Зацепить 13-го - Хлоя Уолш

Движение вызвало боль, он застонал, но не перестал меня целовать. Отбросив костыль, Джонни подтянул меня к себе и поставил у себя между ног.

Его руки скользнули по плечам, сжали мне талию, и я тоже застонала.

Это был стон наслаждения, и Джонни одобрительно заурчал.

— Ты в порядке? — не отрывая губ, спросила я, крепко держась за его плечи.

— Продолжай меня целовать, — сдавленно произнес он. — Хочу тебя очень.

— Хочешь? Меня? — переспросила я, содрогнувшись всем телом.

— Ужасно хочу, — простонал он.

Его руки оказались у меня на бедрах, он приподнял края юбки, усадил меня к себе на колени, лицом к нему.

Помня о его травме, я старалась сидеть так, чтобы не слишком давить ему на бедра. Обхватив его лицо своими маленькими ручками, я поцеловала Джонни со всем жаром, что был у меня внутри.

Джонни вздрогнул от моего прикосновения, но я не отодвинулась.

Я не могла сдержаться.

Я хотела трогать его лицо.

Я хотела трогать его везде.

— Я правильно все делаю? — прошептала я, болезненно ощущая свою неопытность.

— Более чем, — заверил Джонни, вновь приникая к моим губам.

— Я целуюсь в первый раз, — простонала я сквозь его губы.

— Безупречно, — еще раз заверил он, проникая горячим языком мне в рот.

Погружаясь в глубокий, одурманивающий поцелуй, я расслабилась и позволила себе впитать ощущения, пронизывающие меня.

Потрясающие.

Его губы были такими нежными.

А тело — таким крепким.

Он так приятно пах.

Он был таким вкусным.

Я тонула в чувствах.

Не в силах удержаться, я запустила руку в его мокрые волосы и потянула к себе.

Джонни вознаградил мою смелость тихим рычанием, обхватил мои бедра, передвинул меня чуть ниже и приподнял свои бедра.

Я стонала и не противилась, захваченная опьяняющим, изумительным ощущением его тела, прижатого к моему. В этот момент я не думала, что мои движения могут причинить ему боль.

Джонни явно наслаждался нашим контактом.

Я это чувствовала по его телу.

Устроившись у меня между ног, Джонни не делал поползновений к более тесному контакту.

Он продолжал поцелуй, скользя жарким языком, сжигая меня одним лишь своим ртом.

Его жар передавался мне, и все тело сладко ныло.

Забыв, что сижу у него на коленях, я потянулась, что-то промурлыкала ему в губы и резко опустилась.

Джонни застонал, и я застыла, вдруг вспомнив о травме.

— Тебе больно? — спросила я, не отрываясь от его губ.

— Только если ты останавливаешься.

Он коснулся моего затылка. Наши лица находились почти впритык, отчего поцелуй стал еще глубже.

Думаю, я его люблю.

Думаю, я куда-то падаю.

Пожалуйста, не делай мне больно.

Пожалуйста, никогда не делай мне больно.

Мозг захлестывали безумные, порожденные вожделением мысли, и все они были о Джонни.

Казалось, я не устою перед падением в бездну эмоционального самоубийства.

Я жаждала Джонни.

Я изголодалась по нему.

Мне был нужен этот парень.

Отчаянно нужен.

Он был моей болью, моим желанием, в чем я признавалась с открытым умом и беззащитным сердцем.

Чем больше я качалась у него на коленях, ударяясь о его тело, тем больше он побуждал меня к таким движениям. Его руки лежали у меня на бедрах, стремясь как можно теснее прижать мое тело к своему.

Я была так захвачена нашим поцелуем, что не слышала, как дверь раздевалки открылась и закрылась. Даже услышав чье-то покашливание, я не сразу это осознала.

— Вижу, тебе стало лучше.

Только эти слова тренера Малкахи грубо вернули меня в реальность.

— Блин… — пробормотал Джонни, не отрывая губ от моих.

Испугавшись, я прервала поцелуй и попыталась сползти с коленей Джонни.

«Постаралась» было точным словом, потому что Джонни поймал меня за руку и потянул к себе.

— Кавана, вообще-то, это называется недопустимым поведением на территории школы, — резко произнес тренер Малкахи, сердито глядя на нас. — Что с тобой творится?

За спиной у него смущенно переминались с ноги на ногу двое парамедиков — мужчина и женщина. Увидев их, я тихо вскрикнула.

— Мы не на территории школы, сэр, — спокойно ответил Джонни, усаживая меня рядом с собой.

— Учебное время еще не кончилось, — рявкнул тренер.

— Для кого как, — парировал Джонни, взяв меня за руку.

В тот момент я была невероятно благодарна ему за это прикосновение.

Оно заземляло меня, успокаивало и спасало от тревожной тошноты.

Чем я была знаменита.

— Сейчас половина десятого, — пожал плечами Джонни. — Занятия давно закончились.

— Все равно вы оба ведете себя недопустимо, — загремел тренер, гневно глядя на нас. — Нечего цепляться за формальности. Вам обоим нет восемнадцати. Я вынужден сообщить об этом мистеру Туми и вашим родителям.

— Боже мой! — вырвалось у меня. — Пожалуйста, не делайте этого.

— Это вы про поцелуй? — язвительно спросил Джонни, крепче сжимая мою дрожащую руку. — Вы собираетесь сообщить директору про какой-то чертов поцелуй? — Он невесело рассмеялся. — Мистер Малкахи, пройдитесь по автобусу. Уверен, вы увидите там кое-что похуже поцелуев.

— Ты несовершеннолетний ученик, оказавшийся в раздевалке с несовершеннолетней ученицей, — запальчиво ответил тот. — Весьма компрометирующее положение. — Тренер повернулся ко мне. — А ты, Линч, решила составить себе в Томмене определенную репутацию? Хочешь стать одной из таких девиц?

Слезы брызнули у меня из глаз, и я торопливо замотала головой.

— Эй, не говорите с ней в таком тоне, — потребовал Джонни.

Он подался вперед, заслоняя меня от Малкахи.

— Очнись, Джонни! — нетерпеливо проворчал коуч. — Подумай, как это выглядит.

— Мне ровным счетом плевать, как это выглядит, — огрызнулся Джонни. Он попытался вскочить на ноги, но тут же пошатнулся и рухнул на скамейку. — Вы не имеете права говорить ей подобные вещи, — бросил он, раздувая ноздри. — И никому не позволено с ней так говорить.

— Посмотри на себя! — Тренер указал на травмированное бедро. — Посмотри, в каком ты состоянии.

Джонни и не подумал этого сделать, но я посмотрела и тихо вскрикнула.

Из раны, нанесенной шипами игрока Ройса, струилась кровь.

— Джонни, — прохрипела я, вновь потянувшись к его руке.

Боже, у него тряслась рука.

Я взглянула на него.

Джонни трясся всем телом.

Лицо превратилось в гримасу боли.

Он дрожал с головы до пят.

— Парень, у тебя серьезная травма, — сказал ему коуч. — Слышишь? Твое тело разваливается на части, а ты забавляешься с девицей, как полный дебил!

— Ладно, давайте-ка все успокоимся, — распорядился врач-мужчина. Он подошел к Джонни и присел на корточки. — Что у тебя приключилось, сынок?

— Я уже рассказывал врачу, — сердито ответил Джонни, которого нешуточно трясло.

— Сделай одолжение, расскажи и мне, — попросил парамедик.

— Порванная приводящая мышца. — Джонни судорожно вдохнул, привалился к стене и закрыл глаза. — Двадцатого декабря