Как выйти замуж - Хэдер Макалистер

— Если ты не хочешь заняться Саймоном, им займется кто-нибудь другой, — промурлыкала Хэйден.

— Я не хочу говорить об этом. — Сара ткнула вилку в картофельный салат. Рядом на подносе стояли еще коробочка с куриным салатом и тарелка с куском кокосового пирога.

— Я так и вижу картину, как ты лежишь на спине с раздвинутыми ногами, а Саймон Нортроп... — Мисси была так потрясена рассказом Хэйден, что даже не могла найти нужного слова.

— ...массирует ей бедра, — подсказала Хэйден со смешком.

— Сто лет назад вы двое уже были бы помолвлены! — патетически воскликнула Мисси.

— Спасибо большое, — пробурчала Сара невнятно, ее рот был полон куриного салата, который наверняка отложится на этих самых бедрах в виде жира.

Мисси нервно постукивала по столу своей ручкой — эту ручку с выгравированной датой помолвки подарил ей жених.

— Мне кажется, тактика непосредственной встречи с мужчиной в случае с Сарой не оправдывает себя.

— А по-моему, наоборот, — хмыкнула Хэйден.

— Замолчите! — взмолилась Сара и принялась за пирог. Это она еще не рассказала им о поцелуе!..

— Сара... — Мисси положила ладонь на ее вторую руку, не занятую пирогом. — Ты точно уверена, что не хочешь пересмотреть кандидатуру Саймона?

Сара безжалостно подавила воспоминания о его руках на своих бедрах, об игре мускулов на его плечах и пряди волос, спадающей на лоб. Еще безжалостнее она подавила воспоминание о том, каково это быть прижатой к его твердой широкой груди и чувствовать его губы на своих губах.

— Я уже все это проходила, Мисси.

— Но не с парнем такого уровня. Саймон — это вроде как «роллс-ройс» среди машин.

— Неважно, какой он марки, потому что без бензина не поедет ни одна машина. Мне нужен парень, который не погнушается носить канистры.

— Но зачем их носить, если заправочные станции на каждом шагу? — резонно возразила Мисси.

— Это метафора, — ответила Сара, приканчивая пирог. — Забудь о Саймоне. — Как бы она сама хотела забыть!

— Что ж, нет так нет. Но, Сара, неужели все так безнадежно?

Перед мысленным взором Сары возник Саймон, мгновенно бросающий все дела, чтобы ответить на звонок. А сколько еще будет таких звонков?

— Да!

— Ладно, ладно. — Мисси протянула ей очередной листок с какими-то диаграммами. — Здесь даны виды искусств и статистика пар, встретившихся благодаря своему увлечению — со ссылкой на род занятий и доход мужчин.

Хэйден выхватила листок.

— Где ты взяла эту информацию?

— Если бы ты когда-либо состояла в университетском женском клубе, ты бы не спрашивала. Итак, Сара, твое отношение к искусству?

— В седьмом классе школы я играла на кларнете, в восьмом пела в хоре, в колледже мой плакат на тему защиты окружающей среды занял третье место на конкурсе округа. К плакату я привязала живых червей, которых поместила в маленькую клетку, которую выкрасила в золотистый цвет. Я хотела показать, что удобрения... — Увидев на лицах подруг выражение явного отвращения, Сара резко замолчала. — Я дважды смотрела балет «Щелкунчик», — закончила она уныло.

Все трое молча уставились на диаграммы.

— В среднем поклонники балета почти на десять лет младше поклонников остальных видов искусства, — заметила Мисси. — Но зато здесь много матерей, которые вовлекаются в эту сферу, когда их маленькие дочери начинают заниматься балетом.

— И как это может помочь Саре? — Хэйден запустила свою вилку в Сарин куриный салат.

— Она сможет познакомиться со многими своими ровесницами, у которых наверняка есть братья, кузены и просто подходящие знакомые мужчины.

Хэйден одобрительно посмотрела на Мисси.

— Может сработать.

— Тогда балет, тем более она осилила «Щелкунчика» дважды.

Саймон снова и снова возвращался мыслями к тому моменту, когда наконец смог коснуться Сары, без зазрения совести использовав болезненную судорогу как предлог. А поцелуй? Он закрыл глаза, вспомнив, как огнем заполыхал его пах, стоило ему коснуться ее губ, как он забыл о времени, месте и обстоятельствах.

Не удивительно, что она сбежала, и он с тех пор ее не видел. На что он рассчитывал, накинувшись на нее, как подросток с взбесившимися гормонами?

Кстати, о подростках. Накануне ему звонила Джоанна, пребывавшая в панике оттого, что Кайле названивает какой-то тринадцатилетний юнец. Саймон пытался убедить ее, что телефонный разговор — вполне невинная и безобидная вещь, но тут выяснилось, что помимо телефонных разговоров происходит непрерывный обмен SMS-сообщениями по мобильному и переписка в Интернете.

Отлично! Вместо того чтобы заниматься своими собственными проблемами и думать, как сблизиться с Сарой, он вынужден ночи напролет просиживать в Интернете, читая подростковые бредни и чувствуя себя при этом неимоверно старым и глупым.

О чем пишут эти подростки? Они, как попугаи, повторяют увиденное или услышанное, не понимая сути, или на самом деле настолько разбираются в вопросах секса?

Саймон пригласил Кайлу на гамбургер с картошкой фри и попытался поговорить на эту тему. Та немедленно замкнулась в себе, Джоанна презрительно посмеялась над неуклюжестью его попыток, а в результате он целых три дня не виделся с Сарой.

С другой стороны, временная приостановка в развитии их отношений может быть даже полезна, убеждал он себя. Он пригласит ее пойти с ним в воскресенье на выступление джаз-бэнда в одном известном ресторане. Это будет мило и вполне респектабельно, а поскольку выступление будет не в вечернее, а в послеобеденное время, то Сара не сможет заподозрить его ни в каких «постельных» поползновениях.

Он закажет столик прямо сейчас.

Саймон как раз делал заказ, когда зазвонил его мобильный.

— Нортроп, — коротко ответил он.

— Саймон, это Джоанна. Послушай, с нашим компьютером что-то случилось, а Кайле завтра сдавать реферат...

Сара в жизни не могла представить себя одетой в строгую черную юбку, чопорную белую английскую блузку, застегнутую на все пуговицы, в дорогие и ужасно неудобные черные лодочки, со старомодной ниткой искусственного жемчуга на шее, обзванивающей по списку состоятельных людей и выпрашивающей у них огромные сумы денег.