Откровенные признания - Лиза Клейпас

Лотти дышала тяжело и часто, отдавалась ритму пальцев Ника. Он чувствовал, как сжимаются ее внутренние мышцы, инстинктивно стремясь избавиться от невыносимого напряжения. Ник снова склонился над ее грудью. Соски уже напоминали розовые камушки, и он нежно подул на один из них, прежде чем взять его в рот. Погрузив палец между складок и дразня языком сосок, он ощутил небывалое ликование.

Лотти беспомощно дрожала в погоне за ускользающим экстазом, у нее то и дело вырывались раздраженные стоны. Ник извлек палец из сладких глубин ее тела, положил влажную ладонь на упругий живот Лотти и принялся поглаживать его.

— Все будет — но позднее, — заверил он. — Обещаю тебе.

Лотти снова застонала, в отчаянии прижимаясь к его руке. Он знал, чего она жаждет, и был готов исполнить желание. Его ноздри раздувались, он чуял пьянящий аромат женского вожделения. Жар волнами окатывал его, терял власть над собой при мысли о том, как просто было бы уткнуться лицом между ее ног, погрузить в нее язык.

Сладострастно содрогнувшись, он заставил себя оправить юбки Лотти, прикрыть ими разгоряченную плоть. В соседней комнате ждал Уэстклифф, давать волю страсти было не время и не место. Позднее у него будет достаточно времени, чтобы неспешно предаться любви с Лотти. «Терпение!» — заклинал он себя, стараясь дышать ровно и глубоко.

Лотти сползла с его колен и съежилась в углу кушетки. Ее волосы были в беспорядке, на щеках горел великолепный румянец, на ресницах дрожали слезинки. Неловкими пальцами она приводила в порядок блузу, пряча грудь.

Их взгляды встретились. Глаза Лотти ярко блестели от стыда, от Ника веяло расчетливым холодком. Наконец Ник сжалился над девушкой.

— Я хочу тебя, — заявил он. — И заполучу во что бы то ни стало. Но как любовница ты мне не нужна. Ты должна принадлежать мне полностью — телом и душой. Отдать мне все, что ты отдала бы Раднору или Уэстклиффу.

Осознав, что он имеет в виду, Лотти уставилась на него как на сумасшедшего. Чтобы обрести дар речи, ей понадобилась целая минута.

— Вы говорите о браке? Но в таком случае не все ли равно, за кого я выйду — за вас или за Раднора?

— Разница в том, что я предоставляю тебе право выбора.

— Зачем вам связывать себя на всю жизнь? Сказать ей всю правду Ник не посмел.

— Мне недостает женской заботы, — солгал он. — А ты так же годишься в жены, как любая другая женщина.

Лотти задохнулась от ярости.

— Словом, выбирай, — продолжал Ник. — Можешь всю жизнь прятаться и дрожать от страха, а можешь стать чьей-нибудь женой. Моей или Раднора.

Ответом ему стал продолжительный испытующий взгляд — из тех, от которых волосы у него на затылке вставали дыбом. Эти взгляды он начинал ненавидеть. Он утратил способность моргать и отворачиваться, а Лотти словно читала его мысли вопреки его желанию скрыть их.

— Вашей, — наконец произнесла она. — Я буду вашей женой.

Ник испустил еле заметный вздох облегчения.

* * *

Оправив одежду и кое-как приведя себя в порядок, Лотти налила в стакан бренди из хрустального графина. Ей нездоровилось, колени стали ватными, и она понимала, что при таких симптомах меньше всего она нуждается в спиртном. Более того, в строгом смысле слова она оставалась служанкой лорда Уэстклиффа, а его слугам не полагалось угощаться из хозяйских графинов. С другой стороны, после ошеломляющих откровений этого вечера ее положение стало неопределенным. Лотти усмехнулась, осознав, что за один вечер получила предложение от двух совершенно разных мужчин.

То, что проделал с ней Ник Джентри… нет, вспоминать об этом нельзя: одной такой мысли было достаточно, чтобы по телу распространился отзвук постыдного наслаждения. Щедро наполнив стакан, Лотти поморщилась и проглотила залпом половину содержимого.

Джентри подошел к ней и решительно отнял стакан.

— Через минуту ты будешь мертвецки пьяна.

— Ну и что? — хрипло отозвалась Лотти, глядя, как он допивает ее бренди.

— Ничего. — Лотти пошатнулась, он отставил стакан и обнял ее за талию. Насмешливая улыбка растянула его губы. — Только Богу известно, найдется ли на свете вторая женщина, которая захочет напиться допьяна, согласившись стать моей женой.

В дверь требовательно постучали, в комнату вошел лорд Уэстклифф. Заметив, что Ник и Лотти стоят слишком близко, он вопросительно поднял густую бровь.

Лотти попыталась отойти в сторону, но Джентри удержал ее, обняв за талию.

— Вам выпала счастливая возможность первым поздравить нас, — сообщил он графу, ловко пародируя церемонию помолвки. — Мисс Ховард оказала мне честь, согласившись соединить со мной судьбу.

Лорд Уэстклифф прищурился и посмотрел на Лотти:

— Это и есть третий выход?

— Да, это он, — неуверенно отозвалась она.

Лотти видела: граф не понимает, почему она решила заключить сделку с дьяволом. Мысленно она умоляла графа не требовать объяснений — изложить свои причины она просто не могла. Она устала прятаться, тревожиться и бояться. А Ник Джентри предлагал ей тихую гавань. Только Ник, беспринципный, черствый и корыстный человек, способен защитить ее от Раднора. Но одного этого было бы слишком мало, чтобы побудить ее выйти замуж за Ника. Решающим стало еще одно обстоятельство: Лотти не покидало ощущение, что Джентри прячет что-то, предназначенное только для нее. Скрыть это ему так и не удалось. Вопреки всем доводам рассудка Лотти тянуло к нему — по крайней мере к тому мужчине, за которого он себя выдавал… который с таким отчаянием смотрел на нее у Колодца желаний… целовал ее в лесу и шептал страстные слова…

Нахмурившись, граф обратился к ней:

— Нам надо поговорить, Лотти.

По укоренившейся привычке она послушно кивнула:

— Да, сэр, — и метнула недовольный взгляд в Ника, который не собирался разжимать объятия. — Мы еще не женаты, — еле слышно напомнила она. — Пустите меня!

Он опустил руки. Граф взял Лотти под локоток и отвел в дальний угол комнаты. Его почтительное прикосновение ничем не напоминало пылкие, по-хозяйски уверенные объятия Джентри.

На широкий лоб лорда Уэстклиффа упал темный локон.

— Лотти, — негромко начал он, — принимая такое решение, надо знать, кому вверяешь судьбу. Не обольщайтесь, считая всех сыщиков с Боу-стрит благородными героями. Ник Джентри снискал совсем иную репутацию. Он всегда был противоречивой фигурой.

— В каком смысле? — уточнила Лотти, поглядывая на Ника, стоящего в другом углу. Он потягивал бренди и делал вид, будто разглядывает книги на полках. Но язвительная усмешка свидетельствовала о том, что ему прекрасно известно содержание разговора Лотти и Уэстклиффа.

— Джентри стал сыщиком всего два или три года назад. А до того он пользовался известностью в преступном мире и выдавал себя за сыщика, охотника за ворами. Ему подчинялось множество преступников, его множество раз сажали в тюрьму за мошенничество, грабежи, лжесвидетельства. Ручаюсь, он знаком со всеми известными преступниками в Англии. Несмотря на перемены, произошедшие с ним, кое-кто считает, что он продолжает поддерживать связь с давними сообщниками. Ему нельзя доверять, Лотти.