Легенда о яблоке. Часть 1 - Ана Ховская

Ланц слабо улыбнулся и, отбросив самонадеянность и браваду, ответил:

– Я долго не проживу. Но ты съезди, привези Лин…

– Зачем ты так говоришь?– ужаснулась Хелен.

– Да ты не волнуйся: освободишься, наконец, от камня на шее.

Хелен оскорбилась, но без укора продолжила:

– Ты проживешь еще долго. К тому же мы еще не выдали замуж девочек.

– Ну уж одна-то не станет мне перечить,– прохрипел Ланц и от внутреннего волнения тяжело задышал.

Хелен наклонилась через кровать и достала кислородную маску, затем надела ее на лицо мужа.

– Если ты хочешь, я привезу Лин, только ненадолго. Ферму нельзя оставлять без присмотра.

– Попроси Маузеров присмотреть.

– Хорошо.

– Видишь, как получается? Я не в состоянии больше держать наш бизнес в своих руках. Ты женщина слабая – не потянешь, а был бы сын… послушный сын,– с пренебрежительной интонацией выделил Дьюго,– было бы кому продолжить дело. Может быть, нам выдать Милинду за Маузера? Неплохая партия, и ферма будет в надежных руках?

Хелен отняла свою руку от лица мужа и отвернулась в другую сторону от кровати. Не такого будущего она хотела для Милинды. Но все неумолимо шло именно к такому положению дел.

– Ладно, Ланц, я еще успеваю на дневной поезд. Отдыхай.

– Привези Лин, мне надо с ней поговорить,– настойчиво попросил Ланц.

Хелен остановилась в дверях палаты и с обидой поинтересовалась.

– А Софи ты не хочешь увидеть?

Ответа не последовало. Тогда она оглянулась через плечо и увидела мужа с закрытыми глазами. Возможно, он задремал, но внутренний голос подсказывал ей, что это ловкое притворство, чтобы не уязвлять собственное самолюбие разговорами о неблагодарной дочери, которую он все еще не мог простить.

***

После отъезда Хелен Ланца навестил доктор Логан. Но дружелюбного разговора не вышло. Ланц смотрел волком и игнорировал вопросы Бенджамина.

Несколько раз приходила София, но заставала отца спящим. Она бесшумно поднимала жалюзи со стеклянной стены и напряженно оглядывалась на коридор. У палаты стоял мистер Кроу и издалека тоскливым взглядом несколько минут рассматривал лежащего мужчину, а затем покидал клинику.

– Не беспокойся, Фисо, я что-нибудь придумаю с фермой. Мама и Лин не будут нуждаться, как и раньше,– сообщил Брэд, в очередной раз заглянув в клинику повидать отца.

– Я тоже скоро подтянусь. Надеюсь, ты готовишь мне место?– не всерьез спросила София.

– У тебя впереди еще два года, учись и ни о чем не думай.

– Живчик, мама сказала мне, что, возможно, Лин скоро выйдет замуж за Джека Маузера. Мне сразу стало не по себе.

– Это тот, о ком ты рассказывала?

– Да, кобель немецкой породы!– пренебрежительно ответила сестра.

– Лин сама так решила?

– Не знаю, но совершенно точно, что она в него влюблена.

– Чем же ты можешь ей помочь?

– Уговорить переехать в Хьюстон, начать учиться, и все такое,– рассудила София и тут же засомневалась в своей способности повлиять на сестру.

– Я настолько оторван от вас, что не знаю, чем помочь. Может, она будет счастлива?– растерянно проговорил Брэд.

– Конечно, если не лезть в ее дела и ни о чем не думать, вообще не переживать, то именно так и нужно считать. Пусть будет счастлива, кто спорит. Только будет ли?– сердито усмехнулась София, понимая, что ничего не может исправить в чужой жизни.

***

Хелен приехала в Хьюстон вместе с дочерью через три дня. Ланц был невероятно рад увидеть Милинду. Его настроение улучшилось, дурные мысли оставили его голову.

Он посадил дочь рядом с собою и, не сводя с нее глаз, серьезным тоном задал ей вопрос:

– Лин, ты любишь наше поместье?

Девушка недоуменно подняла брови.

– Странный вопрос! Это же наш родной дом!

– Значит, любишь,– заключил отец.

– Очень… Но не понимаю, к чему это ты, папа?

Ланц мельком посмотрел на жену, которая стояла рядом и, кивком попросил ее оставить его с дочерью наедине. Хелен неохотно покинула палату, тревожно предполагая, что задумал муж.

– Скажи своему отцу, что у тебя с Джеком?– проницательно продолжил Ланц.

Милинда напряглась, вспомнив, что с ней случилось полтора года назад, и с подозрением покосилась на отца.

– Ничего особенного,– как-то неубедительно произнесла она.

– Ну как это так?

– Вообще-то, Джек сделал мне предложение,– созналась Лин, надеясь смягчить свои угрызения совести.

– Неужели?!– воскликнул Ланц и от резкого всплеска эмоций тяжело задышал, почти захрипев.

Милинда сочувственно погладила отца по руке и чуть отстранилась от него.

– Не бойся, все хорошо,– отдышавшись, успокоил Ланц дочь.– Так значит, замуж зовет? А я думал, придется мне с его родителями разговор вести на эту тему.

Дьюго довольно улыбнулся и покивал.

– Ты говоришь так, как будто сейчас древние века…

– Да ты не стыдись, дочка. Наконец-то, хоть один мой ребенок станет достойным продолжателем нашего рода. А Маузеры – они фермеры бог знает в каком поколении, так что с ними наше поместье не пропадет… Только у меня к тебе просьба… Сделаешь для меня?

– Все, что смогу,– пообещала Милинда.

– Доктор Келли говорит, что сейчас меня нельзя перевозить туда-сюда, чтобы не было обострения. А я боюсь, что и не доживу до твоего счастливого дня. Давай-ка пригласи Джека сюда. Здесь в клинике есть свой священник. Он вас и обвенчает прямо здесь. Я хоть погляжу на вас, а дома отпразднуете, как полагается.

Милинда окинула палату изумленным взглядом и смятенно переспросила:

– Здесь?!

– Ты мне обещала!

Милинда, и в самом деле, была бы не против, но та стремительность, с которой развивались события, смущала ее.

– А что скажет мама?

– Ты мне скажи – ты любишь Джека?– игнорируя вопрос дочери, спросил Ланц.

– Да,– тихо призналась Лин.

– Так ей и скажешь.

– Но она…

Тут Милинда замолчала, понимая, что выдавать противное мнение матери об этом союзе, значит, лишний раз столкнуть их с отцом. А сейчас это было ни к чему.

– Хорошо, папа,– послушно продолжила Лин.– Когда ты хочешь, чтобы приехал Джек?

– Да хоть завтра,– повеселел Дьюго, и на его лице появилась гордая улыбка.

– Я позвоню ему. А маме ты сам скажешь?