Неприступный герцог - Джулиана Грей

Она любила смотреть на герцога, сворачивающего за угол конюшни каждое утро ровно в семь часов, как и она сама. Абигайль даже достала из кармана часы, чтобы удостовериться.

— Доброе утро! — радостно крикнула она.

— Доброе утро, — гораздо менее радостно откликнулся герцог, не глядя в ее сторону.

Абигайль оперлась на ограду, позволив лучам солнца согреть ей кожу. Герцог стоял всего в двадцати футах от нее, одетый в превосходного качества твидовый костюм, сапоги, и гневно смотрел на изгородь перед собой, словно не видел окружающей его красоты.

— Что-то не так? — вежливо поинтересовалась Абигайль.

Герцог наконец обернулся.

— Где, черт возьми, мой конь?

— На пастбище, полагаю.

— На пастбище? — Уоллингфорд произнес эти слова таким тоном, как если бы ему сказали, что Люцифер находится сейчас на скачках в Эпсоме. — Какого черта?

— Черт, черт… Вы постоянно это повторяете. Хотя черт не имеет ничего общего с Люцифером, мирно пощипывающим траву. И даже наоборот. О, ха-ха!

Уоллингфорд посмотрел на нее, как на сумасшедшую.

— Что смешного?

— Черт. Люцифер. Вы весьма неравнодушны к этому вышедшему в тираж красавцу. Видите в нем родственную душу?

Герцог ударил стеком по голенищу сапога.

— Мой конь, оседланный и взнузданный, должен каждый день ровно в семь часов быть на этом самом месте. Полагаю, вы не знаете, чем сегодняшний день отличается от остальных?

Абигайль прикрыла глаза ладонью и посмотрела на поля.

— Думаю, так получилось потому, что работники с рассветом начали сев.

— Сев?

— Ну да. В полях выращивают овощи, которые потом попадут нам на стол. Весна, разве вы не заметили?

— И какое отношение это имеет к готовности моего коня к утренней прогулке?

Абигайль вновь повернулась к герцогу и улыбнулась:

— Подозреваю, что конюхи работают в поле.

— В поле? — Уоллингфорд ошеломленно посмотрел на поля с копошащимися на них, похожими на муравьев фигурками.

— Послушайте, я не хотела ни на кого клеветать, — произнесла Абигайль, — но вы уверены, что пили сегодня утром кофе?

Герцог мрачно взглянул на мисс Харвуд.

— Представьте себе, да. Я должным образом приготовился к предстоящей встрече, только вот у меня… нет коня! — Последние слова он произнес столь гневно, что если бы рядом находились его собственные слуги, они, дрожа от ужаса, бросились бы исполнять любое его приказание.

Только вот здесь, в Тоскане, слуг не было.

Абигайль снова улыбнулась.

— Стало быть, вам придется оседлать Люцифера самостоятельно.

— Самостоятельно?

Она оттолкнулась от изгороди.

— Похоже, вы в замешательстве, ваша светлость. Но вам посчастливилось встретить меня, и я с удовольствием протяну вам руку помощи. Сходите за конем, а я постараюсь найти седло.

— Сходить за конем? — возмущенно воскликнул Уоллингфорд, потеряв самообладание, но Абигайль уже пересекала двор.

Склад упряжи располагался позади конюшни и насквозь пропах кожей. Абигайль приходила сюда время от времени, поэтому знала, где хранится седло Люцифера. Она перекинула уздечку через плечо, подхватила одной рукой седло, а другой — ящик с щетками. У двери на мгновение остановилась.

— Уж если я взялась за дело, то доведу его до конца, — пробормотала она себе под нос, а потом поставила ящик с щетками на землю и потянула за платье, чтобы опустить декольте чуть ниже.

Пощипывающий нежную весеннюю траву Люцифер озадаченно поглядывал на своего хозяина.

— Ужасно не хочется нарушать идиллию, старина, — произнес Уоллингфорд, — но без твоей помощи до деревни мне не добраться.

Люцифер вытянул шею, чтобы вырвать из земли еще один пучок травы.

— Чертов наглец. — Уоллингфорд схватил веревку, которой был привязан конь, и потянул его за собой.

Ему с самого начала нужно было быть начеку. Ведь смотритель его предупреждал. «Синьорина снова вас поджидает, — сказал Джакомо, кивая в сторону конюшни. — От нее одни напасти».

Уоллингфорд был согласен с этим полным загадок слугой, но не собирался делиться с ним своими соображениями.

— Ничего особенного, — возразил он, нетерпеливо похлопывая стеком по голенищу сапога. — Идет себе по своим делам. Кажется, она присматривает за козами?

— Притворяется. А на самом деле следит за вами.

— Глупости. Хорошего вам дня, Джакомо. — С этими словами Уоллингфорд направился к конюшне и попал в ловко расставленные Абигайль сети.

Люцифер вовсе не собирался прибавлять шаг, и к тому времени, как Уоллингфорд достиг края изгороди скотного двора, мисс Харвуд уже поджидала его. Солнце позолотило ее каштановые волосы, осветило пышную грудь и изящные руки, созданные не для того, чтобы таскать тяжелые седла.

— Наверное, мне стоило отправиться в деревню пешком, — пробормотал Уоллингфорд.

Лицо Абигайль озарила улыбка.

— О, чудесно! Я вижу, вы настроены решительно.

— Просто дайте мне седло, мисс Харвуд, и давайте покончим с этим.

Абигайль поставила ящик с щетками на землю и водрузила седло на ограду.

— О нет, ваша светлость. Коня сначала нужно почистить.

— Почистить? Конечно.

Абигайль достала из ящика щетку.

— Если мы возьмемся за работу вместе, то закончим быстрее. Надеюсь, нет нужды объяснять, что чистить нужно по шерсти, а не наоборот?

— Я знаю, как это делается, — буркнул герцог, забрал из рук Абигайль щетку и принялся за дело.

— Не понимаю, почему вы так сердитесь. Думаю, вам будет полезно освободиться на время от обязанностей, налагаемых титулом. И попытка самостоятельно оседлать коня — неплохое начало.

— Я проделал такой долгий путь не для того, чтобы учиться седлать лошадей. Это вполне можно было сделать и дома.

— Но ведь вы этого не сделали, не так ли? Осмелюсь предположить, что Лондон, с его светской суетой, выпивкой и мимолетными романами, съедает вашу душу. Я права, Уоллингфорд?

— Вздор. — Герцог принялся с удвоенной силой тереть шкуру Люцифера, с удовольствием отмечая про себя появившийся на ней глянцевитый блеск. Краем глаза он украдкой поглядывал на Абигайль и был рад тому, что она его не видит. Ибо он почувствовал себя совершенно обнаженным после ее так обыденно произнесенных слов.

— Необязательно постоянно быть настороже, — все так же невозмутимо продолжала Абигайль. — Я наблюдаю за вами с того самого момента, как мы встретились в той треклятой гостинице. Подозреваю, что у нас с вами гораздо больше общего, чем вы полагаете. Только я более трезво смотрю на вещи. Ведь меня не испортили неограниченная власть и богатство.