Будьте моей семьей - Татьяна Алюшина

Так и порешили.

Поступила, кто бы сомневался, и училась замечательно и ненапряжно.

За время учебы пережила парочку бурных романов, но уже без жгучих страстей и отключения головы – так, влегкую, хорошо, бодряще, в удовольствие, но не более.

Закончив учебу, в двадцать один год Арина Ахтырская сразу же устроилась на работу по своей специальности экономиста в одну известную крупную корпорацию, занимавшуюся производством и поставками оборудования для нефтедобывающих и нефтеперерабатывающих компаний.

Везуха совершенно фантастическая!

А повезло вот каким образом: компания имела и государственное долевое участие, и, в рамках какой-то там правительственной программы, принимала к себе на работу талантливых выпускников ведущих вузов страны. Что-то вроде продвижения молодых, одаренных кадров.

Выбирали из самых лучших, в числе которых оказалась и Арина.

Оставим за рамками, что большая часть этих молодых и талантливых, не пройдя испытательный срок в полгода, в результате увольнялась из компаний, принимавших участие в этой программе, освободив место, может, и менее талантливым, но «своим» или имевшим опыт работы в данной области.

Арина осталась и через полгода, и через год.

А вот как раз через год…. Она встретила мужчину всей своей жизни!

Виктор Краст владел фирмой в нефтяной отрасли и давно и весьма успешно для обеих сторон сотрудничал с корпорацией, в которой работала девушка.

Арина Ахтырская состояла в группе экономистов, через которую проходили договора с его компанией, и должна была присутствовать на совещании у руководства, готовая при необходимости озвучить сделанную их экспертной группой оценку готовящейся сделки.

Виктор с Ариной встретились в приемной, перед дверью в переговорную комнату и… Собственно, и все.

Взрыв! Как только они встретились взглядами, словно вольтовая дуга пробежала между ними!

Арина не помнила совершенно, как прошло то совещание, говорят, хорошо, и она даже умудрилась толково и грамотно ответить на все вопросы, что ей задавали, и то лишь потому, что сам Виктор, извинившись, вышел из переговорной, а в его отсутствие она хоть что-то начала соображать.

Вернувшись на свое рабочее место, девушка не могла ни о чем думать, даже говорить не могла и ничего не замечала вокруг, умирая от одной-единственной мысли – что делать? Как и где ей теперь его искать? А даже если найдет, то что дальше? Предложить – берите меня, я навеки ваша? Да хоть и предложить!

Но искать и придумывать, что делать, не пришлось – когда она выпорхнула из проходной, какая-то шикарная машина представительского класса мигнула фарами, и, распахнув заднюю дверцу, из нее вышел Виктор и направился к Арине.

А она, замерев, смотрела на него как зачарованная.

– Мне показалось, – произнес мужчина немного охрипшим голосом, – что, если вы испытываете хотя бы половину того, что испытываю я к вам, то не откажетесь поужинать со мной, Арина?

В эту же ночь она осталась у него в гостиничном номере.

Никаких иных вариантов развития событий они не рассматривали, да и быть не могло иначе.

Виктору было сорок три года, он был старше Арины на двадцать один год, но это было только плюсом, поскольку он стал для девушки в одном лице и страстным любовником, и защитником-наставником, и отцом – такими ролями она подсознательно наделила его, сразу же героизировав его образ.

Да и трудно было бы на ее месте не восхищаться таким мужчиной: Виктор – это человек-праздник, человек-фейерверк! Крышу у нашей девушки снесло крепко, и вот где проявилась та самая страстная пылкость ее натуры.

Первые месяца три Арина вообще не задумывалась ни о чем и ни на что вокруг не обращала внимания, вся отдавшись только своей великолепной любви, – она и соображала-то не очень хорошо в то время.

Правда, надо отдать должное, работу Арина умудрялась все-таки делать, как и прежде, качественно, без ошибок и манкирования обязанностями, срабатывал какой-то внутренний механизм, отвечавший за профессионализм, врожденное чувство ответственности и неумение делать что-то плохо.

Чему, кстати, в немалой степени способствовал еще и тот факт, что Виктор постоянно находился в разъездах, и в работе Арина помимо прочего спасалась от бесконечного ожидания любимого. Оно и понятно, поскольку основная деятельность господина Краста проходила в Сибири, за полярным кругом, а офисы его фирмы находились в нескольких городах, куда он бесконечно летал.

Но когда он возвращался в Москву!

Боже мой, каких только сюрпризов он не устраивал для нее!

На выходные улетали в Париж, например, или в Мадрид – вот так, на счет раз, спонтанно, прямо после работы. Он встречал ее на своей шикарной машине с водителем за рулем и вез сразу в аэропорт. Без вещей, даже без пресловутой зубной щетки!

И целовались до одури на самой верхотуре Эйфелевой башни, и самые известные рестораны для них, и гранд-номер в отеле «Европа» с шикарным ужином, и прогулка на катере по Сене! Или гуляли по старинным улочкам Мадрида и, спрятавшись от редких прохожих в какой-то подворотне старого города, занимались стоя быстрым, умопомрачительным сексом, а потом хохотали от бесшабашности и пили шампанское с замерзшей клубникой в Парке дель Ретиро! А следующим утром уже плыли на гондоле по каналам Венеции с бокалом ледяного «Дом Периньона» в руке и целовались, подставляя щеку холодным брызгам.

Или Венская опера, всего на один день, с великолепной «Травиатой», на которую Арина шла в изысканнейшем наряде от известного кутюрье, в соболиной накидке и с умопомрачительной прической!

А в Москве и говорить нечего – круговорот какого-то бесконечного праздника!

Он появлялся, как волшебник из сказочного портала – всегда без предупреждения, всегда неожиданно, – вроде же только разговаривали по телефону: он в Нижневартовске, она в Москве, и вдруг вот он, здесь! И они уже куда-то спешат: на какие-то представления, на шумные вечеринки известных людей, на театральные премьеры и фуршеты, а то вдруг ехали на ферму к его другу в Подмосковье, и спали там в амбаре на сеновале, и занимались любовью до рассвета, посмеиваясь от того, как ей колет попку сено.

Но была и другая сторона этой праздничной феерии, называвшейся жизнью банальной, каждодневной, бытовой, в которой Виктор буквально через пару недель после знакомства с девушкой представился Анне Григорьевне и официально попросил руки ее внучки, в чем ему было деликатно отказано.

– Я не решаю за Арину, как ей жить и за кого выходить замуж, – строго ответила Виктору бабушка, – она достаточно взрослая, чтобы самой отвечать за свою жизнь.

– Но вы, как я понял, не одобряете наш брак? – уточнил Виктор.

Анна Григорьевна проигнорировала его вопрос и продолжала:

– А еще она достаточно взрослая, чтобы совершать ошибки.