Неудачница в Академии Бессердечных - Властелина Богатова

— Я Роилин Блэй, — представилась первой.

— Знаю, — поморщившись, Джессел проходит к своей кровати, сбрасывает на неё верхнюю одежду, садится на край, скидывает ботинки и переобувается.

— Ты та неудачница, которую отчислили несколько месяцев назад и которую кинул самый популярный в академии дракон?

Вот и познакомились. Гнев как гейзер выбрасывается фонтаном в кровь.

— Не злись, — поднимается и берет полотенце, перекидывая через плечо. — Когда становишься открытой раной, ничто больше не ранит. Так говорил мой брат. Я — Джесс Койл, — протягивает руку.

— Хорошо, — протягиваю в ответ. — Но я не неудачница.

Жар от пальцев девушки растворился в моей ауре. Джессел, кажется, это почувствовала и слегка улыбнулась. Было в ней что-то острое и дикое, даже в движениях. Она отправилась в душ, а я осталась в комнате, стоять на месте. Вот оно, начало моей новой жизни. Прекрасно.

Остыв немного, я поняла, что и злиться не на что. На самом деле нужно сказать ей спасибо, потому что в окружении Глориас я и забыла о собственной бдительности, Джессел напомнила, с чем придётся столкнуться, пока всё не утрясётся. Расслабляться нельзя.

Когда она вернулась, время подошло к обеду.

— Идёшь? — интересуется она.

— Я не сильно голодна.

— Так и будешь прятаться?

Я промолчала, но поднялась, отсиживаться не получится, рано или поздно придётся выходить.

Джессел вытирает полотенцем волосы, смотрит на меня сверху, замечаю тонкий шрам на её щеке, почти незаметный из-за загара. Бросает полотенце, отворачивается и скидывает нательную сорочку с коротким рукавом. Меня будто холодной водой окатили, когда я увидела её спину, исполосованную рубцами. Она быстро натянула тунику.

Моргнув, я отвела взгляд.

— Откуда это?

Джессел глянула на меня через плечо, потянувшись за жакетом.

— Долгая история, расскажу как-нибудь, — просовывает руки в рукава, принимаясь застёгивать манжеты и пуговицы на груди. — Идём?

Я встаю, и вместе мы выходим из казарм. По сути, мы уже достаточно наслышаны друг о друге, поэтому разговаривать особо не о чем, да и кругом слишком людно. Моё появление быстро стало замечено, за спиной начали шептаться, показывать пальцами, хихикать. Это сильно напрягало. В столовой ещё напряжённее: пока стояли в очереди, подтянулись и бывшие сокурсницы, которые уже учились на втором курсе. Мы и раньше не подружились, а теперь и вовсе, после того как я вылетела и была брошена, быстро стала объектом насмешек и косых взглядов.

— Эй, Блэй, а ты чего тут делаешь? — толкнул меня кто-то локтем, и я едва не опрокинула на себя поднос с обедом.

Я застыла от растерянности и понимания, что стычки не избежать. Кто-то демонстративно взял с моего подноса стакан с морсом.

— Видимо, подрабатывает разносчицей, — остроумное высказывание подхватили смехом.

Эйнес Блэнш преграждает мне путь, серые глаза сужаются в презрении, а тонкие губы кривятся.

— А форму зачем нацепила, неудачница? — кивает на меня.

Слова поцарапали слух, заставляя привычно вскипеть.

Но тут моё внимание привлекает Долора. Сестра бросает на меня холодный взгляд и направляется к столам вместе с Мирандой Хорлей, видимо, теперь они подруги. Внутри меня полоснула жгучая боль и досада — Долора сделала вид, что не знает меня. Горько ухмыляюсь, провожая её взглядом.

— Я не неудачница, — возвращаю взгляд на Блэнш, лицо которой скривилось кислой гримасой.

— А кто же ты? Неудачница и есть, — окружают меня со всех сторон.

Стискиваю в руках поднос, осознавая смысл происходящего — Эйнес и её компания решили устроить показное превосходство.

Столовая была как целый полигон, но на нас сейчас, казалось, смотрели все.

Глориас говорила, что для того, чтобы спасти мир от разрушения, необходимо сплотиться, но в какой-то степени эта идея казалась утопичной. Драконы всегда считали себя самым сильным народом, сколько было войн на основе этого, а теперь, когда всему миру угрожает одна напасть, приходится идти на компромиссы. И порой это сложный процесс, который требует времени и переоценки.

Не все здесь чистокровные драконы, не у каждого распахивается ореол, но это и не так важно, важно, что ты рождён здесь и имеешь корни.

Как бы меня здесь ни принимали, я остаюсь полукровкой на этой территории, и, конечно, никто не собирается спешить считаться со мной, так было с самого начала обучения в академии. Маме тоже приходилось очень тяжко, поначалу она даже не смогла устроиться на работу, её никуда не принимали, а о высоких должностях и речи не было, поэтому она довольствовалась теми крохами, которые получала. И никогда не жаловалась. Она вела себя так, будто Эйссмор её родина. И передала нам это, последнее её письмо тому доказательство. И я не хочу никому доказывать, а уж тем более заслуживать доверие в этой стране, уподобляясь плебеям, я также имею свои права, честь и достоинство, которые вправе демонстрировать.

— Я Роилин Блэй, не помнишь уже, две минуты назад только называла?

Раздались смешки, что вызвало ярость во взгляде второкурсницы.

— Роилин Блэй, которая ничего не стоит, — догнала в спину.

— Сама-то много чего достигла? — подступает Джессел, отрезая от меня Блэнш.

— Она из атакующих, лучше пойдём, — шепнула одна из приживал этой компании, опасливо косясь на Джесс.

Эйнес высокомерно вздёргивает нос.

— Какая она из атакующих, трусиха, бежавшая из своей страны, чтобы спрятаться от папочки.

— Что ты сказала?! — Джесс вспыхивает в буквальном смысле этого слова, радужки наливаются золотом, по её коже скользят всполохи жидкого огня. Она делает шаг, заставляя попятиться затевал. — А ну повтори.

— Разойтись! — громыхнул командный голос со стороны. Все, кто был в столовой, обернулись на высокого мужчину с каштановыми стриженными волосами в сине-белой форме. Командный Рил Фейнбрей, куратор четвёртого курса силовых, маг воздуха. — Что вы здесь устроили? — гневно хмурит брови, резерв полыхает синим пламенем вокруг зрачков, устремляясь на Джессел. — Раскрытие резерва в целях нанесения вреда наказуемо.

— Она хотела на меня напасть ни за что! — взвизгнула Блэнш, ткнув пальцем в Джессел.

— Это не правда! — возразила.

— Выясняйте между собой отношения за пределами академии.

— Её ведь отчислили, почему она здесь? — встряхнулась Эйнес.

— Если кто ещё не знает, адептка Блэй зачислена обратно, — сообщает строго без дополнительных разъяснений.

Блэнш захлопывает рот, бросает на меня и уже остывшую Джессел ненавидящий взгляд.

— Ещё раз увижу, доложу ректору, — с презрением отчитывает Джессел он и удаляется.

За стол я села жутко разозлённая, и аппетит перебился окончательно. Из-за этой Блэнш, которой, видимо, вожжа попала под хвост, досталось и