Отбрось сомнения - Джоанна Лэнгтон

— Тебе здесь нравится? — спросил Эдвин.

Хилари не знала, что и сказать. В ее душе роилась масса самых лестных эпитетов, которые она употребила бы, если б описывала этот дом кому-нибудь из своих близких. Но в данный момент ей было не совсем понятно, чего от нее ждет Эдвин, поэтому она ограничилась лишь парой скупых фраз:

— Здесь замечательно. Кто покупает этот замок?

— Я, — ответил Эдвин небрежно. — Точнее, уже купил. Но вижу впервые. Вкладывать деньги в недвижимость весьма выгодно. Я приобретаю дома через надежных агентов. Они знают, что мне нужно.

Хилари ничего не ответила. Они с Эдвином принадлежали к совершенно разным прослойкам общества, но даже пять лет назад, когда их связывали любовные отношения, она предпочитала не задумываться над тем, насколько богат ее возлюбленный.

— Мистер Айртон, стол для ланча накрыт на веранде, примыкающей к дальней комнате с правой стороны, — сообщил человек в форме.

— Спасибо, Бил, — ответил Эдвин и жестом предложил Хилари пройти вперед. — Признаться, я страшно голоден. С ланчем мы явно припозднились, — добавил он, помогая Хилари сесть за красиво сервированный стол.

Изысканные блюда, поданные на ланч, буквально таяли у Хилари во рту. На протяжении целых суток она питалась кое-как, поэтому ела сейчас с большим удовольствием.

— Ты не сказала мне об этом особняке ничего существенного, — заметил Эдвин, проглотив последний кусочек клубничного пирога и запив его душистым чаем.

— Что я могу о нем сказать? Это место — настоящая сказка! — простодушно ответила Хилари, но, вспомнив, что у них с Эдвином совершенно разные запросы и взгляды на роскошь, прикусила губу. — Вообще-то все зависит от того, какие требования ты предъявляешь к жилью, которое собираешься купить… —добавила она несколько смущенно.

— Сейчас я предъявляю к нему единственное требование: оно должно понравиться тебе, — ответил Эдвин.

Хилари показалось, что она ослышалась. На осознание того, что слова Эдвина — не слуховая галлюцинация, у нее ушло несколько секунд.

— Что… Что ты сказал?

— Для меня важно, чтобы этот дом пришелся тебе по вкусу, — повторил Эдвин с улыбкой, затем поднялся со стула и протянул ей руку, приглашая еще раз пройтись по великолепному особняку, похожему на сказочный дворец.

Теперь он казался Хилари вдвойне прекрасным, хотя она осматривала просторные комнаты и коридоры, недавно отремонтированные и обновленные, уже с меньшим вниманием.

Почему он сказал, что ему важно мое мнение? — размышляла она, и сердце в ее груди трепетало от радости. Неужели хочет предложить мне жить с ним в этом доме? Неужели подобное возможно?

Они остановились в просторном красивом зале, обставленном мебелью из черного дерева, обитой светлой богатой тканью. Эдвин привлек Хилари к себе и нежно поцеловал ее в макушку.

— Думаю, здесь тебе будет хорошо.

К глазам Хилари подступили горячие слезы. Слезы безумной радости. Она чувствовала, что не в состоянии вымолвить ни слова, поэтому ничего не отвечала, лишь крепко сжимала руку Эдвина.

Отправляясь в Майами, она и думать не могла о подобном развитии событий. В ее памяти проплыли одна за другой картины вчерашнего дня, прошлой ночи, и по телу пробежала дрожь волнения.

Невероятно, думала она. Мой практичный, мой расчетливый Эдвин решился на столь серьезный шаг, проведя со мной всего сутки! Оказывается, и для него пять лет разлуки явились истинной пыткой. И ему не терпится наверстать упущенное. Надо как можно скорее рассказать ему о нашей малышке.

— Наверное, настало время объяснить тебе, что конкретно я задумал, — спокойно произнес Эдвин. — Надеюсь, ты и сама обо всем уже догадалась.

Отвратительное предчувствие мгновенно сковало душу Хилари колючим льдом. Она немного отстранилась от Эдвина и, изо всех сил пытаясь сохранить самообладание, взглянула в его небесно-синие выразительные глаза.

— Объясни же мне все. Эдвин деловито кашлянул.

— Я купил этот дом для того, чтобы предложить его тебе в обмен на коттедж моей прабабушки. Давай заключим с тобой честную сделку! — Он улыбнулся, будто сказал что-то очень забавное и посмотрел на Хилари в ожидании поддержки.

Ей же в это мгновение улыбаться хотелось меньше всего на свете. Перед ее глазами с беспощадной неумолимостью рушились построенные всего несколько минут назад прекрасные воздушные замки, и ей было больно и страшно.

Какая же я дура, думала она, с отсутствующим выражением лица глядя в пустоту. Придумала себе Сказку и поверила в нее. Повторно попалась в одну и ту же ловушку!

К счастью, жизнь давно научила ее в самые тяжелые моменты скрывать свои истинные переживания от окружающих.

— Уже поздно, — сказала она ровным голосом, взглянув на часы. — Мне пора возвращаться в Майами-Бич. Еще многое надо успеть сделать. Завтра я планирую на некоторое время вернуться в Юту.

Она направилась к двери, но Эдвин, заметивший ее странную бледность, подскочил к ней и удержал за руку.

— В чем дело, Хилари?

— Мне пора возвращаться, — повторила она. Он раздраженно тряхнул головой.

— Не понимаю, что тебя не устраивает? Я предлагаю тебе обменять старый коттедж без удобств на вполне приличный дом! Если мы заключим эту сделку, все останутся довольны. Тебе здесь явно будет комфортнее, а мы вернем себе фамильное имение! Оно дорого нам, и пользоваться им должны только мы!

— Да как ты смеешь в открытую заявлять мне, что я — менее достойный человек, чем ты? — выпалила Хилари, теряя терпение.

— Этого я не говорил, — ледяным тоном парировал Эдвин. — Просто пытаюсь вернуть семье то, что принадлежало ей не одно столетие! И готов пойти ради этого на что угодно. — Он презрительно прищурил глаза. — И не думай, что наши интимные отношения способны каким-то образом повлиять на мои твердые убеждения.

Хилари бросило в дрожь. Но она сдержалась и не расплакалась перед надменным Эдвином.

Итак, даже после проведенной с ней ночи его одержимость выставить ее за пределы их драгоценных земель не исчезла, а лишь усилилась. От сознания этого на душе у нее делалось так тошно, что ей не хватало воздуха.

— Если я отвечу тебе отказом, что ты сделаешь? — процедила она сквозь зубы, задыхаясь от возмущения и злости. — Начнешь мне угрожать?

— В отношениях с женщинами я не прибегаю к угрозам, — ледяным тоном отрезал Эдвин.

Хилари бесстрашно взглянула ему прямо в глаза. По-видимому, об уважении к принятому покойной Мириам решению он даже не думал. Не принимал в расчет также и того, что она, Хилари, имеет полное право сама выбирать, где ей жить.

— Будь же благоразумной, Хилари! Если хочешь, я заплачу тебе за причиненные неудобства, — воскликнул Эдвин.

Его слова полоснули по сердцу остро наточенным ножом.