Шотландская наследница - Патриция Поттер

Бен улыбнулся.

— Во всяком случае, Сара Энн голодна как волк, это уж точно.

Он быстро выбрал из вереницы ложек наиболее, по его мнению, подходящую и уверенно вручил ее Cape Энн. Та ответила ему благодарной улыбкой, и Бен понял, что эта кроха если и не понимает, то прекрасно чувствует напряжение, царящее за столом.

Она поднесла ложку супа ко рту, тщательно исследовала его на вкус, затем зачерпнула другую. Сара Энн умела есть красиво — дай бог здоровья за это добрейшей миссис Калворти!

Бен тоже проглотил несколько ложек, а затем попросил:

— Расскажите мне поподробнее о Калхолме. Велико ли поместье? Что здесь выращивают?

— Наши планы связаны с разведением овец, — сказала Барбара. — И мы уже занимались бы этим, если бы не сопротивление Элизабет. Мы надеемся на вашу поддержку.

— Что бы он ни сказал, — сердито буркнул Хью, — мой адвокат всегда сможет оспорить его решение.

— Мистер Алистер не пойдет на это, — негромко возразила Элизабет, оборачиваясь к Бену. — Отец моего покойного мужа начал разводить в поместье скаковых лошадей. Муж продолжал дело отца. У нас лучшие лошади в Шотландии, и одна из них — жеребец по кличке Шэдоу. Он заявлен на участие в Гранд Националь на следующий год. Если он победит, мы станем знаменитыми коннозаводчиками и сможем получать с этого дела огромные прибыли…

— Если он победит, — оборвал ее Хью. — А пока что эти проклятые лошади только сжирают все наши доходы. Одно разорение с этими тварями.

— Маркиз всю жизнь посвятил тому, чтобы вывести эту породу, — спокойно сказала Элизабет. — Вы знаете, как он мечтал о победе в Гранд Националь.

— Но мы знаем и о том, как эта мечта погубила твоего мужа, — вставила Барбара. — И я не понимаю, чего ты-то собираешься добиться с этими лошадьми?

Элизабет хотела было что-то возразить, но удержалась и, молча пожав плечами, обратилась к Бену:

— А вы ездите верхом, мистер Мастерс?

— Немного, — ответил Бен.

Элизабет, казалось, была несколько озадачена таким уклончивым ответом, а Барбара, в свою очередь, не скрывала торжества.

— А я думал, что раз вы с Запада, а там все… ну, как их?.. А, ковбои! — вставил Хью.

— Не все, — ответил Бен. — У нас в Америке живут разные люди.

— Мистер Алистер говорил, что вы — адвокат. Это правда? — попыталась сменить тему Барбара.

— Начинающий.

Бен не стал уточнять, чем он занимался последние восемь лет и как его занятия были связаны с законом.

— А в войне за независимость вы участвовали? — поинтересовался Хью. — И на чьей стороне: южан?

Бен знал, что многие британцы, и шотландцы в том числе, симпатизировали повстанцам. Понимал он и то, что Хью никак не может решить этого для себя сам — ведь у Бена совершенно отсутствовал южный акцент.

— Вы имеете в виду мятежников? — спросил Бен. — Ну, таких и в Британии хватало. Могу я узнать, на чьей стороне воевали ваши предки?

— Иными словами, Хью, не суй нос не в свое дело, — прокомментировала Элизабет.

— Мое дело — Калхолм, — мрачно покосился на нее через стол Хью.

«Любопытно, — подумал Бен. — Они сцепились из-за меня, или это для них привычное дело?»

— Хью такой любопытный, — мягко заметила Барбара. — А здесь так редко можно встретить американца…

Она задумчиво посмотрела своими фиалковыми глазами на Бена и спросила:

— Вот вы, например, видели когда-нибудь индейцев?

— Доводилось, — осторожно ответил Бен. — И даже больше, чем хотелось бы.

Что правда, то правда. Пока индейцы вели себя тихо, он придерживался мнения, что полиция должна вести себя с ними по принципу: живи и жить давай другим.

— А они правда снимают с людей скальпы? — поинтересовалась Барбара, жеманно складывая сердечком губы.

Бен обернулся, чтобы посмотреть, разделяет ли Элизабет кровожадное любопытство своей золовки, но не смог ничего прочитать ни в ее глазах, ни на ее невозмутимом лице. Да, она прислушивалась к разговору — и не более того.

— А что такое скальп? — разорвал тишину звонкий голосок Сары Энн.

— Это то, что находится у человека на голове, Ягодка, — пояснил Бен.

— А я думала, что у нас на голове волосы.

— Правильно, — сказал Бен. — А то, что под ними — это и есть скальп.

Сара Энн задумалась, а Бен залюбовался ею. Ему всегда безумно нравилось наблюдать, как размышляет эта кроха.

В столовой неслышно появилась все та же молодая служанка. Она убрала со стола супницу и принесла новое блюдо.

— Что это? — удивленно спросила Сара Энн, уставившись в свою тарелку.

— Лосось, — объяснила ей Элизабет. — Любишь эту рыбу?

— Н-не знаю, — осторожно протянула Сара Энн. — Но Калли учила меня, что нужно съедать все, что тебе положено в тарелку. Хорошие девочки всегда оставляют свою тарелку чистой, — заявила она так, словно речь шла о мировом законе.

Затем понизила голос и добавила:

— Сказать по правде, я уже не очень голодна.

— Калли. А кто это? — спросила Элизабет.

— Калли присматривала за мной, — ответила девочка. — А теперь я ее больше не увижу.

В голосе Сары Энн было столько тоски, что сердце Бена не выдержало. Он откинулся на спинку стула, обхватил девочку и пересадил к себе на колени. Ему было глубоко наплевать, что по этому поводу подумают остальные.

— Не ешь, если не хочется или если ты устала. — И только тут Бен понял, что не заметил главного. Сара Энн отказывалась от еды не потому, что была сыта, а потому, что была испугана. Ему бы давно догадаться, а он… Когда только он научится разбираться в детских желаниях и чувствах!

— Я не устала, — сказала Сара Энн.

— А я все же думаю, что нам с тобой пора, — ответил Бен. — У тебя был трудный день.

— Горничная может отвести ее в спальню, — с ноткой недоумения сказала Барбара.

— Боюсь, у меня тоже был не самый легкий день, — ответил Бен. Он смерил Хью тяжелым взглядом и добавил с усмешкой:

— Благодарю за гостеприимство.

Затем снял со стула Сару Энн и медленно поднялся сам, чувствуя, как начинает ломить левую ногу.

Элизабет тоже поднялась со своего места.

— Я распоряжусь, чтобы вам в спальню принесли горячего молока и бренди, — сказала она.

— Я бы предпочел виски, если в доме есть.

Элизабет на мгновение замялась, но потом все же сказала:

— Если хотите, я завтра с удовольствием покажу вам наши конюшни.

Сара Энн немедленно ожила и задрала вверх голову.