Небо в ладонях - Эмма Радфорд

— Папа, дорогой, ты у нас всегда отличался отменным здоровьем, — улыбнулась Ирэн, обрадованная его раздраженным тоном. Это был прежний Блейкман.

Он с отвращением указал на вазу с виноградом.

— Флориан пробыла у меня ровно столько, сколько мне потребовалось, чтобы сказать, к какой матери выбросить все это дерьмо, — брюзгливо проворчал старый Блейкман, — после чего она в ярости выкатилась отсюда. Не могли принести хотя бы полбутылки виски.

Закрыв глаза, Ирэн молила Бога дать ей терпение.

— Чего строишь такие рожи?! — набросился на нее отец. — Ты же знаешь, что она появилась здесь только потому, что ты ей всю плешь проела. И не надо за нее извиняться. К сожалению, в отличие от тебя она унаследовала мой характер и очень мало от матери.

Ирэн не верила своим ушам. Она слушала отца, открыв в изумлении рот.

— Флориан знает, что я читаю все ее мысли. Она своего никогда не упустит, а вот за тебя я страшно беспокоюсь, — признался он, тихо покачивая седой головой.

— Ты за меня беспокоишься? — дочери показалось, что она ослышалась. — А почему?

— Ладно, оставим это, — сердито махнул рукой Альберт, явно смущенный собственным признанием. — Как подвигаются дела у Арнольда? Нашел он что-нибудь? Я нутром чувствую, что выход есть! — воскликнул Альберт, и в его усталых голубых глазах зажглись огоньки надежды. — И если это так, то Арнольд — единственный человек, который может найти его. Он самый крутой делец, каких я когда-либо встречал, но при всем том он честен. Да, да, безусловно честен, — повторил Альберт, будто стараясь уверить самого себя.

Как сказать ему о предложении Рока? Делать это надо сейчас, все равно отец узнает, и пусть уж лучше от нее.

— Ты знаешь, я ведь родился в доме, в котором мы сейчас живем. — Он взглянул на нее, и сердце дочери сжалось от боли. Глаза отца были наполнены влагой. — Твоих бабушку и дедушку я почти не видел. Они вели бурную светскую жизнь, часто выезжали за границу. У меня не было ни братьев, ни сестер, но зато была замечательная няня. Мы жили с ней дружно, а дом стал для меня чем-то вроде отца с матерью. Кстати, твоя мать это прекрасно понимала. Потом в этом доме родились вы с Флориан.

— Вот уж не думала, что ты так сентиментален, — шутливо сказала Ирэн, стараясь скрыть свои переживания.

В этот момент в палату вошли два старых приятеля отца. Посидев с ними для приличия несколько минут, она попрощалась с отцом. Ирэн медленно шла к автостоянке с ощущением, будто ей только что объявили смертный приговор.

Ирэн знала, что она должна делать. Вообще-то ей следовало бы понять это сразу, как только Рок сделал предложение. Если отец лишится всего, если он потеряет честь и достоинство, он просто не захочет жить. Она знала это. Знал это и Арнольд.

Ирэн вспомнила выражение его лица в кабинете и, сжав крепко кулаки, глубоко вздохнула, набрав в легкие глоток свежего морозного воздуха. Арнольд испытывал к ней влечение, ему была нужна жена определенного типа, причем быстро и без хлопот. Она соответствовала его требованиям, и Арни готов был заплатить колоссальную сумму денег за претворение в жизнь своего желания.

Ирэн долго сидела в машине в оцепенении, не запуская двигатель. То, что предлагает Рок, выглядит не очень красиво, но ей некуда деваться. Другой вопрос, сможет ли она выдержать такой брак. Ирэн решительно сжала губы, резко выпрямилась и включила зажигание. Что за вопрос? У нее нет выбора. Она обязана выдержать это точно так же, как выдержала все другие испытания, выпавшие на ее долю, опираясь только на собственные силы и решимость.

Ирэн поборола охватившую ее панику, беспощадно отбросив все эмоции. Если бы отец видел это, он гордился бы ею. В конце концов, кто такой Арнольд Рок? Такой же мужчина, как и все остальные, что бы он сам о себе не думал. Она решила, что он способен оказывать на нее какое-то особое влияние. Все это чушь, результат бессонных ночей, переживаний, тяжких раздумий о том, как найти выход из лабиринта проблем, мучивших ее днем и ночью.

Теперь выход найден. Она не отступит от принятого решения. И никаких больше колебаний, потому что другого такого шанса жизнь не предоставит. Если она не удержит брошенный ей спасательный канат удачи, темные воды отчаяния и нищеты сомкнутся над головой ее несчастного отца. Она никогда не простит себе, если это случится.