Черный лебедь - Виктория Холт

Когда мы с Ребеккой остались вдвоем в моей комнате, она спросила:

— Что-то случилось, не так ли?

Я удивленно взглянула на нее, и она поспешно добавила:

— Я имею в виду, вчера… прошлой ночью. Я почувствовала, что что-то произошло…

Я кивнула. Она быстро сказала:

— Потом ты мне все расскажешь. Я приду к тебе поболтать на сон грядущий.

Неожиданно мне стало легче. Я все время раздумывала, делиться ли мне своими переживаниями с Ребеккой. Теперь я знала, что сделаю это.

— Сейчас я должна тебя оставить, — продолжала Ребекка. — Встретимся внизу через полчаса.

Умывшись и переодевшись, я постучала в дверь Селесты. Та была уже готова и поджидала меня.

— Ну, каково тебе в твоем старом доме? — спросила я.

— Несколько странное ощущение, — ответила она.

— Здесь, должно быть, все по-другому.

— Совсем по-другому…

— Вероятно, он выглядел гораздо величественнее, когда в нем жили твои родители, все эти гобелены, которые чинила Ли?

— Да, конечно, у нас были разные красивые вещицы, но сейчас здесь ощущается любовь.

Когда мы спускались вниз, я молчала. До чего же повезло Ребекке! Интересно, сумеем ли мы с Джоэлем построить свою жизнь подобным образом?

Теперь я возлагала все свои надежды на возвращение Джоэля. То, что он отсутствовал в стране именно в тот момент, когда я так сильно нуждалась в нем, было какой-то гримасой судьбы. Но скоро он вернется, и тогда все изменится. Мы сразу начнем строить нашу совместную жизнь.

Мне показалось, что разговор за столом был несколько скованным. Очевидно, Патрик запретил затрагивать тему убийства моего отца, и в результате то, что более всего занимало умы присутствующих, осталось невысказанным.

Встав из-за стола, все как будто даже оживились.

— Сегодня у нас был нелегкий день, — сказала Ребекка, — Нужно хорошенько выспаться, и всем станет лучше.

Я не провела в своей комнате и пяти минут, когда раздался стук в дверь. Это, конечно, была Ребекка, пришедшая поговорить со мной.

Я сидела за туалетным столиком, расчесывая волосы, и она уселась в кресло напротив меня.

— Что случилось, Люси? — спросила она.

Я рассказала ей все, и она была потрясена.

— Но… кто же это мог быть?

— Я не знаю, однако у меня ужасное чувство, что за преступление повесили ни в чем не повинного человека — Но ты же узнала его. Ты выбрала его из многих мужчин, которых тебе показывали, да и выглядит он так, что его ни с кем не перепутаешь. Достаточно этой его необычной шевелюры, а ведь был еще и шрам.

Прямо скажем, незаурядная внешность. Кроме того, он был известен полиции как террорист. За ним и до этого водились подобные дела.

— Я все понимаю. Вероятно, это так. Но если он уже мертв и похоронен, то как же он мог оказаться на улице перед нашим домом?

— Давай постараемся взглянуть на вещи трезво.

Я думаю, тебе могло просто показаться, что ты видела этого человека Но, Ребекка, он специально привлек мое внимание, бросив в окно камушки. Он был там. Он снял шляпу и поклонился, как бы глумясь надо мной.

Некоторое время она молчала, а затем сказала:

— Люси, ты была — да и сейчас остаешься — в очень возбужденном состоянии. Так отреагировало бы на твоем месте большинство людей. Таков результат потрясения. Ведь ты находилась на месте преступления, видела все своими глазами… а вы с отцом были очень близкими людьми. Он был для тебя ближе, чем кто-либо другой. Несомненно, это глубоко потрясло тебя.

— Ребекка, если ты считаешь, что на самом деле я ничего не видела, значит, ты думаешь, что я повредилась в уме.

— Разумеется, я так не думаю. Это может случиться с кем угодно.

— Ты хочешь сказать, что я лишь вообразила, будто слышу стук камушков по стеклу?

— Возможно, ты была в полудремотном состоянии.

Ты подошла к окну, а внизу оказался какой-то мужчина. Он заметил тебя и раскланялся.

— Он специально снял шляпу Он стоял прямо под фонарем. Я совершенно отчетливо видела его прическу. Именно это он и хотел продемонстрировать мне.

— Все это тебе просто показалось.

— А я говорю, что ясно все это видела. Ребекка, существуют только два объяснения случившемуся. Одно состоит в том, что я видела его привидение, явившееся, чтобы преследовать меня, а другое — в том, что повесили невинного человека, и ответственность за это несу я.

— Я не верю ни в то, ни в другое.

— Но ты веришь в то, что твоя мать уже после смерти явилась к тебе и попросила заботиться обо мне.

Ребекка промолчала. Я продолжила.

— Значит, ты все-таки веришь, что мертвые могут возвращаться, если что-то исключительно важное связывает их с этим миром. Наша мама сделала это, когда я оказалась у Дженни Стаббс, Она хотела, чтобы я вернулась в свой родной дом, и потому она явилась тебе и внушила тебе это. В этом ты никогда не сомневалась, Ребекка. Так вот, если она могла вернуться то что мешает ему сделать то же самое? Наша мама явилась для того, чтобы сотворить добро, но она и при жизни была доброй женщиной. Фергюс О'Нил убивал других людей за то, что они не разделяли его убеждений, за то, что они поступали вразрез с его устремлениями. Он убивал, если можно так выразиться по идейным соображениям. Такой человек способен вернуться с того света из чувства мести.

— Люси, выброси все это из головы. Ты переутомилась. Ты сама не осознала, какое тяжкое испытание довелось тебе перенести. Понадобится некоторое время чтобы ты стала прежней. Я очень рада, что ты здесь, потому что здесь ты быстро придешь в себя.

Я о тебе позабочусь.

— Ты всегда это делала, Ребекка. Не представляю, как сложилась бы моя жизнь, если бы не ты.

— Но мы ведь сестры, разве не так? Я ужасно страдала, когда умерла наша мама. Я ненавидела твоего отца за то, что он женился на ней и забрал ее у меня.

Мне было тогда очень плохо. Потом наши отношения улучшились, и я сразу стала гораздо счастливее. Люси, нужно помнить о том, что потеря близкого человека — это большая трагедия. Это выводит нас из себя. Да, мы становимся несколько неуравновешенными, не видим реального соотношения вещей, не всегда все ясно осознаем…

— Не хочешь ли ты сказать, что я вообще ничего не видела прошлой ночью?

— Не знаю. У тебя мог быть ночной кошмар. От испуга ты проснулась, еще находясь в полудреме, подошла к окну и увидела на улице человека. То, как он был одет, вовсе не удивительно. Вероятно, он возвращался из оперы. Он случайно бросил взгляд на окно, увидел тебя, снял шляпу и раскланялся. Ну, возможно, он выпил лишнего. Будучи в игривом настроении, увидел молодую женщину, стоящую у окна, и раскланялся.