С чистого листа. После 40-ка... - Ася Яхонтова

Первый рабочий день показался мне адски тяжелым. И нет, дело совсем не в моих обязанностях. Они были интересными. Дело было в Веронике Михайловне! Эта рыжая бестия не давала мне прохода. Постоянно искала изъяны в выполненных поручениях. Грымза всем своим видом показывала, что осталось работать мне совсем недолго.

К моменту, когда я вернулась домой, то с трудом могла вспомнить собственное имя. Дверь открыл Никита и как-то странно на меня посмотрел.

— Мам, с тобой все в порядке? — с сомнением спросил сын.

— Не совсем, — уклончиво ответила я.

Сегодня даже рада была, что мама никуда не уехала, а приготовила наивкуснейшие отбивные и усадила меня и детей за стол.

— Ба, ты только щи больше не готовь, — прямолинейно напомнил ей Никита, с удовольствием уплетая отбивные, которые напоминали ему любимые нагетсы.

— И чем тебе мои щи не понравились? Отец твой ел их за милую душу, — ответила мама.

Я и Матвей переглянулись и улыбнулись.

— Мам, как первый рабочий день? — заботливо спросил старший сын. С каждым днем я все больше замечала, насколько Матвей внимательный и заботливый.

— Тяжеловато, — честно призналась и рассказала о Веронике. Мне просто нужно было излить душу, поделиться своими эмоциями по поводу этой грымзы.

Дети посочувствовали и разошлись по комнатам делать уроки. А мама как-то слишком внимательно посмотрела на меня.

— А этот Тимур... Хорош собой? — с интересом спросила она.

— Мам, прошу тебя, — я рассмеялась впервые за этот день. — Мне бы с мужем развестись. Надо думать, где жить будем.

— У Тимура, например, — вкрадчиво произнесла мама.

— Мужчинам не нужны женщины с двумя почти взрослыми детьми и кучей проблем. В том числе, и финансовых, — серьезно произнесла я.

— Не говори глупостей, — отмахнулась мама. — Ты красивая, умная женщина в самом расцвете сил. А дети — это не проблема, а богатство.

— Мам, давай не будем об этом, — я устало потерла виски. — Сейчас главное — закрепиться на работе и решить вопрос с жильем. Всё остальное подождет.

— А я вот думаю, что Тимур неспроста появился именно сейчас, — не унималась мама. — Такой серьезный мужчина, при должности...

— Мама! — я повысила голос. — Прекрати, пожалуйста. Мне сейчас совсем не до романтики. Нужно решать реальные проблемы.

— Ладно-ладно, — примирительно сказала она. — Но ты хотя бы не отталкивай его. Дружеская поддержка сейчас не помешает. Это же явно он помог тебе устроиться на работу.

— Посмотрим, — вздохнула я. — Сейчас самое главный вопрос — что делать с квартирой. Придется продавать ее. Сомневаюсь, что Сережа отдаст нам свою долю. Ему самому жить негде.

— Тут есть два варианта, — деловито заявила мама. — Я могу продать свою квартиру в Самаре. Сложим деньги и будем жить вместе.

Я поперхнулась от такого возможного развития событий. Жизнь с мамой под одной крышей совсем не входила в мои планы.

— А второй вариант какой? — голос прозвучал сипло.

— А второй — это уговорить Сережу отказаться от квартиры! — мама многозначительно посмотрела на меня так, как будто сейчас все было в моих руках.

Я понимала, что уговорить мужа почти невозможно. Но какая-то часть меня надеялась на то, что совесть взыграет в Сереже. Все-таки это он изменил. Да и куда я с двумя детьми уеду?

Съемное жилье совсем не хотелось тянуть на одну зарплату. Для того чтобы взять ипотеку, у меня должна быть стабильная работа... Я снова вспомнила Веронику. Круг замыкался. И перспектива дальнейшей жизни казалась совсем не радужной.

Вечером ко мне подошел Матвей и нежно обнял за плечи.

— Мам, я думаю, что нужно работу мне искать, — осторожно произнес сын.

— Нет, не вздумай бросать учебу! — строго прервала я ход его мыслей.

— Сейчас деньги нужны. Я же понимаю все, — Матвей смотрит на меня своими огромными голубыми глазищами. Красивый, подтянутый — моя гордость.

— Я устроилась на прекрасную должность. Все будет хорошо, Матвей. А твоя главная задача сейчас — учеба.

— Но мам, я мог бы совмещать. Многие ребята из группы так делают, — не сдается Матвей, присаживаясь на край стола.

— И как они учатся? — я покачала головой. — Засыпают на лекциях, пропускают занятия. Нет, милый, ты не для того столько занимался для поступления в институт, чтобы теперь все перечеркнуть.

— Я же не маленький уже. И потом... — он замялся, — мне неудобно просить у тебя деньги на всякие мелочи.

— На какие такие мелочи? — насторожилась я.

— Ну, знаешь... Хочется иногда Лизу в кафе пригласить, в кино сходить, — щеки сына слегка порозовели. — Да и понимаю я, что сейчас сложно. Ты же одна работаешь в нашей семье.

— Лизу? — я улыбнулась. Она училась в одной группе с Матвеем. И хотя сын всячески скрывал свою симпатию, материнское сердце не обманешь. — Так вот в чем дело...

— Мам, не начинай, — Матвей смущенно отвернулся. — Просто хочется быть... самостоятельным, понимаешь?

— Понимаю, родной. Но давай договоримся: этот семестр ты полностью посвящаешь учебе. А летом... летом подумаем о подработке. Идет?

— Я подумаю, — уклончиво ответил Матвей.

Я хорошо знала упрямый характер сына. Если он что задумал, то идет к цели. И сейчас, глядя на его сосредоточенное лицо, я понимала: разговор не окончен. Слишком легко согласился он, и это насторожило меня еще больше. Такая покладистость была несвойственна Матвею.

Я прислонилась к стене, прикрыв глаза. Когда он успел так вырасти? Еще вчера, кажется, учила его завязывать шнурки, а сегодня он уже принимает взрослые решения. И пусть я не согласна, но где-то в глубине души появилась гордость за его самостоятельность.

Вошла в спальню. В голове крутились мысли о спасении имущества. Совсем не хотелось общаться с Сережей. Но мама была права. Нельзя упускать последнюю возможность для того, чтобы не остаться на улице.

Быстро набрала номер мужа, пока не передумала. Тот ответил сразу же. Ощущение, что только и ждал, когда я позвоню.

— Да, Юльчик, — радостно пропел он, явно ожидая от меня примирительных речей.

— Сереж, нам надо обсудить вопрос с квартирой, — ответила я и услышала тишину в трубке.

— Какой вопрос