Три дракона для Снегурочки - Эльвира Осетина

– И вы попросили руки его дочери Снегурочки? – догадалась я.

– Да, – кивнул дракон. – И он, конечно, был удивлен, но согласился. Так как видел, что мы за эти годы еще ни разу не сделали ничего тебе плохого.

– Вот только ты была против, потому что уже успела влюбиться в соседского княжича, с которым один раз потанцевала на балу в прошлом году, когда он приезжал в гости и намекал на помолвку. Правда, твой отец еще не решил и не давал однозначного ответа, потому что колебался. Ну а так как он пообещал исполнить любое наше желание, то не смог отказать, – продолжил Сагвес. – И когда ты к нам вышла за ворота в этом самом наряде и с пустым взглядом, словно ожидая смерти, то в этот момент весь мир замер и мы все впали в полудрёму.

– Чуть позже к нам в сны пришел сам Мороз. Он сказал, что, пока ты нас всех не простишь, мы так и будем вечно стоять тут в виде ледяных фигур. А когда очнулись, то увидели уже тебя, и ты ничего не помнила. Но смогла снять с нас проклятие, – закончил Шардис.

Я какое-то время пыталась прислушаться к себе и понять, что чувствую после рассказанной истории, но почему-то отклика никакого особо не ощутила.

Да, история местами не очень приятная, жесткая, а где-то и вообще жестокая, но она была как будто не обо мне.

– Я ничего так и не вспомнила, – сказала я, понимая, что мужчины ждут от меня какого-то ответа. – И вообще, мне кажется, будто я сплю. А может… может, это как в книжках, которые я читала? Мою душу перенесли в тело этой девушки? – начала я рассуждать вслух.

– Нет, – покачал головой Иф. – Ты – это ты. И это и есть твоя душа. Мы, как драконы, это тонко чувствуем. Ибо встречали уже переселенцев в этом мире.

– Оу, даже так? – приподняла я брови.

– Да, такое случается, – спокойно ответил дракон. – Редко, но бывает.

– Удивительно, – покачала я головой. – Но как же быть нам всем дальше? Почему остальные люди не пришли в себя? Почему они так и стоят там статуями? Я не испытываю к ним никаких эмоций…

– Мы не знаем, но, по идее, ты должна их всех простить. Иначе, возможно, они навсегда так и не очнутся, – это был Шардис.

– И что тогда делать? – растерянно спросила я. – Может, сходить и их потрогать руками?

– Сейчас выходить на улицу я бы не советовал, – покачал головой Сагвес. – Надо дождаться утра. В ночное время Мороз сильно свирепствует, он видит твои сомнения и, возможно, уже передумал и решил тебя забрать обратно в тот мир, из которого ты пришла.

– Ладно, – кивнула я. – Тогда я пойду спать.

Все драконы тут же встрепенулись и посмотрели на меня очень внимательно. А у меня почему-то к щекам прилила кровь.

– Можно я тоже буду спать с тобой? – спросил Сагвес.

– И я? Я тоже хочу быть с тобой рядом, – это был Шардис.

Я перевела удивленный взгляд на Ифа в надежде, что, возможно, он как-то возразит или просто отреагирует негативно, но дракон делал вид, что его вообще это не касается, однако, заметив моё недоумение, всё же ответил:

– Решать только тебе.

– А ты не расстроишься? – решила всё же уточнить я.

Для меня всё это было очень странным. Гриша сильно злился, если я даже просто смотрела в сторону других мужчин, а тут спать с тремя одновременно? И один из них, с которым я провела уже ночь, будет не против?

Но вместо того, чтобы разозлиться, дракон мягко улыбнулся мне и сказал:

– Я бы расстроился, будь на тысячу лет моложе. Но я уже совсем не в том возрасте, чтобы вести себя как желторотый юнец. Ты моя жена. Я уже люблю тебя.

– Но разве ты не хотел бы, чтобы я была только твоей женой? – всё же спросила я.

– Мы с братьями провели слишком много лет вместе, живя в облике зверя. За эти годы между нами стерлись такие понятия, как эгоизм или желание быть лучшим. Ты уже моя жена. Но я хотел бы, чтобы ты стала и женой для моих братьев. Но если ты против…

– Всё это очень странно, – прервала я его. И, опустив очи долу, тихо ответила: – Ладно, давайте спать вместе. Так теплее будет.

И сама тут же встала и первой рванула в спальню, чтобы не смотреть на мужчин.

Уже там быстро разделась до трусов, кинула вещи в первое попавшееся кресло и залезла под одеяло, укрывшись с головой.

Ну а что, в одежде спать неудобно. Я потому и бюстик тоже сняла, от него косточки сильно давят.

Следом услышала тихие шаги и шорох, а затем и почувствовала, как мужчины ложатся ко мне под одеяло. А потом и вовсе крепко обнимают с обеих сторон, и даже с третьей – мои ноги.

Думала, что не усну от такого волнительного соседства, но самое удивительное, что почти мгновенно погрузилась в сон.

ГЛАВА 11

И вновь мне снился сон. Или, скорее, продолжение старого, где я была на каком-то приеме, стоя среди родных и ожидая, когда они появятся.

Мы с невестками быстро притихли. Анка, старшая невестка, спрятала сына за спину, чтобы не отсвечивал. Он хоть и будущий наследник, но всё равно совсем малыш еще – три годика всего, – чтобы присутствовать на таких приемах. Но невестка его постоянно боится на нянек оставлять. Прошлый раз не уследили, он чуть из окна не выпал. Вот теперь и ходит с ним везде. А в зал вошли сначала братья, с важным видом. Особенно Никося – весь такой как индюк надулся. Грудь колесом, на женку свою молодую Микалю посматривает, а та в ответ сразу вся зарделась и, как дурочка, захихикала.

Её даже Анка в бок локтем ткнула и тихо сказала:

– Я тебе лимон буду давать, чтобы не светилась так.

Но мы все услышала и начали тоже глупо хихикать.

Старший брат – Ольгер – глянул на нас сердито, и мы опять все притихли.

Он у нас вечно весь такой серьезный был. И жуткий зануда, и как с ним Анка от скуки не помирала, не представляю. Кстати, Анка никогда не рассказывала, что у них в спальне творилось.