Моя долгожданная - Марина Зимняя

Бредут на кухню. Мама взглянув на стоящие на столе георгины начинает рыдать пуще прежнего.

- Да, что случилось у вас? - не выдерживаю я.

- Землю у нас отбирают, - бормочет отец, отворачиваясь к окну.

- Какую землю?

- Эту, - продолжает плакать мама. - Огород до самой бани и большую часть палисадника, - снова впивается взглядом в цветы, всхлипывает.

- Ну это же невозможно! Это же наша земля. Она же принадлежит вам на законных основаниях. Где документы?

- Ой, дочка! Паренек то тот, который приватизацией занимался. Помнишь, чернявенький такой. Мы его нанимали, довести документы до ума хотели.

- Ну…

- Он с нас деньги вперед взял, документы забрал. Месяц их у себя подержал, а потом привез показал отцу папку, полистал, на печати какие-то указал и сказал, что все сделал. А нам же, тогда не до того было… - произносит мама и склонив голову на бок смотрит на меня печальными глазами.

И я понимаю, почему им не до того было. Как раз в этот период наша семья была занята похоронами Андрея. Потом мама жила у нас с Денисом. Присматривала за ним, пока я была в прострации и даже за ребенком своим смотреть была не в состоянии. Папа постоянно мотался к нам. Не удивительно, что эта папка была заброшена в сервант и не открывалась до сегодняшнего дня.

- Он нам только дом, баню и две сотки перед домом оставляет, - мама утирает полные слез глаза.

- Ну, хватит реветь, - угрюмо басит отец. - Мы еще пободаемся. Завтра в город поеду к юристу на консультацию.

- Завтра здесь забор стоять будет, - мама подскакивает со стула и тычет пальцем в окно.

На улице раздается рев какого-то инструмента. Отец срывается к двери, я за ним. Мужик в рабочей одежде пилит металлический столбик. Папа цепляется пальцами за сетку рабицу, словно пытается заменить столб.

Отец ругается не стесняясь в выражениях на мужчину азиатской наружности. Денис топчется рядом со мной, мама бросается на него чуть ли ни с кулаками, с трудом удерживаю ее за халат.

- Прекратите немедленно, - ору я.

Наконец, гастарбайтер глушит болгарку.

- Хозяин сказал резать все столбы, - возмущается он с ярким таджикским акцентом.

- Позовите хозяина.

- Нет, его. Он позвонил и сказал резать, я режу. Работа такая, сказали делать, делаю, - нервно жестикулируя кричит рабочий и замахивается на меня инструментом.

- Звоните ему!

- Да, я тебя! - бросается на него папа, выдирая из рук рабочего болгарку.

На земле валяется срезанный столбик, сетка, склоненная к земле открыла вход на соседский участок.

- Прекратите! - вместе с Денисом оттаскиваем отца от рабочего, который оказывается, тоже не прочь помахать кулаками.

- Вызывай полицию! - кричу маме.

- Да, что ее вызывать! Мы только что у участкового были, он сказал все законно.

Рабочий зыркает на нас черным щелками глаз, потирает ушибленное предплечье.

- Не вздумайте ничего здесь делать, пока хозяин не приедет.

- А он и не приедет, - выплевывает взъерошенный рабочий.

- Денис, принеси мой телефон.

Сын сверкает пятками в сторону дома.

- Кому ты будешь звонить? - спрашивает мама. - Мы Саше утром звонили, он занят.

Мой брат всегда занят, ему можно было и не звонить.

Денис протягивает мне трубку. Отыскиваю во входящих номер, с которого мне звонил капитан, когда я забыла паспорт в полиции, прикладываю телефон к уху.

- Ты этому звонишь? - Денис смотрит на меня выпучив глаза, недовольно поджимает губы.

- Цыц, - шикаю на сына и считаю гудки.

- Слушаю, - подозрительным тоном произносит капитан.

- Товарищ капитан, боюсь, мне нужна ваша помощь.

- А почему боитесь? - хмыкает он. Игнорирую этот вопрос.

- Вы не могли бы подъехать?

- Мог бы. Что у вас случилось?

- Подъезжайте я все объясню на месте, - поглядываю на насупившегося Дениса.

- Ксиву пусть хоть возьмет, - бормочет он недовольно. - А то забудет про все на свете…

Взглядом прошу сына замолчать.

Глава 15

Убедившись, что работник соседа направился на перекур, идем в дом.

- Мам, документы мне покажи.

- А ты кому звонила, Юль?

- Одному новому знакомому, - скосив взгляд на сына, наблюдаю за тем, как выражение его лица, становится все угрюмее и угрюмее.

Папа притормозив под навесом, отвечает на звонок.

Помогаю маме подняться на крыльцо. Она совсем расклеилась.

- Он юрист? - отдышавшись, спрашивает мама.

- Полицейский. Навряд ли он сможет нам помочь, но хоть припугнет рабочего. Да, может посоветует что-нибудь. Нужно на соседа как-то выходить. Разговаривать лично будем, по телефону мы не договоримся.

- Да, он здесь уже пару недель, как не появлялся. То, чуть ли ни каждый вечер у него там: шум, гам, шашлыки... А тут делся куда-то. Мы даже порадоваться успели. Думали надоело ему тут жить, а он просто строительство продолжил. Для бассейна ему видите ли места не хватает. Полгектара захапал и все мало. Утром позвонил и поставил перед фактом, мол ваша земля, больше не ваша. И на звонки больше не отвечает, паскуда такая.

- А на самом деле, зачем ему столько земли? И правда, такую территорию приобрел. Неужели мало?

- Мы с отцом решили, что он что-то вроде гостиничного комплекса строить собрался. Один из рабочих, который по весне отделкой дома занимался, проболтался отцу, что к следующему лету здесь еще шесть коттеджей вырастут. Представляешь, что тут будет? Закончилась наша спокойная жизнь, - сокрушенно покачав головой произнесла мама. - Может и правда нужно было согласиться, когда деньги давал, - из глаз мамы начинают бежать крупные слезы. - Да, куда ж мы отсюда пойдем! - всхлипывает она.

Наливаю воды в стакан. Подношу к губам мамы. Цокнув зубами об стекло стакана, мама делает глоток.

У родителей есть квартира. Они ее давно уже отписали Денису. Квартирантов пока пустили. На образование ему копят. Последние шесть лет они живут на даче. Обжились здесь и на этаж больше не хотят. Да и не смогут, наверное. Мама так к земле уже привыкла. Ни дня без посадки, прополки, полива. Всю душу в эту землю вложила. Да и у папы тут всегда заботы находятся. Нельзя им в город. От тоски зачахнут. Какого будет им смотреть на свой участок, когда он останется за забором. Похоже,