Погоня - Эль Кеннеди

На тренировках перед игрой нас обычно не выматывают до полной потери сил, но сегодня утром тренеру захотелось отработать приемы передачи, которые, по его мнению, помогут вечером. В этом году команда Гарварда действительно опасный противник. У них есть все шансы так и остаться ни разу не проигравшими в этом сезоне. Я никогда не признаюсь вслух, но в глубине души считаю, что они сильнее нас.

Тренер, должно быть, со мной солидарен, потому что гоняет нас сильнее, чем обычно. Я весь вспотел к тому времени, как откатал свое. Волосы прилипли ко лбу, и, могу поклясться, из-под шлема валит пар совсем как в мультфильмах.

– Хорошая работа, Колин, – тренер подбадривающе хлопает меня по плечу.

– Спасибо, тренер.

– Дэвенпорт, – обращается он к Хантеру. – Покажи мне вечером такую же беспощадность, сынок. Бей прямо сквозь Йоханссона, а не по сторонам от него. Смекаешь?

– Понял, тренер.

В нашем распоряжении полчаса, чтобы принять душ и переодеться перед обязательным собранием в кинозале для просмотра записи игры. Мы встречаемся с Гарвардом в первой из двух запланированных в сезоне игр и хотим сразу заявить о себе. К тому же, это выездная встреча, будет очень сложно, но тем слаще может стать победа.

В раздевалке сдираю с себя пропитанную потом тренировочную форму и ныряю под струи воды в душ. Кабинки разделены перегородками, но двери закрывают лишь нижнюю часть проема и распахиваются в обе стороны. Моясь, мы не видим причиндалы друг друга, но грудь – пожалуйста. Войдя в кабинку рядом с Холлисом, открываю холодную воду и засовываю голову под струю. Могу поклясться, я все еще потею даже под душем.

– Неужели мы так и не отметим тот факт, что Майк побрил грудь? – требовательно интересуется Дэйв Келвин, младший защитник.

Смех эхом отражается от звукоизолирующей плитки. Бросаю взгляд на Холлиса и вопросительно приподнимаю бровь. Бок о бок мы принимали душ, тренировались и плавали достаточно, чтобы я привык видеть поросль на его груди. Теперь же она гладкая, как попка младенца.

– Эпиляция на дому или в салоне? – усмехается Нейт Роудс, нынешний капитан нашей команды.

– Дома. – Холлис закатывает глаза в сторону рослого капитана. – Зачем мне платить кому-то за то, что могу сделать сам? Это глупо.

Он оборачивается вокруг себя, чтобы махнуть рукой на Келвина:

– А ты? Слезай уже с коня из слоновой кости, чувак…

– Из слоновой кости была башня, – подсказываю я.

– Да плевать. Всем известно, что ты сам эпилируешь грудь и спину, Келвин. Лицемерный ублюдок.

С фырканьем я намыливаюсь. Тело наконец-то начинает остывать.

– Я не эпилирую спину! – протестует Келвин.

– А вот и нет. Никки Орсен сдала тебя, сукин сын с волосатой спиной.

Никки – правый полузащитник в женской команде Брайара. Она отличный игрок, классная девчонка, но ужасное трепло. Ей нельзя доверять никаких секретов.

– Я убью ее. – Келвин краснеет под громкое улюлюканье Нейта и еще пары старших игроков.

– Да расслабься, принцесса, – лениво растягивает слова Хантер. – Каждый чувак из Instagram эпилирует себе что-нибудь.

– И что? – говорит Холлис. – В удалении лишних волос нет ничего позорного.

– Мы все тебя понимаем, – торжественно соглашается Нейт.

– Точно. Мы все. Все собравшиеся удаляют лишние волосы… или, по крайней мере, должны, черт возьми, если считают себя сраными джентльменами, – ворчит Холлис.

Проглотив усмешку, я кладу мыло обратно в лоток и начинаю ополаскиваться.

– А если серьезно, брат, ради чего смена имиджа? – встревает Мэтт Андерсон. Как и Келвин, он младший защитник. В прошлом году они оба играли из рук вон плохо. Новый тренер по игре в обороне, Фрэнк О’Ши, на протяжении всего сезона бился над ними и привел в форму.

– У меня сегодня свидание после игры, – признается Холлис.

– И что, цыпочка имеет что-то против волос на теле?

– Она их ненавидит. Однажды она проглотила лобковый волос, это вызвало рвотный рефлекс, поэтому ее вывернуло прямо на член парня. А затем он начал блевать, потому что ему дурно от вида рвоты, и сразу после этого они расстались.

Одно очень долгое мгновение в огромном помещении слышится лишь звук льющейся воды. Затем кучка голозадых парней начинает рыдать от смеха.

– О, мать мою, это лучшее, что я когда-либо слышал, – стонет Хантер.

– Она сама все это рассказала? – Я не могу понять, то ли от слез, то ли от текущей по лицу воды, но передо мной вместо одного капитана команды появляются двое.

– Сказала, что даже не подумает заняться любовью, если заметит у парня волосы на теле: на груди, на руках, на ногах… – Холлис пожимает плечами.