Остров ведьм - Нора Робертс

Тодд хотел отправиться прямо домой, но по привычке решил закончить дежурство, проехав мимо желтого коттеджа. Просто так, на всякий случай.

Зак машинально свернул и увидел, что у Нелл горит свет. Тревога и любопытство заставили его затормозить и выйти из машины.

Поскольку свет горел на кухне, Тодд подошел к черному ходу. Он поднял руку, чтобы постучать, и тут увидел, что Нелл стоит по ту сторону полога и держит обеими руками длинный нож с гладким лезвием.

– Вы не пырнете меня в брюхо, если я скажу, что просто был здесь по соседству?

Руки Нелл задрожали. Она глубоко вздохнула и с грохотом уронила нож на стол.

– Прошу прощения за то, что напугал вас. Я увидел свет и… Эй, эй! – Когда она зашаталась, Зак влетел в дверь, схватил Нелл за руки и усадил в кресло. – Сядьте. Дышите. Опустите голову ниже. О боже, Нелл… Извините меня. – Тодд гладил ее по голове, похлопывал по спине и гадал, упадет ли Нелл на пол, если он отойдет на секунду, чтобы принести ей стакан воды.

– Все в порядке. Мне уже лучше. Я услышала шаги в темноте. Здесь так тихо, что слышен любой шорох. Я слышала, как вы шли к дому.

Ей хотелось броситься в сторону, как кролику, и припустить во все лопатки. Она сама не помнила, как схватила нож. Она даже не подозревала, что способна на такое.

– Я принесу вам воды.

– Нет, не нужно. Все хорошо. – Нелл уже немного отошла от испытанного только что почти смертельного ужаса. – Просто не ожидала, что кто-то подойдет к двери.

– Да уж… Тем более что сейчас половина шестого. – Когда Нелл подняла голову, Зак присел на корточки и с облегчением убедился, что щеки ее вновь порозовели. – Что заставило вас подняться в такую рань?

– Я всегда встаю в это время, потому что… – Нелл вздрогнула, услышав сигнал таймера. – О боже! – засмеялась она, прижав кулак к груди. – Если я буду так копаться, то не доживу до рассвета. Мои булочки готовы. – Она вынула из духовки первую порцию и быстро отправила туда вторую.

– Я и не догадывался, что ваш трудовой день начинается так рано.

Тодд обвел кухню взглядом и понял, что работа в самом разгаре. На плите что-то шипело, распространяя аппетитный запах. На стойке стояла большая миска со взбитым кремом. Вторая миска, накрытая тканью, стояла на плите, а третья – на столе. Похоже, Нелл что-то смешивала, пока Зак не напугал ее, отняв десять лет жизни.

Все стояло на своих местах, аккуратно, как в аптеке.

– А я не догадывалась, что ваш трудовой день кончается так поздно. – Нелл попыталась успокоиться, занявшись тестом для пирожков.

– Да нет, обычно бывает по-другому. Но вчера вечером мне нужно было сделать одно маленькое дело. А когда все было закончено, я уснул в участке прямо в кресле. Нелл, если вы не дадите мне чашечку кофе, я заплачу горючими слезами, и нам обоим станет неловко.

– Ох, прошу прощения. Сейчас.

– Нет, нет, не отрывайтесь от дела. Только скажите, где у вас чашки.

– На полке справа от раковины.

– А вам налить?

– Налейте.

Зак наполнил свою чашку, а потом чашку Нелл, стоявшую рядом с мойкой.

– Знаете, по-моему, эти булочки выглядят как-то не так…

Нелл, державшая миску в сгибе локтя, обернулась. На ее лице были написаны тревога и обида.

– Что вы хотите этим сказать?

– Только то, что надо бы снять пробу. – Он по-мальчишески улыбнулся, заставив и Нелл изобразить что-то вроде усмешки.

– О, ради бога! Что же вы не попросили?

– Так веселее. Нет, не беспокойтесь. Я возьму сам. – Зак схватил булочку с противня, обжег пальцы и начал перекидывать ее из руки в руку, чтобы остудить. Божественный аромат говорил, что дело того стоило. – Нелл, у меня слабость к вашим булочкам с черникой.

– А вот мистер Байглоу, Лэнсфорт Байглоу, предпочитает мои булочки с кремом. Говорит, что, если я соглашусь печь ему каждый день, он женится на мне и увезет в Бимини.

Продолжая улыбаться, Зак разломил булочку надвое и с наслаждением принюхался.

– Ну, мне с ним не тягаться.

Старому холостяку Байглоу было девяносто лет.

Зак следил за тем, как Нелл месит тесто и лепит из него шарики. Потом она сняла с противня булочки, положила их на решетку остывать и вновь наполнила чашки. Опять прозвенел таймер, Нелл поменяла подносы и вернулась к тесту для пирожков.

– Да у вас тут целая фабрика, – заметил Зак. – Где вы учились печь?

– Моя мать… – Нелл осеклась и одернула себя. На уютной кухне, наполненной домашними запахами, было легко дать волю языку. – Моя мать любила и умела это делать, – продолжила она. – А я собирала рецепты и понемножку осваивала технику. То здесь, то там…

Зак, не желавший, чтобы Нелл замкнулась, предпочел сменить тему.

– А булочки с корицей вы пекли когда-нибудь? С мягкой белой глазурью?

– Угу.

– Иногда я пеку их сам.

– Серьезно? – Нелл, начавшая резать тесто на кусочки, оглянулась.

«Он такой… мужественный, печет булочки», – подумала она.

– Я не знала, что вы умеете готовить.

– Конечно, умею. Покупаю упаковку в магазине, приношу ее домой, вскрываю, вынимаю булочки, сую в духовку, а потом заливаю сверху глазурью. Вот и все.

Нелл рассмеялась.

– Как-нибудь я сама опробую этот способ. – Она подошла к холодильнику и вынула миску с начинкой.

– А я буду давать вам полезные советы. – Он допил кофе и поставил чашку в раковину. – Наверное, мне пора. Не буду мешать. Спасибо за кофе.

– Пожалуйста.

– И за булочку. Было очень вкусно.

– Вы сняли камень с моей души. – Она стояла у стола и ложкой методично выкладывала начинку в середину кружочков теста. Когда Зак подошел к ней вплотную, Нелл слегка напряглась, но не перестала заниматься своим делом.

– Нелл…

Она подняла глаза. Зак прикоснулся к ее щеке, и начинка выпала из ложки.

– Я очень надеюсь, что это вас не отпугнет, – сказал Тодд, наклонил голову и прикоснулся губами к ее рту.

Нелл застыла на месте, не в силах пошевелиться. Она широко открыла глаза и следила за ним, как олень-карибу, которого взяли на мушку.

Губы у него были теплые и более мягкие, чем казалось с виду. Он не трогал ее. Если бы Нелл ощутила прикосновение его рук, она выпрыгнула бы вон из кожи.

Но он касался ее только губами, легко и не страшно.

Зак был готов к тому, что она либо рассердится, либо останется равнодушной. Но не ожидал, что Нелл испугается. Сейчас Тодд чувствовал, что ее тревога и оцепенение перерастают в страх. Поэтому он и не прикасался к ней. Даже не позволил себе бережно погладить ее руки.