Испытание - Елена Богатырева

Днем Лариса занималась с Николаем Савельевичем специальной гимнастикой и каждую ночь не выходила из его комнаты, пока он не засыпал.

Костя подслушал однажды, как Лариса что-то тихо то ли напевает, то ли бормочет, сидя у его кровати.

– Ты не пытался помочь отцу? – спросила она Костю.

– Помочь можно только тем, кто хочет, – вздохнул он. – Ты и сама знаешь.

– Знала, – кивнула она. – Но сейчас я знаю и другое. Есть люди, которые не только никогда не попросят о помощи, но и не примут ее. А если и принимают хоть какую-то малость, то не рады этой помощи, а уязвлены ею. Они умеют отдавать, а брать не умеют и не хотят.

– Ну вот, – развел руками Костя. – Это как раз про отца.

– Конечно. Потому что такая цель, как поправить собственное здоровье для таких людей слишком ничтожна и эгоистична. Они палец о палец не ударят, чтобы помочь себе. Но если есть высокая цель, касающаяся близких людей…

– Какая же?

Дыхание у Кости враз перехватило. Он смотрел Ларисе в глаза.

– Ты ведь догадываешься, наверно, – сказала она и замолчала.

– Не очень… – пробормотал Костя и в ту же секунду его накрыл приступ странной болезни: он охрип, его бросило в жар, пульс участился, а вздох не завершился выдохом.

– Поженить нас с тобой, а потом гулять с внуками в скверике.

Костя попробовал глотнуть воздуха, но тщетно.

К приступу странной болезни прибавилось легкое покалывание безумия на самом кончике языка, с которого рвался вопрос: «А это возможно?»

Они смотрели друг другу в глаза целую вечность, прежде чем Лариса сказала:

– Я думаю…

И тут из прихожей донесся странный звук: будто кто-то скребся в дверь. Костя с Ларисой удивленно взглянули на часы – половина двенадцатого. А потом они вместе поднялись, чтобы открыть.

– Нет, нет, – быстро сказал Костя. – Я сам.

Он бросился к двери с одним желанием – быстренько убить того, кто помешал ей ответить, и вернуться назад, чтобы выслушать все-таки…

Костя резко распахнул дверь, посмотрел на визитера и тут же дверь захлопнул. Там за дверью стояло настоящее чудовище: его однокурсник Артем Жуков.

Пережив первое потрясение, Константин взял себя в руки, выдавил улыбку и снова открыл дверь.

– Здравствуй, – настороженно сказал Артем. – Рад тебя видеть.

И протянул руку. Костя ответил крепким рукопожатием и жестом предложил приятелю войти.

– Извини, что так поздно. Я здесь по делу.

И так случилось, что оказался совсем без денег.

Не приютишь на пару ночей?

– Конечно, пожалуйста…

Костя провел его на кухню и познакомил с Ларисой. Артем слово в слово повторил ей все, что сказал Косте.

– У вас украли деньги? – спросил она.

– Нет, я их отдал. Один человек попал в сложную ситуацию, и я ему помог. Правда, – он виновато посмотрел на Костю, – сам теперь нуждаюсь в некоторой помощи… Ты позволишь мне воспользоваться телефоном?

– Конечно! – Костя проводил его в коридор к телефону и вернулся к Ларисе.

– Почему у тебя такой несчастный вид? – шепотом спросила она.

– О! Ты не знаешь этого страшного человека? Большей зануды на нашем курсе не было. Пожалуйста, ни о чем его не спрашивай.

– Почему?

– Потому что он станет отвечать.

– А что в этом плохого?

Костя задумался. Трудно было вот так сразу объяснить что такое Жуков.

– Например, если ты спросишь его, как забить гвоздь, он расскажет тебе о работе завода по штамповке гвоздей, производства по изготовлению молотков и не забудет историю архитектуры.

– При чем здесь архитектура?

– Это он тебе тоже объяснит.

– Он полиглот?

– Нет, он частный детектив.

– В самом деле? – воскликнула Лариса. – Знаешь, я никогда не видела частных детективов живьем. Только в кино. Давно он…

– Тц… – Костя приложил палец к губам. – Про детектива – это строго между нами. По крайней мере два года назад он тщательно скрывал свое занятие…

Они замолчали, и из коридора донесся голос Жукова:

– Нет, – говорил он с волнением. – Я ничего не забыл. Объясни ей, пожалуйста, что деньги и проездной предназначались для нее и возвращать мне ничего не нужно. Только умоляю, будь предельно вежлива…

Артем вернулся на кухню и с благодарностью принял предложение поужинать. С тех пор как он лишился командировочных, у него во рту маковой росинки не было. С аппетитом уплетая жареную картошку, он ловил себя на том, что совсем не думает о деле, ради которого приехал, а снова и снова вспоминает плачущую девушку, так глупо оставленную им одну на скамейке. Кто знает, что с ней еще могло приключиться? Он ведь обещал приглядывать за ней…

Лариса смотрела на гостя с любопытством. Артем Жуков походил на молодого профессора из прошлого века: поблескивающие очки в металлической оправе, бородка, грустные глаза. Его можно было без особого труда представить ботаником, разыскивающим редчайшее растение, или лингвистом, восстанавливающим биографию какого-нибудь малоизвестного ирландского поэта, блеснувшего на рубеже шестнадцатого и семнадцатого веков единственной, но гениальной поэмой. Он производил впечатление человека исследующего явления абсолютно земные и реальные, но до того мелкие или редкие, что в силу их незначительности они вряд ли привлекли бы еще чье-нибудь внимание. Но вот представить Артема в роли частного детектива, да еще такого, к которому обращаются за помощью, которому доверяют свою судьбу и даже платят за это деньги, Лариса не могла.

Гость же в свою очередь вовсе не стремился развеять ее сомнения: он ел молча и задумчиво, не замечая, что на кухне стоит полная тишина.

– Надолго к нам? – спросила Лариса на правах хозяйки, правда, тут же прикусила язык, вспомнив наставления Кости.

– Это зависит не от меня, – кратко ответил гость, – а от того, как скоро я смогу распутать одно дело. Я – частный детектив.

Лариса с удивлением посмотрела на Костю. Вот тебе и зануда. Вот тебе и «строго между нами».

– Вы конечно не можете рассказать о нем, – практически без всякой надежды спросила Лариса.

– Почему же, – аккуратно вытирая губы салфеткой, ответил Артем. – Обязательно расскажу.

Только не лучше ли завтра? – Он обворожительно улыбнулся и показал глазами на часы.