Взбалмошная девчонка - Вера Армстронг

Молли выпрямилась и постаралась придать своему лицу презрительное выражение, потому что оба мужчины вели себя просто смехотворно. Один пришел в ярость из-за пустяка, другой испуганно вскочил с таким видом, будто его застали в момент обольщения невинной школьницы.

Младший все еще заикался.

— С-старушка в п-порядке, не так ли?

Он юлил и заискивал перед братом так, что хотелось выложить ему: «Брось прикидываться дурачком и не вздумай вступаться за меня, горе-адвокат!»

— Кэрол придет в порядок, когда выспится, — буркнул Грегори. И холодно глянул на Молли: — Сегодня больше не беспокойте ее!

Молли захотелось спросить, что он имеет в виду: что она зайдет к миссис Хартли и увезет ее в город? Или устроит той сцену по поводу увольнения с работы? Видимо, он считал, что ей теперь вообще нельзя заходить в комнату Кэрол, чтобы не наделать беды.

— Ну, я пошел, — сказал Дерек. — Выше голову! — обратился он к Молли, которая и без того так задрала подбородок, что шейные мышцы напряглись. — До завтра, братец. У меня слушание дела в третьем судебном зале.

— Хорошо, — сказал Грегори, который и так должен был знать, кто где находится и чем занят, подумала Молли. Ему всегда известно, что делает любой из его подчиненных. И вдруг один из них выходит из роли!

Молли, с ее месячным авансом, пробыла здесь два с половиной дня. На два с половиной дня меньше, чем в тот раз, когда впервые работала у Уилфилда. Когда за Дереком закрылась дверь, ей захотелось броситься вон из комнаты, тем более что хозяин не собирался удерживать ее.

— Вы хотите, чтобы я сразу ушла?

— Да, хотел бы.

Даже в кухне, страшно злой, он держал себя в руках, а сейчас, кажется, начал терять самообладание. Молли собралась было сказать: «Ну ладно! Привет!» — и уйти, но, встав с места, решила все-таки пронять этого неприступного типа.

— Если я обрежу волосы, это поможет? — невинно спросила она.

— Что-о?!

Молли вцепилась в пряди рыжих волос и отвела их от лица.

— Если у меня не будет кричащего вида, вы поверите, что во мне возросло чувство ответственности?

— Сомневаюсь, что прическа что-нибудь изменит, — сухо ответил Грегори, но это все же было общение, и она продолжила:

— Не могла же я запретить вашей тетушке ехать в старый форт! Вы сами говорите, что она считает себя способной переправиться на плоту через Мичиган, а на этих холмах она меня совсем загнала! У нее там свой ритуальный колодец.

— Что еще за колодец?

— А вы не знаете?

— Знал бы — не спрашивал!

— Это место, где она бывала с мужем много лет назад. Видно, наведывается туда иногда, вот и сегодня захотела поехать. Мы не встретили ни души. На Мелвилдских холмах среди руин форта есть старый колодец. Миссис Хартли бросает в него камушки и загадывает желание.

Молли поняла, что Грегори не знал этой подробности из жизни тетушки, и обрадовалась: хоть в чем-то она обошла Уилфилда.

— Мы нашли колодец, и миссис Хартли повторила свой ритуал. Сказала, что загадала что-то. Ну и я вместе с ней.

— Значит, она была довольна?

— Да, ей даже не хотелось уходить.

Старая леди знала, что заботливый племянник не позволил бы ей карабкаться по холмам, и скрыла это от своей спутницы. Грегори, похоже, понял хитрость тетушки и с улыбкой спросил:

— А какое желание вы загадали?

— Вообще-то об этом нельзя рассказывать.

— Вот, и этого я не знал.

— Ну, поскольку мое желание исполнилось, то теперь можно. Я загадала, что благополучно доставлю ее к машине — все-таки она немолода и, конечно, устала. — Молли отважилась на первую улыбку и добавила: — Надо было пожелать не проколоть шину по пути домой!

— Это просто невезение… — Уилфилд говорил уже не так холодно. — В следующий раз предупреждайте меня, куда отправляетесь.

О господи, он не винил ее, не увольнял! Задохнувшись от радости, Молли спросила:

— Мне можно остаться?

— С вами все время какие-то проблемы, но, похоже, эта прогулка — вина Кэрол, а не ваша.

— Спасибо! — Молли ликовала. Будь на месте Уилфилда кто-нибудь другой, она бы благодарственно схватила его за руку, но тот был неприкасаем. Поэтому она лучезарно улыбнулась, а Грегори посмотрел на нее с недоумением.

— И все-таки странно, что вам нравится эта работа, — пожал он плечами. — Кэрол, конечно, исключительная женщина, но я думал, что вы предпочитаете общество более молодых людей. Почему вам интересно проводить время со старушкой?

Она постеснялась объяснить ему, что, не имея родителей, чувствовала к Кэрол Хартли что-то вроде родства и совсем не ощущала возрастного барьера. Считая Молли слишком поверхностной, он не мог бы поверить в искренность ее признания.

— Она мне нравится, — просто ответила Молли.

— А не потому, что вы считаете ее богатой?

Черт бы его побрал, он все время подозревает, что она извлекает выгоду, находясь рядом с доброй старой леди. Грубое высказывание Уилфилда было подобно удару хлыста и привело ее в негодование.

— Вот уже второй раз вы чувствуете настоятельную потребность оскорбить меня. А я считала вас джентльменом!

Молли знала, что если затеет словесную дуэль с этим судебным крючкотвором, то будет положена на лопатки. И все же решила постоять за себя. Она протестующе подняла руку и добавила едкости в голосе:

— Я вернула деньги за покупки, и мне больше ничего не нужно!

Этим утром она настояла на своем, и Кэрол, вздохнув и натянуто улыбнувшись, приняла долг.

— Это разумно, — сказал Уилфилд. Не тянуть из чужого кошелька, имел он в виду. — Но, к вашему сведению, тетя не так уж богата. Конечно, рядом с ней кое-чем можно поживиться, но я уверен, что очень немногим. И оставьте всякую мысль о наследовании! Все, что вы здесь видите — этот дом и каждая вещь в нем, принадлежит мне.

Всякий раз, когда Молли казалось, что она готова влюбиться в этого красавца-мужчину, он делал или говорил что-нибудь такое, что вызывало чувство прежней ненависти к нему. Она бы охотно рискнула нарваться на очередную неприятность ради удовольствия ударить его, если бы не была уверена, что он перехватит ее руку еще до того, как получит хорошую затрещину.