Одержимость - Дженнифер Лион

Слоан осторожно потянул Кэт за локон.

— Пусть попробуют. Черт, жду не дождусь, когда Кэт начнет свои попытки.

Его взгляд обжигал, заставлял краснеть, пока официанты разносили еду: филе миньон, рис с лавандой, спаржа с лимоном. Кэт едва замечала это великолепие, слишком отвлеченная Слоаном, бросающим ей вызов. Что ж, он сам напросился.

— Осторожнее, чемпион, я знаю твою слабость.

— Какую это?

— Лимонные кексы. Уверена, ты будешь вымаливать их. — Кэт готова была испытать судьбу.

— Мошенница. — Запустив руку в ее волосы, Слоан наклонился к ней. — Ты же знаешь, ради твоих лимонных кексов я готов на все.

Она не могла отвести взгляд, захваченная абсолютной уверенностью этого мужчины. Конечно, они просто шутили, поддразнивали друг друга, но некоторые мужчины угрожали. Сердясь или защищаясь в ответ. Слоан вручил ей эту победу и заставил почувствовать себя сильной. Она никогда не испытывала такого, как с ним. Дэвид часто напоминал ей, что она не такая умная, как он. В то время как Слоан, мужчина, который был в три раза сильнее ее, заставлял чувствовать себя сильной.

— Слоан, — прервал их незнакомый голос, — я надеялся, что ты будешь драться в Громовой клетке.

Кэт посмотрела на Ронни Т. Девоншира. Он был на пару десятков лет старше Слоана, но его рыжие волосы оставались все такими же густыми, а зеленые глаза острыми.

— Не интересно.

Ронни оставил свою еду:

— И что сделать, чтобы вернуть тебя в клетку?

— Найти достойного противника. В противном случае, это просто трата времени.

— Назови имя, и я все организую. Мы создадим шоу с платным просмотром. Назовем это «Месть в клетке».

При мысли об этом у Кэт все внутри сжалось. Она еле смогла проглотить рис, который успела положить в рот. Мысль о том, что Слоан снова будет драться, больно ударила по нервам.

— Я дам тебе знать, когда найду его.

— Тебе уже сколько, тридцать? Осталось не так много. Надо драться, пока ты еще можешь.

Кэт стиснула зубы, борясь с желанием послать к черту одного из самых могущественных людей в мире. Она не хотела, чтобы Слоан входил в клетку.

К ним подошел мужчина и похлопал Слоана по плечу.

— Слоан, слушай его. Ты можешь использовать Профи против любителей SLAMа для тренировок.

— Не хочу. — Он посмотрел на подошедшего и взял Кэт за руку. — Кэт, ты знакома с Клеем Бартоном? Он владелец винодельни.

Кэт узнала в нем одного из четырех бойцов, которых Слоан представил во время презентации.

— Приятно познакомиться. Значит, это и клетка принадлежат Вам?

— Я больше не с UFC. — Он подмигнул ей. — Занимаюсь этим ради забавы.

Драка как развлечение. Ха! Конечно, было весело, когда Кэт и Слоан спарринговали, но они не пытались навредить друг другу. Она внимательно посмотрела на Слоана.

— Ты скучаешь по этому? Хочешь вернуться?

— Нет. — Он сжал челюсти, и его глаза сверкнули болью и решимостью. — Нет. Пока не появится подходящая причина для этого.

По ее коже пробежали мурашки. Она вспомнила слова Дрейка о том, что Слоан тренируется как проклятый. Требуется серьезная мотивация, чтобы так выматываться на тренировках.

Хотела ли она знать причину, которая заставит его вернуться в клетку?

* * *

Стоя у лимузина и пытаясь совладать с эмоциями, Слоан стянул с себя пиджак и сорвал с шеи галстук. Всю ночь он прятал свою жажду мести за приветливой маской. После многих лет тренировок и планирования, все, наконец-то, стало на свои места. Ли Фостер попадет в клетку.

И Слоан будет ждать.

Осталось всего несколько недель.

В одно мгновение последние десять лет словно растворились, и Слоан отчетливо вспомнил, как этот ублюдок убегал из его дома. Потом картинка в голове поменялась, и он увидел Сару, лежащую на полу спальни, голую и безжизненную.…

Нет. Слоан задвинул воспоминая на задний план и сел рядом с Кэт, пиджак и галстук улетели на сиденье напротив. Запах девушки, неотделимо связанный с ароматами пекарни, пропитал все пространство, и взгляд Слоана приковал короткий подол платья слева. Во рту пересохло, а кровь застучала в висках. Сказав Итану ехать к квартире Кэт, он поднял перегородку между водителем и салоном.

Кэт откинулась на темно-серое сиденье.

— Кажется, ты рассержен.

— Ты даже не представляешь насколько. — Слоан открыл мини-холодильник и налил себе белого вина.

— Хочешь поговорить?

— Нет.

Он хотел трахаться. До чертиков. Возьми себя в руки, придурок. В жизни Кэт было достаточно насилия, а он мог еще контролировать себя и не набрасываться на девушку, а соблазнить ее.

— Ты — то, что мне нужно. — Он отставил стакан и перетянул Кэт к себе на колени.

Она взглянула на перегородку.

— Твой водитель...

— Итан нас не видит и не слышит. — Слоан проверил, удобно ли расположилась ее правая нога. Сине-зеленые глаза наполнил грозовой оттенок серого. Страх? Беспокойство?

— Я же сказал тебе, пирожница, я не делюсь. Особенно тобой.

Замерев в сантиметре от губ Слоана, Кэт сказала:

— Твой шрам белеет, когда ты злишься. Почему-то сегодня тебе было тяжело. Не знаю причину, но это так.

Мягкий толчок прошел прямо к его члену. Но физическое ощущение побледнело по сравнению с эмоциями в груди. Кэт видела его. Весь вечер, когда ярость, ненависть и вина пытались поглотить его, Кэт была рядом. Она дразнила его, улыбалась и прикасалась к нему. Она волновалась, что подведет его из-за своих страхов или неловкости, но не знала, что сегодня она удерживала его личный ад на расстоянии.

Как и сейчас.

Всплеск адреналина вызвал в нем дикую потребность заявить свои права на эту невероятную женщину самым первобытным способом. Так глубоко и жестко, чтобы он запечатлелся в ней навсегда.

Он не мог быть с ней долго, но, черт возьми, он сделает все, чтобы она не забыла его. Это все, что он мог дать.

Чтобы отвлечь ее от разговоров о шраме и беспокойстве, он взял вино.

— Выпей.

Ее взгляд упал на стакан, и она протянула к нему руку.

— Нет. Вот так. — Он поднес стакан к губам и опрокинул его. Потом поставил его на место и посмотрел на девушку.

Глаза Кэт расширились, а губы приоткрылись. Когда Слоан пододвинулся достаточно близко, она облизала контур его губ языком и это отозвалось в его паху.

Слоан прижал ее к себе и начал поить. Разделив с ней вино, он разжег в себе желание обладать ею. В груди отозвалось болью.

Он проник языком в ее рот, пробуя последние капли божественной смеси «Шардоне» и Кэт. Ее пальцы впились в его плечи.

Желание затопило его.