Дикарь и леди - Виктория Дал

— Разумеется, не поехал. Ведь я должен был прочитать эту книгу, — ответил Джуд, снова улыбнувшись.

Марисса взглянула на него с любопытством:

— И что вы о ней думаете?

— Она восхитительно эмоциональна. И прелестно вычурна.

— Бессовестный!

Марисса рассмеялась.

Джуд положил книгу на траву, рядом с ее босой ножкой — Марисса, как обычно, разгуливала по саду босиком. Она тотчас же спрятала ноги под свои желтые юбки, но Джуд еще некоторое время делал вид, что смотрит на книгу, — ему очень хотелось снова увидеть ее очаровательные ножки.

— И еще я думаю, что Уэнделл хамоват, а Хлоя изрядно глуповата, — продолжал Джуд. — Однако образ Дэниела делает эту историю довольно интересной. Книга весьма занятная…

Глаза Мариссы засияли.

— Вы действительно так считаете?! — воскликнула она.

Джуд кивнул и тут же спросил:

— А что вы могли бы сказать об этой истории?

— Знаете, мне… — Марисса вырвала из газона пучок травы и стала подбрасывать его на ладони. — Мне кажется, следовало бы хорошенько отшлепать эту Хлою, чтобы она поумнела. А Дэниелу следует дать отставку. Но история становится еще интереснее, когда в соседнюю дверь входит красивый джентльмен.

— Красивый джентльмен? О, мне надо продолжить чтение.

Марисса сорвана еще несколько травинок.

— А у меня новость, — сказала она. — Кто-то из гостей слышал разговоры обо мне, но я думаю, Эдвард объяснил этому человеку, что мы с мистером Уайтом просто поссорились.

— А сам мистер Уайт?.. Он не станет распространять слухи, когда поймет, что вы свое решение не изменили?

— Надеюсь, что не станет, — ответила Марисса, но в ее голосе не было уверенности. Немного помолчав, она добавила: — Мне все-таки хочется думать, что он не такой уж негодяй. И еще я очень надеюсь, что не будет… никаких других последствий. Но если их действительно не будет, то что же вы будете тогда делать?

Джуд пожал плечами:

— Наверное, останусь холостяком, вот и все.

— Знаете, я бы не хотела, чтобы между нами возникли… недобрые чувства, — проговорила Марисса со вздохом.

Джуд взял ее за руку и тихо сказал:

— Дорогая, с моей стороны не будет никаких недобрых чувств. Потому что я принимаю вас на ваших условиях.

Она взглянула на него с удивлением:

— Это довольно странно для мужчины.

— Возможно.

Он провел большим пальцем по ее ладони, и Марисса сжала пальцы в кулак, словно желала удержать его руку.

— Наверное, Джуд, это не очень хорошо, что вы знаете обо мне… такие интимные вещи. Я оказалась в невыгодном положении, понимаете? Мне все время становится неловко, когда мы заговариваем… об интимном.

Джуд расплылся в улыбке:

— В таком случае спросите меня о чем-нибудь очень личном. И я отвечу с предельной откровенностью.

Марисса ненадолго задумалась, потом пробормотала:

— Так, значит, ваша мать — компаньонка?..

Джуд снова улыбнулся:

— Да, совершенно верно.

— Но если так, то и ваши… домочадцы, должно быть, очень необычные люди. Вы с матерью жили?

— В детстве жил. А позже я проводил с ней иногда лето. И знаете, мне там очень нравилось.

— Неужели?.. — Марисса покраснела и потупилась.

Джуд пристально не нее посмотрел и спросил:

— Так что же вас интересует? Может, мои отношения е женщинами?

— Да, именно это. То есть я хотела узнать…

Она умолкла и еще больше смутилась.

— Все понятно. — Джуд негромко рассмеялся. — Вам, наверное, хотелось бы узнать, как я потерял невинность, не так ли?

— Да, конечно. Ведь вы же обо мне все знаете… Так что будет справедливо, если и вы о себе расскажете.

— Согласен. Так вот, я тогда был гораздо моложе, чем вы сейчас. Мне было всего лишь шестнадцать. И эта женщина была подругой моей матери.

Марисса уставилась на Джуда в изумлении:

— Она была куртизанкой?

— Да, разумеется. И я был влюблен в нее целых два года. Эта женщина была необычайно красива, и я писал ей стихи и смотрел на нее телячьими глазами. Уверен, что я был несносным… И в конце концов она решила, что я достаточно подрос. Проявив ко мне милосердие, красавица пригласила меня в постель. Господи, я думал, что после этого никогда не перестану ее любить.

Марисса рассмеялась:

— Но вы же ее разлюбили?

Джуд тоже засмеялся:

— Само собой разумеется, И через неделю-другую я влюбился в горничную.

— Стало быть, вы часто влюблялись?

Марисса взглянула на собеседника с явным любопытством.

Джуд поднес к губам ее руку и поцеловал ладошку. Едва заметно улыбнувшись, проговорил:

— Я бы не сказал, что очень часто. Потому что довольно быстро я познал разницу между похотью и любовью. Так вот, мужчины частенько идут на поводу у похоти.

— А женщины — нет? — тут же спросила Марисса, и Джуд уловил в ее интонациях беспокойство.

— Некоторые женщины — тоже. Но не надо этого стыдиться, моя дорогая.

— Мною руководила не похоть! — воскликнула девушка. — Просто я люблю танцевать, вот и все.

— Да, разумеется.

Марисса высвободила свою руку и закричала:

— Но это правда, правда!

— Охотно верю, — кивнул Джуд. — Наверное, именно поэтому вы так внимательно рассматриваете ноги своих партнеров. Ведь ноги — главное в танцах.

Марисса насупилась и пробурчала:

— Просто я ценю красивый покрой одежды. Неужели не понимаете?

— Успокойтесь, дорогая, Не сердитесь, пожалуйста. Скажите, вы получаете удовольствие от созерцания мужских частей тела?

Девушка вздрогнула и залилась краской. Джуду показалось, что она вот-вот лишится чувств, и он легонько поддержал ее за локоть.

— Только не лгите, милая Марисса. Я ведь прав, да?

Она тихо вздохнула и кивнула:

— Да, мне нравится смотреть на мужчин. Нравятся те из них, которые носят брюки в обтяжку. Они так горделиво в них вышагивают… Словно павлины!

Джуд невольно рассмеялся:

— Говорите, как павлины? Но почему же вы ни разу не взглянули на мои ноги, милая мисс Йорк?

Джуд скрестил ноги и тут же заметил, как девушка окинула их взглядом (на нем были бриджи для верховой езды и ботинки).

Марисса же улыбнулась и сказала: