Больше не могу - Мира Айрон

Интересно он придумал! То есть, она должна одна оставаться вечером, без мужчины и без верного, чуткого охранника Лиса! Но Эля из принципа не собиралась звонить. Она знала, что с Ильёй всё порядке. Просто решил немного понянчиться с собой. В этом нет ничего плохого, это даже нужно время от времени. Потому что постоянно «держать лицо», доказывая всем и себе, что у тебя всё «здорово, великолепно», вредно для здоровья, можно надорваться.

Но! Слишком увлекаться жалостью к себе тоже нельзя, иначе поверишь сам, что ты несчастен, а все вокруг плохие.

Так размышляла Эля, убирая краску в сарай, когда к ней подбежал радостный Лис и с размаху поставил ей лапы на грудь, едва не уронив её.

— Лис! — хохотала она, прижимая к себе его лобастую голову. — Я уж думала, ты не придёшь, хороший мой, некому меня охранять будет! Думала, заночуете в полях, будешь до утра утешать любимого хозяина. Пойдём ужинать!

Лис радостно потрусил рядом. Проголодался.

Краем глаза Эля заметила Илью, который мыл руки и лицо под уличным краном. И не холодно ему, интересно? Не май месяц!

Но Эля, сделав вид, что не заметила его, прошла в сени за кормом для Лиса.

Пёс принялся с жадностью есть. Надо же так загонять бедного! Эля потрепала его по мягким ушам и пошла в дом. Повесила в сенях «рабочую» куртку, и очутилась прямо в объятиях Ильи. Подкрался, она и не слышала! Нашёл место обниматься, романтик!

— А меня ужином накормишь? — тихо спросил он, слегка покусывая мочку её уха.

— Вообще, не следовало бы, потому что бросили меня одну вечером, но так и быть! Только нужно войти уже в дом. Или мы ещё тут, в сенях, постоим?

— Пойдём, — вздохнул Илья и неохотно отпустил её. Едва войдя в дом, Эля скрылась в душевой.

— Могла бы и меня с собой взять, я тоже по полям с Лисом набегался, не отказался бы от душа, — обвиняющие сказал Илья, когда Эля вышла.

— Ну вот и пойди, пока я ужин готовлю, — Эля нарочно не спрашивала, что да как, и не реагировала на его вздохи и виноватые взгляды.

После ужина Илья даже сам помыл посуду, хотя очень это дело не любил, и всё грозился купить посудомоечную машину, но Эля отговаривала. Много ли у них грязной посуды?! Эля уже смотрела кино, когда он пришел в гостиную и устроился рядом с ней на диване. Обнял её за плечи, притянул поближе к себе.

Эля положила голову ему на плечо, и только тогда он расслабился, немного успокоился, словно дышать стал глубже, она почувствовала.

— Прости! Сердилась на меня?

— И не думала сердиться, — улыбнулась она. — Думала, как долго вы ещё намерены гулять, мне становилось уже страшновато одной.

— Если бы я не ушёл с Лисом, то нарушил бы данное тебе обещание и пришёл бы к Рамилю и Любаше. Я не мог бороться с этим желанием, потому и ушёл подальше. И вот действительно далеко ушли, долго возвращались. Прости, — он взял её руку и прижал к своей щеке.

— Говорю же, я не сердилась, — она потёрлась щекой о его плечо. — Вот если бы ещё задержались, то не знаю. Ушла бы к Рамилю и Любаше. Так поздно одну меня больше не оставляйте!

— Не буду. Я умею держать себя в руках, но мне сложно это удаётся, когда дело касается тебя. С одной стороны, моя любовь к тебе — это моё самое большое счастье, а с другой — самое большое испытание. И хоть вы говорите с Любаней, что у меня умная и ясная голова, моё воображение сегодня мне такие картины выдавало, что я летел по этим полям, как ненормальный, Лис в шоке был, наверно.

— Что рисовало воображение? Как я уезжаю на чёрной машине? — Эля подняла голову, обняла Илью за шею и заглянула в его глаза.

— И это тоже, — улыбнулся он. — Прости. Кстати, тачка что надо у него, я посмотрел.

— Ну конечно, такая тачка, что я бы не удержалась и махнула на ней прямо куда глаза глядят, — поддразнивала Эля. — Очень на меня похоже, да, ревнивец мой?

— Совсем непохоже, но я очень ревную, это правда. А что он хотел от тебя?

— Привёз документы для ознакомления. Хочет заключить мировое соглашение. Чтобы я отказалась от раздела имущества.

— А ты?

— Я же сказала, что соглашусь. Адвокаты займутся этим.

— И эти бумажки непременно нужно было везти самому за тридевять земель? — проницательно спросил Илья. — Отправить по электронке или в любом мессенджере? Нет, никак? Или он всё же ещё какие-то цели преследовал?

— Да, — Эля продолжала смотреть ему в глаза, обнимая за шею.

Илья кивнул и опустил глаза, лицо его напряглось.

— Я знал с самого начала, что он попытается вернуть тебя себе. Отнять у меня.

— Ну и что? — она прикоснулась пальцами к его подбородку, заставив поднять лицо. — В этой ситуации не только вы вдвоём, есть ещё и я! Решение зависело от меня. Мало ли, какие у него были планы?

— Что ты ответила?

— Как думаешь, что? Правду ответила. «Я люблю другого, только не тебя!». Так ответила. А ты иного ожидал?

— Нет, — прошептал он и прижал её к себе так, что ей трудно стало дышать. — Я же сказал, доверяю тебе, ему не доверяю. Потому и ушёл, чтобы тебе не мешать. Иначе бы не выдержал, вмешался. Не вышло бы мирной беседы.

— Скорей бы пожениться, Илья! Чтобы ты перестал беспокоиться и себя терзать. Нельзя так.

— Не буду больше, честно! Надо беречь твои и свои нервы, я хочу прожить долгую и счастливую жизнь с тобой.

— Вооот, правильные мысли! Светлая голова включилась, ура!

Эля слегка отстранилась и снова стала смотреть в его глаза. Илья мягко гладил её шею и затылок под волосами.

— Поцелуй меня, Эля, как умеешь только ты, — прошептал он.

— Меня долго уговаривать не придётся! Так соскучилась, пока ты по полям носился, что зацелую всего!

— Зацелуй.

Целуя его, Эля была настолько увлечена, что не заметила, как они оказались в горизонтальном положении, Илья перехватил инициативу в поцелуе, а одежда Эли, — деталь за деталью, — отлетает в сторону.

В голове мелькнула мысль о том, что она опять потом забудет спросить, где и когда он научился так виртуозно и быстро раздевать женщин, но сейчас было уже не до того. Она прижималась к нему всем телом, стремясь быть как можно ближе