапно обнаружил, что трещины на внешней стене Замка синей Бороды его завораживают.

— Ох, их личности держатся в секрете? Тогда как мне сообщить о нарушении, если я стану его свидетелем?

Его взгляд метнулся ко мне так быстро, что я заволновалась о повреждениях в его шее.

— За исключением того, что ты не стала его свидетелем, — сказал он сухо. — Я же сказал, это просто одолжение.

— Я говорю гипотетически.

Его плечи поникли — казалось, он смирился с тем, что расскажет мне больше, чем хотел бы.

— Есть регулирующий орган.

Это все равно что вырвать клыки у вампира, что я делала. И не раз.

— И кто возглавляет этот регулирующий орган?

— Кейн Салливан. Но он не наш босс, — быстро добавил Гюнтер. — Он только следит за тем, чтобы мы действовали по правилам и наказывает, если мы нарушаем.

— И каковы наказания?

— Не знаю. Никто никогда не переходил черту.

Интересно.

— И все убийцы хорошо себя ведут под присмотром того, кого они не выбирали?

— Никто не говорит нет мистеру Салливану, — ответил маг с почтением.

Я посмотрела в направлении ворот, где скрылся Вентворт.

— Почему бы не поручить полиции разобраться с Вентвортом?

— Местные копы в последнее время не в себе, и они заняты более большими проблемами. К тому же, я хотел помочь своему другу. Он не заслужил потери всех своих сбережений.

— О, так ты один из тех благородных убийц. — Я прекрасно понимала, что мой тон довольно насмешливый.

Мой тон, казалось, не взъерошил оперение мага.

— Я забочусь о своем друге. В этом нет ничего плохого. — его лицо стало напряженным. — Вот что не так с нынешним миром. Ты не хочешь, чтобы такие парни, как я, что-то чувствовали. Предполагается, что я большая, ужасная машина для убийств. — он поправил свой боа. — Ну, знаешь, что? У меня есть эмоции, и я их не стыжусь. — маг прижал кулак к груди, над сердцем, и я заметила, что его ногти выкрашены в темно-сливовый цвет.

— Значит, ты не вырезаешь линию на деревянной панели каждый раз, когда кого-то убиваешь?

Его рука опустилась.

— О, я, конечно,