Любимый лжец - Керри Лемер

— Зачем, ты пришел? Я не изменю свое решение, даже сейчас и ребенка тебе не отдам.

— Алина, — у меня разболелась голова, — давай обсудим все спокойно, ты же знаешь наши обычаи, и что будет с нашим ребенком, ты тоже знаешь.

— Плевала я на обычаи, есть закон и по закону, я его мать и мне его воспитывать! Я буду защищаться и не побоюсь опозорить тебя и твою семью! Ты нарушил наш брачный договор, не спросил моего мнения, привел в дом любовницу и называешь ее второй женой, не тебе говорить о традициях и приличиях!

— Алина… — я хотел ее успокоить, протянул руку, но она оттолкнула.

— Не смей прикасаться ко мне! На тебе столько грязи, что мне противно, — она отвернулась к окну, — я все сказала и ребенка не отдам.

Это было выше моих сил. Я понимал, что если срочно не уйду, то быть беде, наврежу и ей и малышу. Скрипя зубами, кинул на пол букет, сладости и ушел без оглядки. По-хорошему у нас точно не получится, но как бы она не трепыхалась, ей не уйти.

Глава 13 Алина

Прошу несколько дней, с момента, как я оказалась в больнице. Руслан больше не приходил, но мне регулярно приносили цветы, свежие фрукты, овощи, разные сладости и дорогие витамины. Если муж старался исправить свою вину и думал, что отделается таким способом, то сильно ошибался, мое сердце не дрогнет от такой ерунды.

Я постоянно думаю о том, что наша жизнь могла сложиться иначе. Долгожданная беременность не приносит того счастья, о котором я мечтала. Если бы муж не завел любовницу, сейчас все могло быть иначе. Мы так ждали этого момента, но Руслан сумел обесценить наше семейное счастье.

Все эти пару дней, я пытаюсь начать разговор с Ариной Джамаловной и попросить ее о помощи. Не сразу, но до меня дошло, что раз я в больнице, то и документы мои тоже здесь. Хотя странно, что мне не вернули их. Я буквально молилась, чтобы Руслан не забрал мой паспорт и полис. Это было идеальный шанс для побега. Правда, денег у меня нет, и не наблюдаются, но есть обручальное кольцо и золотые серьги, этого должно хватить на билет в другой город и на мелкие расходы. Потом я обязательно найду работу и встану на ноги, нужно только сбежать.

— Как поживает моя любимая пациентка? — Арина Джамаловна вошла в палату, застав меня сидящей на широком подоконнике.

За окном больницы кипит жизнь. Мне так хочется туда, к людям, почувствовать себя свободной и сделать глоток свежего воздуха, без запаха лекарств. Пройтись по парку, посидеть на удобной лавочке, нежась в лучах теплого солнышка. Кажется, я слишком давно не отдыхала, не давала себе передышку и возможность побыть наедине с собственными мыслями.

— Намного лучше. — Слабо улыбнувшись, возвращаюсь в постель.

— Это хорошо, что ты так говоришь, а вот твои анализы оставляют желать лучшего. — Поджав губы, она недовольно качает головой. — Пока продолжим капельницы, а через пару дней, снова сдашь анализы и посмотрим.

— Хорошо, — покорно соглашаюсь, внимательно наблюдая за врачом. Мне хочется начать разговор, но я слишком волнуюсь, не знаю, с чего начать.

— Алина, тебя что-то беспокоит? — Она смотрит на меня сквозь толстые очки и, кажется, что видит насквозь.

— С чего вы взяли?

— Ты выглядишь слишком нервной, да и я не первый день работаю в больнице.

Вздохнув, я молчу, не могу представить, как попросить о помощи. Хорошо, если она согласится, но ведь может и мужу сообщить. Тогда Руслан запрет меня в доме и это в лучшем случае.

— Алина, — она присаживается рядом со мной, — если тебя что-то тревожит или нужна моя помощь, ты можешь говорить смело.

Это знак! Сейчас или никогда. Решится слишком сложно. Чувствую себя трусливой курицей. Руки мелко подрагивают и, я не могу успокоить или скрыть этот тремор.

— Арина Джамаловна, а мои документы у вас?

— Ааа, — она понятливо протягивает, — конечно, я совсем замоталась и забыла принести их.

Расслабленно выдыхаю. Свобода почти в кармане, нужно бежать без оглядки, пока есть шанс. После вечернего обхода, в больнице остается только один врач, а пациенты могут выйти на свежий воздух в любое время. Никто не заподозрит неладное, если я выйду просто прогуляться, но больше не вернусь в палату.

— Но, — продолжает врач, — что-то мне подсказывает, что твоя нервная дрожь связана не только с документами, дело в твоем муже? Я права?

Эта женщина точно видит меня насквозь, или проблема слишком очевидна.

— Как вы догадались? — От стыда опускаю глаза в пол.

— Не ты первая и не ты последняя, — тяжело вздыхая, она снимает очки и трет уставшие глаза, — я успела повидать всякое, и мужей тиранов, которые избивали жен, а мне потом приходилось вытаскивать их из-за грани, и женщин-самоубийц, считающих, что так проще и легче. Не все хотят бороться и принимают насилие за норму, но это не так.

Арина Джамаловна, сама того не подозревая, давит на больную точку. Когда я была маленькой, я видела, как наш сосед избивает собственную супругу, называя это воспитанием. Он был жестоким тираном, нанесшим мне детскую травму. Я клялась, что никогда не стану, как его жена, не буду терпеть и молчать, тоже не буду.

— Я понимаю и хочу попросить вас о помощи, — выпаливаю на одном дыхании.

Цепляюсь за ее руку, как за спасательный круг. Мне нужно почувствовать, хотя бы чье-то тепло.

— Помогите мне сбежать, умоляю. — На удивление слез нет, только решительность.

— Алина, я-то помогу, но ты же понимаешь, что пока вы женаты, тебе нигде не скрыться?

Сразу видно, что она женщина, воспитанная на Кавказе. В отличие от многих, она понимает все последствия. Родственники, друзья и просто знакомые, все бросятся на мои поиски. Они будут давить, угрожать и делать все, чтобы я вернулась в дом мужа. Если понадобится, они не побрезгуют нарушить парочку законов и силой приволокут меня к Руслану.

— Да, я все это понимаю, но больше так не могу.

Не знаю, откуда берутся силы, но выливаю на доктора всю историю своей жизни. Хочется, чтобы меня поняли и чуть-чуть пожалели, невозможно постоянно быть сильной. Я имею право на слезы, на свое мнение, на свою жизнь и буду бороться за своего ребенка.

Похоже, Арина Джамаловна не в первый раз слышит нечто подобное. Она не меняется в лице, не охает и не