Темное завтра - Хелен Харпер

Я уже на полпути к цели, когда звонит мой телефон. Я вытаскиваю его, и меня охватывает волнение, когда я вижу, что это Фоксворти.

— Это Бо.

— Доброе утро, — голос грубоватого инспектора звучит глухо, как будто он находится в пещере.

— Где ты? — спрашиваю я.

— Прячусь в чёртовой камере, чтобы никто не услышал, как я с тобой разговариваю, — отвечает он. — Похоже, у нас появилась новая инициатива.

Что-то в том, как он это говорит, заставляет меня нервничать.

— Продолжай.

— Приказ сверху. Мы должны разыскать всех выживших кровохлёбов и поместить их под стражу для их же безопасности.

— Значит, поскольку добровольная сдача не сработала, с нами будут обращаться как с преступниками? Что произойдёт, когда нас заберут под стражу?

Он тяжело вздыхает.

— Есть специальный отряд, который доставит вас в неизвестное место. Конечно, это делается для вашей безопасности.

Я закатываю глаза.

— Конечно.

— Бо, — говорит он, — я никогда раньше не видел ничего подобного. Это беспрецедентно. И это чертовски опасно.

Приятно осознавать, что он смотрит на вещи так же, как и я.

— Ты говоришь, что это исходит с самого верха. О насколько высоком уровне мы говорим?

— Правительство.

Я поджимаю губы. Не нужно быть гением, чтобы понять, какой чёртов политик всё это устроил.

— Придурок, — бормочу я.

— Это не моя вина, — раздражённо говорит Фоксворти.

— Не ты.

— Рад это слышать. А теперь послушай. Я могу найти способ, как тебе выбраться из города. Сегодня вечером мне поручено переправиться через реку. Если я приеду и заберу тебя, то…

— Ого. Кто говорил о том, чтобы уезжать?

Rogu3 отрывает взгляд от компьютера, выражение его лица внезапно становится напряжённым. Я жестом показываю ему, чтобы он возвращался к своему занятию. Он не двигается.

— Бо, — продолжает Фоксворти, — это становится серьёзным. Я понимаю, ты упряма и не хочешь уезжать, поджав хвост, но ты можешь вернуться, когда всё уляжется. Вампиру сейчас не время разгуливать по улицам!

— Я не знала, что тебе не всё равно.

— На моих улицах и так уже пролилось достаточно проклятой крови.

Я не комментирую использование им личного местоимения, потому что у меня такое же отношение к Лондону. Это такое место, которое проникает тебе под кожу, независимо от того, родился ты здесь или нет, и остаётся там, как зуд, который раздражает, но его так приятно почесать.

— Спасибо за предложение, — отвечаю я ему. Я говорю это искренне; приятно осознавать, что старому грубияну полицейскому не всё равно. — Но я в порядке. Скажи, что у тебя есть другие новости.

Он вздыхает.

— Видимо, я не смогу переубедить тебя.

— Не сможешь, — я пробую ещё раз. — Ты хочешь мне ещё что-нибудь сказать?

— Выступать против деймонов Какос — безумие.

— Фоксворти…

— Хорошо, хорошо. Я нашел несколько адресов твоего деймона. Самый последний, кажется, находится на Брайтсайд-авеню, 12.

— Это рядом с Кэнери-Уорф, — самый шикарный участок земли в стране по завышенной цене. Кто бы мог подумать.

— Так и есть, — он делает паузу. — Мне придётся соскребать тебя с тротуара и засовывать в мешок для трупов?

Я чувствую, как удлиняются мои клыки и учащается сердцебиение.

— Нет, если я всё сделаю правильно. Спасибо, Фоксворти, — я завершаю разговор.

Rogu3 по-прежнему наблюдает за мной.

— У тебя есть адрес Икса.

Я киваю.

— Да.

— Это лучшее направление действий, Бо?

Я обдумываю его слова.

— Наверное, нет. Но это правильно, — я встречаюсь с ним взглядом. — Если я не вернусь, ты знаешь, что делать.

Он сглатывает.

— Да.

— Хорошо.

Появляется О'Ши, держа в руках засаленный коричневый бумажный пакет. Несмотря на одуряющий запах варёного мяса и вяленой капусты, у меня урчит в животе. Мне действительно нужно поесть.

— У меня есть кебаб, — щебечет он. — Ням-ням, — откуда ни возьмись, Кимчи подскакивает к нему, чуть не врезаясь в ноги. Пёс скулит и начинает пускать слюни, струйка которых падает на ботинок О'Ши. — Это кожа ручной работы, — кричит деймон, поднимая ногу, чтобы стряхнуть слюну. Кимчи высовывает язык, пытаясь решить, атаковать ли ему ботинок или прыгнуть к кебабу. О'Ши шипит от отвращения, затем переводит взгляд с Rogu3 на меня и обратно. Выражение его лица внезапно проясняется. — Ах. Я вижу, мы достигли некоторого прогресса. Давай я передам это Майклу, а потом поеду с тобой.

— Нет.

— Бо, мы напарники. Приятели. Куда ты, туда и я.

— Это слишком опасно, Девлин.

Он морщится.

— Я действительно ненавижу, когда ты меня так называешь, — он вздёргивает подбородок. — Ты не сможешь остановить меня, Бо. Если ты собираешься это сделать, то и я с тобой. Я не просто мальчик на побегушках. Если у тебя вырвут все жизненно важные органы, кому-то придётся сообщить Майклу эту новость.

Я приподнимаю бровь.

— Ты добровольно предлагаешь сообщить ему о моей смерти?

— Для этого и нужны друзья, дорогая.

Я смотрю на него. Несмотря на его поддразнивающие слова, на его лице читается стальная решимость.

— Хорошо, — я вздыхаю. — Хорошо.

Боже, спаси меня от моих же людей.

Кимчи скулит, чувствуя мрачную атмосферу. О'Ши роется в пакете, достаёт кусочек поджаренного мяса и предлагает ему. На этот раз пес не набрасывается на него. Вместо этого он ложится и смотрит на нас обоих страдальческим взглядом своих больших, проникновенных глаз.

— У собак ведь нет особого предчувствия, не так ли? — нервно спрашивает О'Ши. — Например, они не могут сказать, когда кто-то вот-вот умрёт?

— Нет. Я думаю, это умеют делать кошки.

Дедушкина кошара, воспользовавшись моментом, спрыгивает со стола и подходит ко мне, потираясь головой о мои голени. Мы с О'Ши смотрим друг на друга. В конце концов, я пожимаю плечами.

— Чье сердце съедят последним, тот лох.

Глава 6. Страхование жизни

Самое неприятное в данной части Лондона то, что здесь сплошь широкие улицы и сверкающие фасады. Нигде поблизости вы не найдёте тёмного переулка, где можно спрятаться. Однако здесь много высоких зданий. Учитывая, что я понятия не имею, насколько близко я должна быть к Иксу, чтобы он мог прочитать мои мысли, важно держаться на приличном расстоянии, но достаточно близко, чтобы заметить его. Мы с О'Ши находим его здание, держась на расстоянии, затем заходим за угол напротив.

— Нам нужна крыша, — решительно заявляю я, глядя вверх.