Нежные признания - Элизабет Торнтон

— Дора имеет в виду, — решила объяснить Фэйт, поймав недоуменные взгляды, вызванные словами девочки, — что будет изучать математику и физику.

Взгляды изменились на изумленные, и Фэйт улыбнулась:

— Мы все очень надеемся, что Кембридж примет ее с распростертыми объятиями.

Миссис Элфинстоун фыркнула на это.

— Мама, мы нынче живем в другое время, — произнес адвокат. — Девочки хотят большего, чем раньше. Пусть у них будет такая возможность. Это мое мнение. — Затем он обратился к Фэйт: — Превосходная работа, мисс Макбрайд! Продолжайте в том же духе.

Он встал и помог подняться матери, но миссис Элфинстоун было еще что сказать, и она не унималась:

— Какой прок им от этого образования? Никто не желает слушать умную женщину. А что насчет светских бесед? Вот что нужно женщине. Если хотите знать мое мнение, то образование бесполезно для женщин.

И так далее в том же духе. Адвокат был непоколебим, как и его мать, хотя и более тактичен, но прежде чем пожилая дама окончательно унизила свою внучку, которая и так уже выглядела расстроенной, он вывел миссис Элфинстоун за дверь. Фэйт силилась придумать что-либо, чтобы заполнить паузу, пока та не стала неловкой, как вдруг мягкий шотландский акцент заставил все головы повернуться к двери.

— Эта леди в чем-то права, — сказал Джеймс Барнет. Он стоял, облокотившись на дверной косяк. Все девочки дружно вздохнули. Фэйт никогда не переставала удивляться, как эти умницы могли потерять голову от привлекательного лица и широких плеч! Шотландский акцент! Он был для виду. Джеймс Барнет говорил на английском так же хорошо, как и она. Но его шарм сработал. Даже присутствующие мамаши задышали чаще.

— Мистер Барнет, — обратилась она к нему. — Чем мы обязаны такой чести?

Он вошел и занял свободное место в первом ряду.

— Любопытство, — ответил он с легкой улыбкой и вытянул одну руку вдоль спинки соседнего стула. — Я встретил на лестнице мистера Денверса-младшего, и он предложил мне сделать вклад в фонд школы. Но я никогда не покупаю кота в мешке, поэтому я здесь.

Девочки захихикали. Гости тихо посмеивались. Фэйт выдавила слабую улыбку. Она не была ни впечатлена, ни напугана, ни покорена. Он хотел проверить ее девочек? Пожалуйста! Она прекрасно их подготовила.

— Может быть, вы бы хотели услышать, как девочки переведут отрывок из историй Геродота? — предложила она. — Книги как раз лежат перед ними.

— Ах нет. — Он потер подбородок. — Думаю, с таким учителем, как вы, мисс Макбрайд, они знают наизусть свои книги. Я хочу знать об их устремлениях и надеждах. Видите ли, я услышал слова миссис Элфинстоун, когда подошел к двери, и они заставили меня задуматься. Каким видят свое будущее эти молодые барышни? Я знаю, что они готовят себя к определенной профессии. А как же замужество? Дети? Собственный дом? И, осмелюсь спросить, муж?

Фэйт уже не была такой уверенной. Она забеспокоилась не о девочках, а о гостях, поскольку не сомневалась, что от мнений, которые выскажут некоторые девочки, у всех волосы встанут дыбом. Она быстро взглянула на ничего не подозревающий оплот общества: епископ из Хемеля и его жена, миссис Пауэл; миссис Браун и ее муж, член парламента; леди Френсис Холистер — защитник всеобщего избирательного права. Знают ли они, что в головах их дочерей.

Она уже было открыла рот, чтобы сказать Джеймсу — вежливо, конечно, — что он нарушает регламент, но тот опередил ее:

— Мы можем разрешить девочкам говорить за себя? Мисс Уинслет, я уверен, что вы думали об этом. Что скажете?

Дора уставилась на раскрытую перед ней книгу, словно погруженная в свои мысли. Когда она подняла глаза, ее щеки с ямочками пылали.

— Почему, — произнесла она, — никто не спрашивает у мальчиков, какое место в их будущем занимает женитьба, по крайней мере, до тех пор, пока не наступит его тридцатый день рождения и постаревшим родителям очень захочется покачать внуков на коленях?

Фэйт облегченно вздохнула. Послышался одобрительный шепот девочек.

Но Дора еще не закончила. Она продолжила веселым тоном:

— Мы можем задать вам тот же вопрос, мистер Барнет. А как же женитьба? Дети? И, осмелюсь спросить, жена?

Джеймс удивился и медленно кивнул.

— Справедливый вопрос. Я был женат когда-то. Возможно, вы не знали, но я вдовец.

Доре хватило приличия изобразить раскаяние.

— Простите. Я действительно не знала.

Тогда тактично вмешалась Фэйт:

— Может, на этом мы закончим? Звонок прозвенит через пять минут.

Дора не обратила внимания на ее намек.

— Это значит, что вы никогда больше не женитесь? Не путаете ли вы женитьбу с любовью?

— Дора! — возразила Фэйт. — Это личный вопрос.

Она посмотрела на Джеймса и поразилась глубине его взгляда, который говорил красноречивее всяких слов. Она не знала, что с этим делать.

Не по годам развитую Дору не смутило молчание.

— Любовь, — сказала она, — не то же самое, что брак. Любовь можно свободно давать и брать. Об этом пишут поэты. Брак же основан на деньгах и договоренностях. Этим стряпчие зарабатывают себе на жизнь.

— Мисс Макбрайд? — Подняла руку Люси Элфинстоун.

— Да, Люси, — ответила Фэйт, радуясь, что можно переключиться с Доры на кого-то другого.

— Любовь ведь может наступить после брака, правда же? Если два человека нравятся друг другу.

У Фэйт начало создаваться такое впечатление, что дикое животное вырвалось на свободу в ее классе. Она почувствовала себя в ловушке. Выдавив как можно более вежливую улыбку, она сказала:

— Поскольку я неопытна в делах любви и брака, не стану судить.

Когда девочки сердито зашептались, демонстрируя свое неудовлетворение таким уклончивым ответом, она подняла руку, успокаивая их.

— То, что вы являетесь ученицами Сент-Уинифред, не означает, что у вас должно быть мнение по каждому поводу. Нет ничего зазорного в словах «Я не знаю». Всё, прекратите спорить. Я хочу, чтобы все разошлись после звонка, поэтому давайте не начинать обсуждение, которое не успеем закончить.

Фэйт перестала обращать внимание на Джеймса и сконцентрировалась на замечаниях достопочтенных гостей. Епископ улыбнулся ей.

— Соломон не смог бы сказать лучше, — восторженно произнес он, подойдя к ней. — Слишком много людей разглагольствуют о том, чего не знают.

Его жена посмотрела на Фэйт сочувственным взглядом.

— Они всегда такие? Бедная мисс Макбрайд! Если б я была их руководителем, то у меня было бы искушение хорошенько выпороть их и отправить в кровать.

Прозвенел звонок. Суровое испытание закончилось. Класс постепенно опустел, и Фэйт начала собирать по комнате «Истории» Геродота и другие учебники, которые были предъявлены гостям.