Брачная ночь перед разводом - Ким Лоренс

— И еще это. — Лили похлопала по кожаной обивке сиденья.

Лара представила все автомобили в гараже, который показал ей Рауль, вручая кодовый ключ в первый же день и предлагая самой выбрать то, что ей понравится.

До сегодняшнего дня она водила автомобиль 4x4, но этим утром предпочла блестящую спортивную машину, чтобы забрать маму с сестрой у вертолетной площадки. А сейчас она пожалела о своем выборе: выглядит так, будто она хвастается перед Лили. Мало этого — когда она подъехала, то увидела лимузин с дедом Рауля, Сер Джо.

— Было бы просто невежливо не встретить вашу семью, — возразил ей он, когда она, беспокоясь, что поспешная организация свадьбы и без того его утомит, сказала, что ему не следует их встречать.

Мать была в восторге прокатиться с шиком в лимузине, но Лили захотела ехать с Ларой.

Лара была рада, что дорога не займет много времени. Лили сразу начала засыпать ее вопросами, а Лара избегала прямых ответов и стала подробно рассказывать о палаццо и о поместье, на ходу придумывая несуществующие подробности. Учитывая свою неспособность убедительно врать, справлялась она неплохо.

Видел бы ее Рауль! Но он в то утро рано улетел в Париж и вернется лишь завтра утром буквально за час до бракосочетания.

Он отделался смехом, когда она попеняла ему, что он избегает ее семьи, но разубеждать не стал.

Завернувшись в простыню, она вышла следом за ним на балкон спальни, где он пил кофе.

— Мама, возможно, и поверит, но Лили не проведешь. Она знает, что даже я с моим неугомонным характером не настолько сумасшедшая, чтобы выйти за человека, с которым едва знакома.

— Ты сказала «даже я»?

— Лили — разумная сестра.

— Разумная?

— Она не пошла бы на этот шаг… и… ты бы не сделал ей такого предложения.

— Тогда мне повезло, и я встретил не разумную сестру. Успокойся, ты не обязана кому‑либо что‑то доказывать. Но если все‑таки придется, то займи беспроигрышную позицию.

— Это еще что такое?

— Любовь безумна, а мы влюблены, сага.

Она хотела засмеяться, но… едва не заплакала.

Он не отрываясь смотрел на нее.

— Постарайся успокоиться. Никто не станет спрашивать, почему мы решили пожениться. Да и зачем? Возможно, кое‑кто и задастся вопросом, не беременна ли ты, раз такая поспешная свадьба.

Вот это Ларе в голову не приходило. Она застонала:

— О нет!

— В чем дело? — весело отозвался он.

— Для тебя не проблема, если люди подумают, что я беременна?

— С вымышленными беременностями я справлюсь, но если настоящая…

На его лице было написано, какой была бы его реакция в этом случае. Хотя этого не должно произойти — он весьма осмотрителен.

— Рауль, а я не смогу с этим справиться. — Ларе было страшно.

— Сможешь. Конечно, сможешь, — с раздражением произнес он.

— Я не ожидала ничего подобного. — Лара обвела рукой комнату, вид с балкона. — Я не смогу продолжать этот спектакль.

— Ты не участница шоу — ты здесь живешь. И видеокамер здесь нет.

— Вообще‑то есть.

— Камеры слежения для защиты, а не для подглядывания.

— Легко тебе говорить. Ты все время был на людях, ты вырос в этой обстановке. — Лара прижала руку к голове и захныкала: — Это была дурацкая затея.

— Как бы то ни было, я буду здесь находиться не больше одного‑двух дней в неделю.

Рука у нее безвольно опустилась.

— А ты думала, что мы будем проводить месяцы, прикованные друг к другу?

— Нет, разумеется! — соврала она, стараясь не вникать в двойственность своей реакции. — Разве люди не сочтут странным?.. Женатые пары обычно…

— У них медовый месяц, они заводят детей?.. — Насмешка в его голосе переросла в жесткие нотки. — Наш брак не настоящий и не замышлялся таковым.

— Как мило, что ты мне это объяснил. — Она выразительно взглянула на стол, где лежал запечатанный конверт с ее копией брачного договора, подписанного и засвидетельствованного прошлым вечером.

Рауль проследил за ее взглядом:

— Тебе следовало бы вместе с юристом просмотреть условия договора.

— Я думала, что ты юрист. Ты же не станешь меня обманывать?

Он не улыбнулся, а она продолжила:

— Если уж говорить об обмане… если ты хочешь, чтобы твоя затея удалась, то тебе нужно вести себя осторожно… чтобы до деда не дошли какие‑либо слухи…

— Ты даешь мне разрешение обманывать?

Лара чувствовала, как краснеет под его насмешливым взглядом.

— О, тебе моего разрешения не нужно.

— Ты думаешь, что после прошлой ночи… — темные глаза выразительно смотрели на смятую постель, — у меня хватит сил на другую женщину? В Париже я буду работать двадцать четыре часа в сутки, так что ревность не входит в перечень твоих обязанностей.

Сейчас, вспоминая этот разговор, Лара поняла, насколько он неправильно воспринял ее слова, но тогда она возмутилась:

— Ревность? Я не ревную! — И тут же поняла, что слишком горячо отнекивается, поэтому произнесла поспокойнее: — Просто за твоего деда отвечаю я, когда тебя нет.

— Ты всегда можешь со мной связаться, если я ему понадоблюсь. Потом, когда его состояние ухудшится, я, очевидно, буду меньше отсутствовать. — Он смерил ее немигающим взглядом. — Не влюбляйся в меня, сага.

Лару даже сейчас бросило в жар, когда она вспомнила его слова. Влюбиться в него! Да он ей даже не нравится!

Рядом с ней Лили приставала с расспросами:

— Что он за человек?

— Что за человек? Он, к примеру, способен не пустить женщину в самолет, чтобы сделать ей предложение. — Это ложь, но в основе своей правда.

Лили вытаращила глаза:

— Ты серьезно? Он так сделал?

Лара кивнула.

— Вау! Как романтично! — воскликнула сестра.

— Рауль очень романтичный, — без зазрения совести врала Лара, собираясь придумать что‑нибудь еще в этом роде. — Мы приехали.

Лара с облегчением вздохнула, когда они миновали последние из массивных кованых ворот, бесшумно за ними захлопнувшихся, и остановились за блестящим лимузином, подъехавшим раньше, чем они. Широкая входная дверь палаццо была распахнута — значит, мать и Серджо уже в доме.

Лара вылезла из машины и подождала сестру. Та была на полдюйма выше Лили, но сегодня этого не было заметно из‑за туфель на высоких каблуках у сестры.

У них всегда были разные вкусы в одежде, вот и сейчас на Лили легкая цветастая юбка до лодыжек, простая блузка без рукавов, волосы заплетены в толстую косу.