В нежных объятьях - Татьяна Тронина

– Уезжай. Вот прямо сейчас, – Аня взглянула на настенные часы в виде кукушки. – Через час поезд на Москву. Беги.

– Я не успею, и мама…

– А что тут успевать, быстро все в чемодан побросала, паспорт не забыла… А я завтра приду к тете Тасе, скажу, что тебя срочно вызвали в Москву.

– Нет, Аня… – засомневалась Женя.

– Если ты сейчас уедешь, я стану присматривать за тетей Тасей. Я буду звонить ей постоянно и регулярно навещать ее. Да что там – мы с мамой заберем ее к себе. Уговорим потихоньку-помаленьку, она согласится с нами жить и будет тогда под присмотром…

– Ты серьезно? – едва смогла произнести Женя, от волнения у нее даже горло перехватило.

– Абсолютно. Обещаю тебе, – твердо произнесла Аня.

«Она права, она права… Она права во всем! Пока я совсем с ума не сошла… Надо бежать. И это ведь именно то, о чем я мечтала все это время – что мама будет не одна!»

Женя вскочила, вытащила дорожную сумку, принялась лихорадочно запихивать в нее свои вещи.

– И паспорт не забудь! А я сейчас кое-кому позвоню. Знакомому таксисту, – Анна достала свой телефон, прижала его к уху. – Марат, добрый вечер. Можешь человечка одного до вокзала подбросить? Прямо сейчас, надо к московскому поезду успеть. Ага. Ну ты знаешь мою тетю, где она живет. Да, туда. Сестрицу мою отвезешь. Через десять минут? Отлично, ждем. – Анна положила телефон в карман. – Сейчас такси прибудет.

«Уеду… Она права. Только душу себе рвать, если останусь…»

– Ладно, Женечка. Я пойду. А то там мама волнуется, не любит, когда я поздно возвращаюсь.

– Так ты обещаешь…

– Даю тебе слово. Ну все, расстанемся друзьями, близкими родственниками. Забудем прошлое. – Аня обняла Женю, поцеловала ее в лоб. – Я пойду.

– Пока.

Аня ушла. Женя кое-как запихнула оставшиеся вещи в сумку, закрыла ее на молнию и села ждать такси.

* * *

…Несколько соседей с готовностью согласились взять себе мебель, оставшуюся от дяди, – тяжелые дубовые шкафы, резные стулья, комод, сделанный лет сто назад…

Соседи Арсения не скрывали своего удивления – зачем бесплатно раздавать мебель, если можно выгодно продать ее любителям старины?

Но Сергей так не считал. Да, мебель старая, добротная, но отнюдь не раритет. И потом, ее надо реставрировать, если вдруг возникнет желание продать, а сама по себе настоящая реставрация – дело дорогое, хлопотное. Перевозить еще это все, грузоперевозки тоже недешевы… Нет, смысла держаться за старую мебель нет.

При всем при том, что свою славу Сергей обрел, возвращая с помощью живописи прошлое, к реальным старым вещам он тяги не имел. Все в голове, все в сердце… а эти комоды – дрова, да и только.

Он освободился, когда уже стемнело. Прошелся по почти пустым комнатам старого дома, слушая, как гулко звучат шаги и скрипят половицы под ногами. В голове все еще крутилась утренняя мелодия, под которую они танцевали с Женни; ладони словно хранили тепло ее тела.

Сергей накинул на плечи пиджак и вышел из дома. Улица терялась в ночных сумерках, кое-где светили фонари, перечеркивая синий сумрак оранжевыми полосами.

Еще издалека он увидел, что в окнах той квартиры, где жила Женни с матерью, горит свет. Сергей перешагнул ограду, приблизился к окнам, завешанным кисеей. Хотел крикнуть, позвать Женни, но горло словно спазм какой-то перехватил – Сергей услышал знакомый голос. Голос Анны:

– Господи, Женька, да что ты знаешь о любви?

– А почему ты думаешь, что я не знаю? – это Женни.

– Потому что ты никогда не любила.

– С чего ты это взяла?

– Да вся твоя жизнь – подтверждение этому…

Сестры ссорились. Словно превратившись на время в камень, Сергей слушал то, о чем не должен был знать. И услышал речь Женни. «…В конце концов, безумие – любить человека, который мало того, что ничего к тебе не испытывает, но даже вообще о тебе не помнит!»

Сергею вдруг стало жутко. О чем это Женни, она серьезно? Женни его любила и любит, оказывается, а он – ни сном ни духом про то?!

Тем временем Анна продолжала рушить надежды сестры.

«Несбыточные надежды. Возможно, и так. Но Женни – милая, и она мне нравится, правда!»

«Чувства, которые предназначались мне»… Что это значит? Получается, Аня уверена, что я до сих пор люблю ее? Но откуда такое самомнение?»

Когда Аня, вызвав для Жени такси, собралась уходить домой, Сергей отступил назад, теперь кусты и деревья полностью скрывали его.

Но все равно ему стало не по себе, когда распахнулась дверь, ведущая в дом, и на фоне оранжевого прямоугольника вырисовался темный силуэт.

Это была Анна. Черты лица не разглядеть, оно в тени, зато видно ее узкие плечи, массу волос над ними, тонкую талию, стройные ноги… Сергей вмиг узнал свою бывшую возлюбленную.

Много лет назад, когда они с Анной были парой, он точно так же выхватывал в сумерках ее силуэт, издалека угадывал по движениям, что это именно она идет ему навстречу…

Кажется, Аня совсем не изменилась. Такая же совершенная, притягательная, соблазнительная, как и прежде. И та же порывистая грация в каждом движении…

Черной молнией Анна промелькнула мимо, по двору, затем хлопнула калитка, растаял стук каблучков вдали.

Позвать, догнать? Сергей вышел из-под деревьев, перешагнул через низкую ограду и оказался у дороги. Но что-то по-прежнему останавливало его.

В этот момент в конце улицы показалось авто. Оно приблизилось и, мигнув фарами, остановилось напротив Сергея.

Из окна выглянул мужчина:

– Такси вызывали? Это сюда? Сестру Ани Новицкой до вокзала довезти…

– Да, сюда, – поспешно отозвался Сергей. «Новицкая. Теперь Анна – Новицкая, точно!» – Только вот что, брат… Она не поедет. Женя никуда не поедет.

– Да блин, Анька ж мне сказала…

– Аня – известная командирша. А Женя передумала. Вот тебе за беспокойство. – Сергей вытащил из бумажника купюру, протянул ее таксисту.

– Что-то больно много… сдачи нет.

– И не надо, братец. Езжай.

– Ну, как скажете. Чудные вы, московские… – не договорив, таксист тронул машину, и она медленно растворилась в ночи.

Сергей вновь перешагнул ограду, поднялся по ступеням, тихо открыл входную дверь. Прошел по коридору дальше и оказался в комнате.

На диване, опустив голову, сидела Женя. На полу у ее ног валялась дорожная сумка.

Половица скрипнула под его ногами. Женни вскинула лицо, ее глаза расширились.

– Не пугайся, это я, – сказал Сергей. Подошел к дивану, сел рядом с Женни.

– Я уезжаю, – спокойно ответила она. – Вот жду такси.