Во власти Бешеного - Элль Ива

Да, мы работали в основном отдельно, практически не видя друг друга и встречаясь лишь по вечерам. Чижик проводил выездные совещания, устраивал встречи и налаживал контакты, тогда как я ездила к клиентам и совершала важные звонки по фактам свершившихся сделок.

Но я всегда знала, где он и с кем. У меня и в мыслях не было в чем-то его подозревать. Глупо? Хотя выходные у него частенько тоже оказывались рабочими. Но на то он и гендир. Или это я чересчур наивна?

Вернувшись в спальню, подняла с ковра телефон и набрала секретаршу. Трубку взяли не сразу.

– Вика?

– Лия Даниловна? – протянула она удивленно.

Наверняка решила, что больше меня в офисе не увидит. Но не увидит – не значит не услышит. Я продолжила:

– Ты знаешь что-нибудь про любовницу Евгения Валерьевича?

Та засопела, то ли задумавшись, то ли в шоке от моей прямоты.

– Про вас, Лия Даниловна?

Я едва не рассмеялась. В отличие от меня, эта прожженная сплетница знала всё и обо всех, посвящая сплетням большую часть рабочего времени.

– Нет, не про меня, Вика. Про другую, новую.

– Но я ничего не знаю про другую. У него были только вы.

Была. Это определяющее слово.

– Спасибо, Вика, – бросила я, отсоединяясь.

Выходит, Чижик мне соврал. Из груди вырвался тяжелый вздох. Но ведь это его выбор, не так ли? Нам было хорошо вместе, даже очень. Но, видимо, что-то его сильно не устраивало, раз он решился все бросить вот так, одним днём. Спасибо, хоть позвонил.

А может, мне наврал не только он, но и Вика… Мы с ней никогда особо не дружили.

Голова разболелась от мыслей. Достав с полки таблетку, я запила ее кофе и замерла, вдруг кое-что вспомнив.

Где-где он оставил ключи? В почтовом ящике?!

Обув шлёпки, я метнулась в коридор, прильнула ухом к двери и прислушалась. Тишина. Рискну, пожалуй…Туда и обратно. Иначе последствия могут быть куда круче. Ведь почтовый ящик у нас не запирался никогда.

Бесшумно спустившись на первый этаж, я быстро распахнула железную створку и замерла на месте. Ключей не было. Обманул…или?

– Лия Даниловна, – констатировал за спиной смутно знакомый мужской голос.

Вздрогнув, я сглотнула и медленно обернулась.

– Здравствуйте, Борис.

– Здравствуйте, – невозмутимо отозвался этот огромный мужчина. Правда, в уголках его губ таилась тщательно сдерживаемая улыбка. Смешно ему…

Боялась ли я? До чертиков. Но где-то там, глубоко в душе. Страх спрятался подальше, уступив место боли и разочарованию. Но я не собиралась показывать, как мне плохо. Особенно этому прислужнику.

– Это вы взяли ключи из моего почтового ящика?

– Боюсь, что так.

– С какой же целью вы это сделали, позвольте узнать?

– Я должен отвезти вас к Владиславу Кирилловичу.

Тяжко вздохнув, я беспомощно огляделась. Но на этот раз никто не спешил вызволять меня из очередной передряги.

– Полагаю, переодеться вы мне не дадите?

Тот покачал головой. Кто бы сомневался.

– В таком случае ведите.

И будь, что будет…

Теперь я поняла, что именно зацепило взгляд в привычном виде двора. Картину портил большой черный внедорожник, припарковавшийся у единственного выезда. Меня караулил, не иначе. Ну что ж, сама попалась.

Усевшись в незнакомый салон, я поплотнее запахнула халат и уставилась в тонированное окно. Бугай занял водительское кресло и тут же активировал центральный замок, заставляя меня мрачно усмехнуться. Как будто далеко я убегу в этих растоптанных шлёпках…

Мотор заурчал, услужливый Боря включил приятную музыку и повез меня своему жестокому хозяину.

Недолго бегала.

И по мере того, как приближалась цель нашей поездки, в моей душе все сильнее клокотала злость. С каждой секундой я всё отчетливей осознавала, что вляпалась по самое не хочу. За что и почему? На эти вопросы мог ответить только один человек, и вскоре я собиралась их ему задать.

Через полчаса меня выгрузили у знакомого офисного здания, как и вчера, оказавшегося пугающе пустынным.

А вот сегодняшняя я сильно отличалась от себя вчерашней. В халате и тапочках, с распущенными волосами и без грамма косметики. В душе теплилась крошечная надежда, что Влад меня не узнает. Но и она разбилась на осколки, стоило нам подняться на нужный этаж.

Едва распахнулись створки лифта, Бешеный рванул навстречу. Лишь неимоверном усилием воли я заставила себя не отшатнуться.

– Боря, в чём дело? – были первые его слова, пока Влад ощупывал меня своим обеспокоенным взглядом, – почему она в халате?

***

– В парадной поймал, Владислав Кириллович, – отрапортовал довольный собой Боря.

Влад раздраженно закатил глаза, жестом отсылая его прочь.

Мы остались одни, но мужчина не спешил делать движений навстречу, просто стоял, разглядывая меня, как диковинную зверушку. Где-то, судя по звуку, в другой комнате, запиликал телефон, но он не обратил на него внимания.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил настороженно, на что я едва не рассмеялась в голос.

Глубоко вздохнув, поняла, что сейчас просто взорвусь. И не стала себя сдерживать.

– Как я себя чувствую? – прошептала срывающимся голосом. – А как я могу себя чувствовать?! Меня увезли из дома без спроса, хочу ли я этого или нет, в одном халате и тапках, потому что всемогущий Владислав пожелал меня видеть! Зачем ты опять влезаешь в мою жизнь? Почему сейчас, когда у меня всё только наладилось?!

Тот недоуменно выгнул тёмную бровь. Ну ещё бы, как ему понять мою беду, ведь это же он, всесильный Владислав! Его никогда не дергали из дома в одном халате на встречу с кем то, кто во всех смыслах сильней и творит, что пожелает, совершенно не считаясь с чужими желаниями.

– Плохо! Я себя чувствую очень плохо! И пока ты рядом, иначе быть не может!

Мужчина шагнул вперёд, но я оттолкнула его руки.

– Не трогай меня! Не прикасайся!

Тот сжал челюсти, напрягая желваки, но меня было не остановить. Больше не хотелось быть бессловесной напуганной жертвой. Даже у маленьких, загнанных в угол мышек бывают острые зубки.

– Если тронешь, я за себя не отвечаю!

Меня потряхивало от волнения и злости. Казалось, коснись он сейчас, и я его просто искусаю.

– Лия…

Я даже не старалась успокоиться, ещё секунда - и накроет нервный срыв. Слишком многое на меня свалилось за эти неполные два дня. И всё благодаря одному единственному человеку, что стоял сейчас на